Выбор владельца элитного клуба (СИ) - Черногорская Ксения

Мы оба не знали, что нам делать для того, чтобы быть вместе. Это было просто очевидным.

Наверное, для того, чтобы в такие моменты можно было прийти к общему знаменателю, за спиной должно быть что-то большее, чем несколько совместно проведённых приятных выходных.

А у нас этого большего не было.

Когда мы прилетели, в Москве уже было темно. Я спросила Костю, может ли он отвезти меня домой, в Мытищи. Он сказал, что может. Я поблагодарила, и вскоре он загрузил мою дорожную сумку в багажник своего "BMW" и повёз меня домой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 16. "Поцелуй, которого я всегда ждала"

- Вот здесь останови, пожалуйста, - кивнув в сторону своего освещённого тусклой лампочкой подъезда, прошу я.

Костя замедляет ход, а затем, когда мы останавливаемся, поворачивает в замке ключ и поворачивается ко мне.

Подъездная лампа горит за его дальним плечом, и поэтому его лицо я вижу смутно. Понимаю только, что он смотрит мне в глаза.

- Что? - спрашиваю я.

- Давай увидимся завтра? - немного помолчав, предлагает он.

- Зачем?

Я действительно хочу знать. Я устала думать о том, какую роль играю в его такой разнообразной и насыщенной бизнес-жизни. Где дни расписаны наперёд, где женщины сменяют друг друга, и где он, совершенно запутавшийся в этой своей личной жизни, мечтает о сыне или дочери. О ребёнке, который несомненно унаследует его состояние. К которому перейдёт впоследствии большой Костин бизнес. Когда Костя решит выйти на условную "пенсию".

- Сходим куда-нибудь вместе.

- Зачем? - снова спрашиваю я.

- Ты не хочешь?

- Я спросила "зачем".

- Чтобы провести время вместе.

- Зачем? - настаиваю я. - Какой в этом смысл?

- Слушай, Кать, ну ты же скучала по мне.

- Скучала.

- И я скучал. Может быть, в этот раз мы избавим себя от подобной тоски?

- А может быть, нам лучше вообще больше не видеться? - щурю глаза я.

Мне нелегко это говорить. Я, конечно же, уже скучаю по нему. Но я действительно не понимаю, зачем я ему нужна. И при условии, что где-то там за его спиной маячит Таня, моя сестра, ещё какие-то бабы, которых он всё никак не может забыть, а также та, о которой упоминала Женя, если она, конечно, не врёт, мне как-то совсем не хочется вставать в этот нестройный ряд.

- Нет, не лучше, - тихо, но твёрдо заявляет он.

- Почему?

- Потому что ты особенная.

- Перестань, - морщусь я. - Вот только этого не надо, ладно?

- Я всерьёз, Кать. И свои слова я взвешиваю.

- Особенно с Таней, правда? - язвлю я.

- Да при чём тут Таня?! - вскипает он. - Причём тут вообще Таня?! Я что, её звал? Она припёрлась, обманув моего пилота. Изгадила уикенд. Рассорила нас. И ты даже не желаешь понять, что эта Таня - вообще ни разу не причина для ревности!

- Для ревности? - ещё больше сузив глаза, спрашиваю я. - Для ревности?! Ты это всерьёз сейчас, Кость?

- А разве ты не приревновала меня к ней?

- Кость, ты - дурак?

- Что? - вижу, как он напрягается.

Не решаюсь повторить. Накал уже такой, что впечатление, будто салон "BMW" сейчас взорвётся, и оконное стекло мелкими кусочками разлетится в стороны.

- Катя, - довольно резко произносит он. - Я не сделал и не сказал ничего такого, чтобы ты переходила на подобную форму общения.

- Извини.

- Если ты считаешь меня дураком, тогда да, встречаться завтра незачем.

- Да, пожалуй, - отвечаю я, и отвернувшись, хватаюсь за ручку двери.

Она не поддаётся.

- Дверь открой, пожалуйста.

Играя желваками, он вновь поворачивает ключ, после чего панель управления ярко вспыхивает разноцветными огнями, а машина принимается тихо урчать. Нажимает на кнопку. Щелчок.

Открываю дверь, выхожу.

Воздух прохладен и свеж. Привет, Мытищи. Привет, приютивший меня маленький и уютный город. Жаль, мне с соседями не очень повезло. А так - была бы только любовь.

