Неукротимый: возрождение - Аврора Белль

я рассказала ей все. Ну, почти все. Я спокойно скрыла тот факт, что добровольно принимала наркотики, чтобы доказать Твитчу, что отношусь к нему серьезно. Я также умолчала о том, чем Твитч наслаждался в спальне. К тому же я сама позволила ему это сделать. Все это.

Мой желудок сильно сжался.

Боже.

Я пропустила также то, что он вытворял со своим ремнем.

И к тому времени, когда я закончила, глаза Аманды были широко раскрыты, и она не моргала.

— Лекси, — тихо пробормотала она. — Это звучит ужасно.

Потягивая вино, я мягко рассмеялась.

— Знаю. — Так и было. Это звучало ужасно. — Трудно объяснить, почему я полюбила его. Он не был парнем мечты, Аманда. — Я покрутила свой бокал, наблюдая, как вино плещется в нем. — Но он был тем, в ком я нуждалась больше, чем в том, чтобы дышать.

— Но то, что он сделал... — она нахмурилась.

— Да, — согласилась я. — Довольно сильно облажался, верно?

— Я просто не понимаю.

И не поймет.

Никто этого не понимал.

Это не было тем, что можно объяснить; это было то, что нужно было пережить, чтобы понять.

— Он любил меня так сильно, что принял пулю за меня. — Я посмотрела на нее. — Что тут еще понимать?

При этих словах одна ее идеально ухоженная бровь приподнялась, а губы поджались.

— Ну, если ты так ставишь вопрос. — Она подняла свой бокал. — За тех, кого мы любим.

Да. За это я выпью.

Я слегка коснулась своим бокалом ее бокала, улыбаясь и оглядывая двор, а затем тихо проговорила:

— За тех, кого мы любим.

 

***

Твитч

 

В ту секунду, когда я открыл дверь, моя сестра сердито посмотрела на меня.

— Ты сукин сын.

Я свирепо посмотрел на нее в ответ.

— Почему все продолжают называть меня так? Бл*дь.

— Эта женщина… — Аманда вошла в дом, — самый милый человек, которого я когда-либо встречала. — Она выглядела такой разочарованной. — И ты обращался с ней как с дерьмом. — Она подняла руки. — Нет. Хуже дерьма. — Ее глаза опасно сузились. — Ты был подлым. Ты был жестоким. Ты был отвратителен, Тони.

Что ж, кто-то уже мило поболтал, не так ли?

Я вздохнул, подходя к холодильнику.

— Чего-нибудь хочешь?

— Я хочу, чтобы ты держался от нее подальше.

Я медленно повернулся лицом к сестре, удерживая ее взгляд своим пристальным.

— Повтори?

Губы Аманды сжались.

— После того как я услышала, что ты с ней сделал, я не знаю, почему она все еще любит тебя, но это так. — Она понизила голос: — Так что тебе нужно держаться от нее подальше. Потому что она любит тебя настолько, что, возможно, когда-нибудь просто примет тебя обратно. — Она покачала головой. — А я не могу этого допустить.

Ее слова потрясли меня, но я не показал этого. Мой голос был спокойным, даже скучающим.

— Это не тебе решать, Мэнди.

Она ненавидела, когда я называл ее Мэнди.

— Я сидела сложа руки, пока моя лучшая подруга страдала от жестоких отношений. Я ничего не сделала, и Ана чуть не умерла из-за этого. Я больше не буду бездействовать. Никогда больше.

О, бл*дь. Нет, она этого не сделала.

Мои глаза вспыхнули.

— Ты сравниваешь меня с Дино Гамбино? — гнев клокотал у меня внутри, и я стиснул зубы. Мой тон стал опасным. — Я чертовски люблю эту женщину.

Глаза Аманды погрустнели, и она начала кивать.

— То же самое говорил и Дино, Тони. Убеждал, что любит Ану, и именно поэтому он делал то, что делал. Ни у кого не хватило смелости сказать ему, что он мерзкий кусок дерьма.

Только, бл*дь, не говорите мне, что эта сука только что назвала меня мерзким куском дерьма.

Гнев превратился в ярость, сжигающую изнутри, воспламеняя вены и наполняя безумием сердце. Я говорил тихо, поворачиваясь и хватаясь за край стойки так сильно, что был удивлен, почему она не сломалась:

— Следи за своим гребаным языком.

— Пожалуйста, Тони. Не делай этого. Не возвращайся назад. Им и без тебя хорошо.

И вот оно.

Я закрыл глаза и тяжело сглотнул, пытаясь дышать сквозь физическую боль от своего гнева. Воздух выходил из легких с трудом. Взяв стакан из раковины, я высоко поднял его, прежде чем со всей силы ударить им по столу. Громкий удар, а затем звон осколков никак не успокоили мой гнев.

Я развернулся, громко выкрикнув:

— Мне плохо без них! — и тело моей сестры дернулось, когда она вздрогнула.

Она понятия не имела, чего мне стоило быть здесь. Она ни хрена не знала.

Глубоко вздохнув, я попытался успокоиться, и когда заговорил, сделал это тихо.

— Ты можешь быть моей сестрой, но ты ничего не знаешь обо мне, Аманда. Не притворяйся, будто это не так.

Мы долго смотрели друг на друга, прежде чем моя сестра повернулась и вышла из моего дома, аккуратно закрыв за собой дверь, и эти невысказанные слова прозвучали громче, чем если бы она только что прокричала их мне.

 

Глава 6

 

Лекси

 

Я смотрела дневные новости в полной тишине.

«Фигура преступного мира Линг Нгуен, матриарх печально известной вьетнамской банды «Летающие драконы», приобрела в собственность скандально известный ночной клуб «Крест» в Дарлинг-Харбор», — сказал репортер.

Я держала руку на животе, а другую подняла к горлу, пока слушала дальше.

«Репутация «Креста» с годами испортилась, и теперь он известен как место встречи преступников и головорезов. В прошлом году там были убиты девять человек, в то время как ошеломляющее количество людей, а именно сто три человека, получили серьезные ранения на территории клуба, и полиция сбита с толку продажей».

На экране появился сержант полиции, который разговаривал с репортерами.

«Если мисс Нгуен здесь для того, чтобы вести законный бизнес, ей не о чем беспокоиться. Тем не менее мы будем проявлять особый интерес к происходящему в этом месте».

О Боже.

Это было нехорошо.

Мой телефон начал звонить. Я посмотрела на экран и сразу же ответила.

— Юлий, ты видел это?

— Смотрю прямо сейчас. — Он сделал паузу, затем произнес: — Я позабочусь об этом. Не говори ни слова Ане.

Позаботится об этом.

Позаботится о Линг.

Мой желудок скрутился, а губы