Девочка Да Винчи-2. Любовь (СИ) - Блио Элен

Кринж.

Целовать Соню не поставив точку в отношениях с Варей. Капец. Мега достойное поведение.

Мега отстойное, я бы сказал.

Но поздняк метаться.

Как говорят – сгорел сарай, гори и хата?

Всё случилось. И теперь надо думать о будущем. О Соне.

О том, что для неё я должен сделать всё правильно.

Соня начинает рассказывать о работе с Матвеем, а меня плющит.

Просто ломает, корёжит.

Я же догоняю, что там все не просто так.

Не с нуля.

Что, Стекло не мог другую модель найти? Мог. Легко. Он в крутых фотостудиях крутится. Там полно материала, и профи, и любительницы. И даже сами художницы, фотографы не прочь коллеге помочь. Нахаляву.

Зачем ему понадобилась именно Красотка?

Что, какое-то особенное видение материала? Что-то определенное?

Я бы врубился, например, если бы он искал модель, похожую на известную актрису и Соня подходила бы идеально. Тут всё по чесноку.

Но как я понимаю, работа там вполне заурядная. И моделью могла бы быть любая.

Знал ли он, что я тоже пойду на конкурс? Знал ли, что я беру Соню?

Если знал, то кто меня сдал? И зачем?

И почему Стекло решился перейти мне дорогу, мы же раньше с ним почти не пересекались?

Да, вроде год назад он тоже говорил, что залипает на Варвару. Может это быть как-то связано?

Хрен знает.

- Матвей уже почти закончил, осталось чуть-чуть, и тут он говорит, что у него родилась гениальная мысль.

Мыслитель хренов.

Сонька улыбается, вроде бы не замечает подвоха в действиях Стеклова. А для меня это просто настолько очевидно!

Он хотел задержать Красотку, чтобы та не попала ко мне на концерт. Ему это удалось.

Этот придурок вылил на неё грязную воду, в которой кисточки мыл! И фотографировал! Сказал, что это то, что нужно. Рисунок на спине поплыл, всё стало так необычно.

Соня рассказывает, не успевая есть салат, смеется.

- Я так на него наорала! Он даже испугался. Прощения просил. Обещал меня сводить в хорошее кафе или клуб модный.

- Пойдешь?

- Куда? – глазами своими ромашковыми хлопает.

Не знаю, почему такая ассоциация. Голубые глаза и ромашки. Может потому, что в глазах лучики как у солнышка? И ромашки тоже на солнце похожи?

- В клуб со Стекловым?

Замирает, смотрит удивленно.

- Не-ет, - отвечает медленно, словно не до конца понимая. – Ты… ты что? Думал я… я…

- Я ничего не думал. Ничего такого нет сходить в кафе со старым приятелем, с другом.

- Ты правда так считаешь? – удивляется еще...

- А почему нет? Он ведь просто друг, который попросил тебя о помощи, да?

- Ну… да…

- Или не просто? – сам не соображаю, как перехожу на допрос.

Соня опускает глаза, ковыряет салат.

А я понимаю, что пока не имею права такие вопросы задавать.

Пока сам нифига не решил с Варварой, блин, Михайловной.

- Прости, Сонь… Я…я ревную.

- Ты? – вскидывает ресницы, опять удивлена. Охрененная она.

Мне грудную клетку взламывает, когда этот взгляд вижу. Всё внутри полыхает мгновенно, вспыхивает, загорается, плавится.

Красивая, юная, чистая девочка Соня.

- Сонь, может, правда, придёте к нам на Новый год?

- Я не знаю. Это… удобно?

- Это очень удобно. Это будет просто супер удобно, Сонь. И Аринке в кайф. У нас всегда весело. Фейерверки, танцы, дед Мороз… Всякие там конкурсы для детей и взрослых.

- А народу много будет?

- Семья. Бабушки, дедушки, точно. Мамина сестра с детьми. Да, все свои.

- Я не знаю. Я… подумаю. – краснеет слегка, так мило.

- Мне очень хочется, чтобы ты пришла. И Аринка. – Правда, реал хочется. Они здорово в нашу компанию впишутся.

- Спасибо.

Замечаю, что её тарелка почти полная и бургер не тронутый.

- Ты не ешь совсем, не вкусно?

- Вкусно, очень. Но… много. Я… можно я бургер с собой заберу? Арина с удовольствием съест.

- Я ей могу новый купить. – Дурак, сразу не подумал об этом!