Костя выходит из машины. Стремительно идёт к багажнику. Поднимает крышку. Достаёт мой чемодан и ставит его на асфальт.

Подхожу и берусь за ручку.

Костя кивает, захлопывает крышку капота, и поворачивается к машине, явно намереваясь пойти к двери, открыть её, сесть в машину и уехать.

Набираю в лёгкие воздух, медленно выдыхаю. Борясь с подступающими слезами, выдавливаю из себя:

- Спасибо. Остров был классный. Пока, Кость...

И в этот момент Костя подлетает ко мне, сгребает в охапку и страстно впивается губами в приоткрытые мои...

Люди целуются так по-разному...

Даже, если не брать в расчёт все эти дружеские поцелуи в щёчку, а говорить только и исключительно о поцелуях губы в губы. Кто-то в поцелуе - сплошная похоть. Кто-то целует так, будто тушит окурок в пепельнице, с безжалостно-брезгливым нажимом. Кто-то целует, чтобы отстали. Сквозь то ли неприязнь, то ли полное отсутствие страсти.

Костин поцелуй - признание.

Этот поцелуй сносит крышу, сбивает с ног. Он такой яркий и чувственный, такой искренний и такой сексуальный, что я полностью теряю ощущение реальности. И просто отдаюсь ему...

Наши языки танцуют, заставляя балдеть от нежности и страсти. Наши губы жадно наслаждаются ласками друг друга. Мы всё никак не можем насытиться.

Он может ничего больше не говорить.

Я - знаю.

Знаю теперь, кто я для него.

Единственная. Лучшая. Неповторимая. Самая желанная. Та, по которой он действительно скучал.

Других женщин так не целуют.

Так целуют только тех, в кого сильно и страстно влюблён.

Я - знаю.

Потому что всем своим существом чувствую это. Чувствую так, что мне не нужно больше слов. Не нужно ни оправданий, ни объяснений.

И думать о ком-либо кроме него и о чём-либо кроме желания обрести вновь этого мужчину - я просто не хочу.

И я сама тяну его за руку к себе. Я не смогу прервать это. Не хочу.

Хочу быть голой с ним.

Хочу, чтобы он был голым со мной.

И чтобы вошёл в меня так, чтобы между нами вообще не было свободного пространства.

Хочу, чтобы мы слились в единое целое.

Чтобы я стала частью него, а он - частью меня.

Мне ничего сейчас больше не надо.

Только это.

И ничего больше.

Глава 17. "Страстная и прекрасная ночь в Мытищах..."

Моя дорожная сумка на колёсиках остаётся внизу, в машине. Костя единым махом забрасывает её обратно в багажник, а потом подхватывает меня на руки и несёт к дверям подъезда.

Ночь нежна и романтична. Тихий стрёкот цикад, лунный свет, тусклые фонарики у входов в подъезды, тихий гул машин где-то вдалеке.

В прохладе подъезда я, обвивая руками сильную Костину шею, прижимаюсь к нему, тая от нежности и очень сладкого возбуждения. Его желание я ощущаю всем своим телом. Он так меня хочет, что я даже теряюсь в догадках, кто хочет этого секса больше. Хотя я сейчас хочу Костю так, как не хотела никого и никогда вообще.

На лестничной площадке он ставит меня на кафельный пол. Открывая ключом дверь, я на секунду оборачиваюсь на Костю и вижу в его глазах страсть и нетерпение. Слышу, как прерывисто он дышит, стараясь сдерживаться. Чувствую, что он ждёт. Пока мы войдём.

И когда мы входим и дверь закрывается, я оказываюсь тут же прижатой к стене. Страстные поцелуи вспыхивают на моей шее. Нежный шёпот кружит голову... Грудь жаждет его ладоней, стремится сжавшимися до сладкого напряжения сосками к ним навстречу...

А киска просто поёт страстью... Она пульсирует, выдавая всё новые и новые порции влаги, сжимается так сильно и так приятно, что даже её ощутимое нетерпение, жажда члена - всё равно приносит яркое удовольствие.

Мне нравится так сильно хотеть. Нравится течь, пылая в объятиях красивого, сильного и чувственного мужчины. Нравится, что он весь - желание овладеть мной.