Придуманная любовь (СИ) - Черничная Даша

Я нервно улыбнулась и на вопрос своего фиктивного парня:

— Готова? — ответила быстрым кивком головы.

Так же, не выпуская моей руки, Женя повел меня в сторону кухни. Мы передвигались бесшумно, наверное, поэтому, родители парня ничего не услышали, и продолжи свой разговор, стоя спиной к нам.

Они находились у плиты и рассматривали содержимое сковородки, которую мы забыли убрать в холодильник.

— Это точно наша квартира? — спросил мужчина в серых спортивных штанах и черной футболке.

— Может, это домовой? — вместо ответа спросила высокая женщина со светлыми волосами, уложенными волной. Так вот в кого мой фиктивный парень пошел шевелюрой. Мама Жени была одета в нежно–розовые широкие штаны в пол и такого же цвета приталенную футболку.

Даже со спины она выглядела, как нимфа из каталога дорогой одежды.

— Это не домовой, а моя девушка — громко сказал Женя, на его лице блистала широкая и счастливая улыбка. — Здравствуйте мама и папа. Это Катя, и теперь она будет жить с нами.

Женя взял меня за плечо и прижал к своему боку. Он был выше меня, поэтому создалось не большое ощущение безопасности.

Родители резко развернулись и замолчали, лишь в немом вопросе оба открыли рты. Я считаю, что родители меня воспитали хорошо, поэтому решила играть роль доброго полицейского — нацепила на лицо вежливую улыбку и сказала:

— Здравствуйте.

Родители продолжали молчать, лишь переводя по очереди взгляд с меня на собственного сына, и Женя решил взять все в свои руки:

— Катя, это моя мама — Анастасия Викторовна, а это отец — Юрий Олегович.

Они всё молчали и молчали, а я стояла, обтекала и краснела, чувствуя, как земля начинает уходить из-под ног. Новый жилец в собственной квартире — последнее, что хочется узнать, приходя домой после тяжелого рабочего дня.

–Так всё, — Женя отошел от меня, подошел к родителям и пощелкал пальцами перед их лицами. — Ма, па, давайте, выходите из прострации обратно в реальный мир и поздоровайтесь с моей девушкой, а то она сейчас в обморок грохнется.

— Здравствуй, Катя, — первый пришел в себя Мельник–старший и вежливо улыбнулся. — Ты прости нас, мы ожидали много чего от нашего сына, но ты стала настоящим сюрпризом. Настя? — и повернул голову к своей жене, мягко беря ее за руку.

Анастасия Викторовна отмерла, пару раз быстро моргнула, а потом сказала:

— Катюша, мы очень рады с тобой наконец–то познакомиться, — постаралась мягко улыбнуться, но нервы, видимо были сильнее, поэтому улыбка вышла немного кривой — Мы виделись ранее, верно? — уточнила она, а я кивнула.

— Родители, — торжественно сказал Женя и вернулся обратно ко мне. — Мы с Катюшей, — уменьшительно–ласкательное имя, произнесенное устами моего фиктивного парня, сильно резануло слух, — хотим официально сообщить вам о своих отношениях. Мы будем жить вместе, так как ни одного дня не можем провести отдельно друг от друга. Если вы не против, то мы временно поживем у вас, а к началу учебного года переедем на съемную квартиру.

Родители окончательно пришли в себя, будто даже выдохнули немного, заставили сесть за стол и засыпали кучей вопросов:

— Сколько тебе лет? Где ты учишься, на кого? Кто это готовил? — и так далее.

— Мне двадцать один год, я учусь там же, где и Женя, только на экономическом факультете, впереди последний курс. А картошку пожарили мы с Женей, — посмотрела на сидящего напротив парня и мягко улыбнулась. Уж если и играть роль, то до конца.

— С кем–кем? — переспросил отец.

— С вашим сыном, — ответила я.

Снова воцарилась тишина, только мать с отцом переглядывались друг с другом, как будто на подсознательном уровне что–то обсуждая. Мы с Алинкой тоже так делали иногда, сама не знаю, как это работает.

— Понятно, что ничего не понятно, — тихо сказала Анастасия Викторовна и вздохнула.

— Катенька, а твои родители знают о том, что их дочка теперь живет с мальчиком? — задал неудобный вопрос Юрий Олегович.