- Зачем? Я к этому не прикоснулась. Не нужно новый. Если не удобно я не буду брать.

- Почему не удобно? Я всегда забираю, если что-то не могу съесть. Слушай, может, Аринке пирожных купить?

- Нет, не нужно, у неё конфет сейчас полно, подарок же…

- Конфеты – это конфеты.

Подрываюсь, бегу к кассе, телефон на этот раз с собой прихватываю. И вовремя.

Сообщение от Варвары.

«Ты не отвечаешь, потому что ты не один?»

Какая проницательность. Не отвечаю, потому что не хочу. Но… мне стыдно. Понимаю, что ответить всё-таки надо.

«Извини, у нас было ЧП на концерте, сейчас не могу, давай попробуем встретиться завтра».

И тишина. Прочитала. Не отвечает.

Ну, что ж…

Заказываю пирожные с собой. Возвращаюсь за стол. Соня водит пальцем по стеклу, рисует что-то на запотевшем окне.

- Прости, я тут. Вот, это Арине.

- Не стоило. Но ей будет приятно. Ты её герой.

- А твой?

- Что мой?

- Герой? – пытаюсь улыбнуться, понимая, что звучит мой вопрос глупо.

- Да. – Соня отвечает серьёзно. - И мой тоже. Если ты доел, поедем? Поздно уже.

- Поехали, конечно.

Аришка рада меня видеть, виснет на мне, идея прийти к нам в гости её очень вдохновляет.

Мы с Соней договариваемся созвониться.

Но утром от неё приходит сообщение.

«Извини, мы не сможем прийти к вам».

Глава 24 (18.05)

Глава 24 (18.05)

- Сонечка, у тебя головка болит?

Болит. У Сонечки всё болит. Потому что Сонечка глупая гусыня!

Зачем было стоять на морозе? Зачем напялила это платье? Колготки?

Дура, дура, дура…

У меня не было сил, чтобы подняться и пойти с Аринкой на праздник студии. С трудом смогла её нарядить. Написала Галине Ивановне, попросила помочь, проводить сестру, последить там за ей, хотя она у меня самостоятельная. Галина Ивановна видит моё состояние, головой качает.

- Что это ты, девонька, перед Новым годом-то? Угораздило!

- Простите, Галина Ивановна… Я… я днем лучше себя буду чувствовать, я помогу вам всё убрать.

- Лежи уже! Поможет она! Я вон, студийцев припашу. Лбы здоровые, сами пусть за собой срач убирают. Нечего. Вечно побросают всё.

Ивановна ругается, а я краснею.

Когда я еще не работала, сама была такой же девчонкой из Студии, с удовольствием стреляла хлопушками, серпантин кидала, потом мы, конечно, кое-как прибирали. Но вот именно что кое-как. Всегда думали – есть же уборщица, вот она пусть и драит, деньги за это получает. Теперь стыдно.

- Я постараюсь подняться.

- Лежи! Я тебе попозже принесу меду к чаю. За Ариной присмотрю. Не вздумай вставать.

Лежу и не думаю. Голова кружится. И очень обидно, потому что всё планы на Новый год летят. И жалко сестрёнку.

Она так хотела поехать к Да Винчи! Может быть попросить Даню взять её? Но… получается на Новый год я буду одна? Нет, конечно, я могу и одна. Но Аришка вряд ли согласится.

Значит мне во чтобы то ни стало надо встать на ноги! Чтобы у сестрёнки был праздник!

Дане я написала утром, призналась, что приболела. Он почему-то не ответил. А я реально очень плохо себя чувствовала, мне было не до чего.

Силы были нужны чтобы накормить сестру завтраком и собрать её на праздник.

Когда Галина Ивановна увела Аришку – я уснула. Знаю, что как минимум час или полтора её не будет. Сначала представление, игры, потом сладкий стол. Выпила лекарство, укрылась и…

Не знаю, сколько времени прошло. Прихожу в себя и понимаю, что на улице уже стемнело.

Боже!

Я в ужасе. Поднимаю голову, и вижу сестрёнку. Она сидит за столом, сосредоточенно что-то рисует, высунув язычок. Её красивое платье висит на вешалке.

- Арина, - зову её тихонько, понимая, что проспала почти весь день. Сестра, наверное, голодная.

- Сонечка! Ты проснулась!

- Прости меня, я сейчас встану, дам тебе поесть.

- А меня уже Даня покормил.