Пустышка (СИ) - Павлова Дина

И когда, закончив, с трудом дыша, мы лежим рядом с Андреем, он снова целует меня, так нежно, с такой любовью, я осознаю что мне хочется чтобы это никогда не заканчивалось.

— Ты прекрасна.

— И ты прекрасен. Мне очень хорошо было…

— Спасибо. Останешься ночевать у меня?

— Ночевать — да, а поживу я пока у себя в квартире.

— Но почему? — кажется Андрей разочарован таким решением.

— Есть несколько причин. Во-первых, как хозяйка я полная неумеха. Ты будешь ждать от меня неба в алмазах, а я даже еду себе с трудом готовлю. За меня несколько лет домашними делами занимались домработницы. Я даже завтрак себе не подавала. А когда жила в интернате, то тем более.

— Я обещаю что никогда не упрекну тебя за отсутствие навыков ведения хозяйства, — Андрей проводит ладонью мне по волосам, такой ласковый, улыбчивый, — я все умею делать сам.

— А, во-вторых…

— Есть еще во-вторых? — хмурится.

— Да, я очень боюсь что если мы станем жить вместе, твое отношение ко мне ухудшится. А я хочу насладиться тем чем есть.

— Хорошо, тогда немного подождем, — вздыхает Андрей. Я вижу, что он расстроен моим решением. Однако на его лице через минуту снова появляется улыбка, — Так ты ягоды с букета пробовать будешь или нет?

Глава 23. Лиля. Неожиданный визит

На следующий день я буквально порхаю. То ли чувство влюбленности так на меня действует, то ли поднявшийся гормональный фон. Все-таки я давно не имела близости. А чтобы еще после нее ноги подкашивались… Все-таки Тигран из тех, кто думает прежде всего о своем удовольствии. А может, дело вовсе и не в этом, а в том, что мы просто не сошлись ни характерами, ни темпераментом.

И хотя мне до сих пор больно от того как он поступил со мной, но впервые за почти четыре месяца я чувствую что отпускаю ситуацию. Прошлого не вернешь, так чего плакать. И, странное дело, я ни сколько не переживаю что Андрей совсем не богат. Да, я ни в чем не нуждалась, живя с Тиграном, но в некоторые моменты мне казалось что мой дом — музей. Я ничего не могла изменить в этом особняке, мне было неуютно.

А теперь, когда у меня есть Андрей, меня охватывает ощущение полного контроля над своей жизнью. Больше нет чужих правил, есть мои собственные. И день за днем моя жизнь начинает налаживаться, принося казалось потерянную навсегда радость.

Даже на работу я хожу теперь с удовольствием, я больше не боюсь покупателей, мне не страшно сидеть на кассе. Нет ощущения потерянного времени. Я даже улыбаюсь чаще и рада видеть совершенно посторонних мне людей.

Мы с Андреем встречаемся постоянно, то я к нему захожу, то он ко мне. Или мы вместе ходим в зал, где я тягаю штангу, отжимаюсь, приседаю и много бегаю. Спорт тоже вдохновляет, и это очень приятно и удивительно.

И когда уже мне кажется что ничего травматичного со мной произойти не может, мое прошлое врывается самым грубым и беспощадным образом.

Вернувшись с работы, я ставлю в микроволновку нехитрый ужин, когда раздается звонок в дверь. Первая моя мысль — что это Андрей решил заглянуть в гости, хотя он обычно предупреждает. Но когда я открываю дверь, даже не удосужившись посмотреть в глазок, то вижу на пороге незнакомую девицу, модно и дорого одетую. Оперевшись плечом о стену, она с усмешкой на лице произносит:

— Ну слава богу! А то мы уже думали что ты сдохла. Утопилась. А ты ничего, жива.

— Кто мы? — смотрю в упор на незваную гостью, не зная как реагировать на подобные слова.

— Подруга Ани, кто же еще может к тебе прийти? Она хотела узнать, ты как уже с урны завтракаешь или со следующей неделе начнешь?

— Ясно, — покачав головой, пытаюсь закрыть дверь, но эта дрянь не позволяет мне этого сделать. Кажется дай ей волю — в квартиру залезет.

— Я не закончила.

— Я сейчас полицию вызову! — буквально шиплю, но это ее только раззадоривает:

— Глупышка! Аня тебе помочь хочет. Говорит передать тебе пять тысяч на бедность. Вместе со свидетельством о твоем разводе. Неудачница. — походу пока эта тварь не выскажет все что хотела, не уйдет.