Все дело в том, что я так и не решила, что говорить маме с папой, поэтому пока решила не травмировать родителей, надеясь, что эти два месяца у меня получится водить их вокруг пальца. Это плохо, знаю. Но что мне им сказать? Правду? Это будет очень странная правда, которую они не поймут и вернут меня обратно в наш маленький городок.

— Кхм, — прокашлялась я. — Как раз сегодня хотела им сообщить.

— Думаю, для первого допроса достаточно, — хлопнул в ладоши Женя и потер их между собой, а потом поднялся, протянул мне руку и сказал: — Пойдем, Бука. А вы, родители, кушайте картошечку.

— Сынок, ты же знаешь, я такое не ем, — улыбнулась мама Жени, будто извиняясь.

Не дав мне ничего ответить, Женя утянул меня в свое логово.

Уже в спальне, я смогла немного выдохнуть и плюхнулась на кровать абсолютно без сил, Женя уселся в кресло у окна и закинул ноги на подоконник, а потом беспечно, в своем духе спросил:

— Вроде неплохо вышло?

Накрутила прядь волос на палец и ответила:

— Я будто постарела на лет десять.

Какое–то время мы просидели в спальне, Женя ненадолго покинул меня, переодеваясь сам и позволяя сделать мне то же в его комнате.

Часов в восемь вечера родители пригласили нас на чаепитие с привезенным курьером тортом, где меня подвергли новой волне расспросов об учебе, временной работе и родителях. Старалась отвечать на все без увиливаний, но и не вдаваясь в подробности. А после, вчетвером мы отправились смотреть какое–то музыкальное ток–шоу по телевизору.

Все это было дико странно, и я не могла до конца расслабиться. В итоге, часов в десять вечера, Женя отправил меня в ванную, объявляя всем, что мы пойдем спать.

— Сынок, в последний раз ты уходил спать в десять вечера в седьмом классе, — задумчиво проговорил отец моего фиктивного парня.

— Точно, обычно в десять вечера ты только просыпаешься, — заметила Анастасия Викторовна.

Женя ничего не ответил, лишь тяжело вздохнул и подтолкнул меня к коридору, из которого можно было попасть в ванную. Уверена, что, когда за мной закрылась дверь, Мельника–младшего подвергли настоящему испытанию, пытаясь выяснить правду, но это уже не мои проблемы. После ванной, пожелав спокойной ночи, я убежала в спальню.

Оттуда позвонила маме для ежедневного отчета.

— Привет, мамуль! Как вы? — слишком жизнерадостно спросила я.

— Все хорошо, Катёна, — детское ми–ми— мишное имя перекочевало во взрослую жизнь и продолжало жить в родительском доме, — отец на неделе собирается в командировку к вам в город, хочешь, может заехать, гостинцы завезти?

Ну вот, не успела я начать обманывать родителей, а уже готова спалиться на первой же мелочи.

— Мамуль, мне могут смену поставить в любой момент, а Алинка постоянно уезжает со своим Димой, так что может получиться так, что дома никого не будет.

— Как скажешь, — было слышно, как на том конце провода устало улыбается мама. Работа медсестрой в реанимации забирает у нее много сил, как физических и моральных.

— Кстати, Катёна, мы тут с папой поговорили — надо бы тебе решить вопрос с переездом в другую квартиру, судя по всему, у Алины все серьезно, не хотелось бы, чтобы ты была третьей лишней.

— Как раз этим занимаюсь, мамуль.

Ближе к одиннадцати, когда я удобно устроилась на кровати с книгой и укрылась одеялом, ко мне зашел Женя.

— Прости, что так долго — отвечал на вопросы родителей, они в шоке.

Скинул с себя шорты, оставаясь в одних боксерах, дернул головой с мокрыми волосами и запрыгнул на кровать с другой стороны. От Жени ненавязчиво пахло свежестью и морским прибоем, я непроизвольно глубже вдохнула этот аромат

— Ты не будешь спать здесь! — возмутилась я.

— А где мне, по–твоему, спать? — удивился он.

— Жень, тебе виднее, где — это же твой дом, — я пожала плечами и сделала вид, что продолжила чтение.

— У нас нет гостевых спален. Есть еще две комнаты — спальня родителей и кабинет отца, но нигде нет лишнего спального места, — парировал парень и попытался отобрать у меня книгу.