— Можешь подтереться этими бумажками.

— А ты грубиянка! Аня говорила что ты совсем дурочка, — я продолжаю пытаться закрыть дверь, но эта стерва сильнее меня. Мало я в зале тренировалась. — или может ты пьяная? Развод алкоголем не заливаешь?

Сучка театрально начинает нюхать воздух, что меня выводит из себя:

— Да что ты от меня хочешь?! Что тебе нужно?

— Отдать документ о разводе.

— Мне он не нужен. До свидания!

— И узнать, не нуждаешься ли в чем? — снова на лице гостьи мерзкая улыбка, — Аня может тебе давать ежемесячно неплохую сумму.

— Мне ничего не нужно! — и, воспользовавшись тем что девушка начинает заливисто хохотать, я толкаю ее в грудь, заставляя улететь к лестнице и в эту секунду захлопываю дверь. И только сейчас мне приходит в голову запоздалая мысль: а что, если у нее есть ключи? Я же замки не меняла!

Мои руки дрожат. Эта стерва еще долго звонит в звонок, потом минут двадцать стоит под дверью — я слышу как она топчется на коврике. И лишь минут через сорок она уходит. Но это неточно. Мне так страшно, что я звоню Андрею и, всхлипывая, сбиваясь, рассказываю что произошло. Выслушав меня, он произносит спокойно и четко:

— Лиля, никуда не выходи из квартиры, кушай и собирай все свои вещи. Я через час приеду.

— А зачем вещи собирать?

— Ты в этой квартире больше жить не будешь. Хватит, еще неизвестно кто завтра придет. — Андрей говорит жестко и настойчиво. И я впервые за долгое время невольно теряюсь.

— Но куда я поеду?

— Ты будешь жить у меня. Одной тебе небезопасно. Но да, если ты не хочешь, я не настаиваю.

Я невольно мотаю головой. Нет, если бы эта стерва явилась когда Андрей был дома, то устроить сцену у нее точно бы не вышло. И что нужно Ане? Получила ведь что хотела. Хотя, у нее же не получается наслаждаться видом моего бессилия. Она хочет меня растоптать, уничтожить, чтобы на сто процентов быть уверенной в собственном превосходстве.

Интересно почему она сама не явилась… Хотя, известно почему. Ей или рожать скоро, или уже родила. Кто его знает какие там сроки беременности у нее были. Вот и боится, клуша, что я могу навредить ей… Она бы сама точно навредила.

Собирать вещи нет ни сил, ни желания. Я вытаскиваю из микроволновки ужин и, сгорбившись над столом, придерживая голову рукой, начинаю есть. Хотя уже не хочется. Хочется сесть и плакать. Потому что несмотря на то что головой я понимаю, что эта мадам стерва, я все равно чувствую себя униженной. И да, раз для меня до сих пор так травматична встреча с прошлым, то лучше пока спрятаться за широкую спину Андрея. А значит, придется собирать вещи.

Глава 24. Лиля. Симбиоз

Я переезжаю в тот же день. Андрей помогает мне собраться, морально поддерживает, даже сам упаковывает вещи и переносит их в такси. Мне остается только сесть в машину и по возможности не плакать. Я не хочу показывать свое уныние, однако он все равно все чувствует.

— Мы сдадим твою квартиру, — мы уже едем по проспекту, а я кусаю губы, думая о том как теперь мне жить с Андреем… Он же меня тоже выгонит.

— Зачем?

— Чтобы ты получала за нее деньги. Тебе деньги нужны или нет? Будешь на них ходить в магазин, купишь сумочку я не знаю, — он приобнимает меня, прижимая к себе, — Не волнуйся, моя хорошая, ты со мной в полной безопасности.

Андрей это произносит так просто и с таким теплом в голосе, что я невольно улыбаюсь. Я должна взять себя в руки! Во-первых, перестать бояться этих сучек, а, во-вторых, научиться полноценно, от души радоваться жизни. Никто меня больше не убьет морально! Никогда!

На следующее утро я еду на работу, не переставая переживать события предыдущего вечера. Попреки изначальному настрою, успокоиться никак не выходит. Я жду теперь что-то плохое, мне начинает казаться, что за мной следят, будто чей-то взгляд буровит меня. И мне настолько страшно, причем я совсем не понимаю от чего, что к вечеру прошу Андрея забрать меня. И он приезжает без каких-либо вопросов.