Исправляя ошибки - Аля Кьют

ржать! Это не смешно, – закричала на меня Саша.

В конце ее голос сорвался.

Я старался не ржать, но это было слишком сложно. Ситуация была абсурдной, и Саша точно не собиралась веселиться. Ко всему прочему у меня еще и встал. Ну не мог я реагировать на нее полуголую иначе. Пришлось взять себя в руки и пойти за Даном.

– Я присмотрю за парнем, – бросил я через плечо.

– Нет, – пискнула Саша, но тут же снова захныкала, осознавая, что выбора у нее нет. – Ох, ладно. Я быстро.

Уже из гостиной я увидел, что она схватила сумку и затащила ее в ванную, хлопнув дверью. Дан шлепнулся на коленки, отвлекая меня от шпионажа за его матерью. Я думал – заревет, но он просто пополз к дивану, чтобы изучить яркие подушки. Он деловито заполз на диван и стал трогать вышитые наволочки, которые мама купила на какой-то барахолке в Кали.

Я присел рядом с диваном, чтобы ловить пацана, если он решит нырнуть на пол. Не сдержался и похвалил его:

– Спасибо, что написал на мать и заставил снять майку. Делай так почаще. Дай пятюню, бро.

Я протянул ему ладонь. Дан отвлекся от подушек и похлопал меня по руке. Он тоже заулыбался, даже засмеялся. Чертовски милый пацан.

Я присел на диван рядом с ним, взял подушку и поддался странному порыву.

– Ты знал, что это подуха-нападуха?

Зарычав, я сунул подушку в лицо Дану. Он захохотал звонко, заливисто.

– Подуха-нападуха атакует, аррр, – продублировал я фокус.

Дан смеялся еще громче и заразительнее. Я тоже стал посмеиваться и продолжал нападать подушкой на пацана.

За этим занятием нас и застала Саша. Она переоделась и была в чистой майке, держала в руках трусы для Дана и хмурилась на нас.

– Подуха- нападуха? – переспросила она почти сердито.

Дан еще хохотал, хотя я перестал его драконить.

– Брат надо мной так в детстве издевался, – объяснил я грозной матери. – Вроде, безобидная игра.

Черт знает что, но суровый взгляд мамских глаз заставлял оправдываться.

– Он плакал? Я не слышала, – продолжила Саша в духе допроса.

Я продолжал оправдываться, как мелкий воришка.

– Не плакал, ему понравилась подушка.

– И ты решил, что подушка должна напасть? А если бы он испугался.

– Он ржал, Саша

– Поэтому ты все еще жив.

Я запрокинул голову и загудел.

– Какая ты стала нудная, дорогуша.

Она ничего не ответила, прошла к дивану и начала одевать парня.

– Была бы я веселая…

– Не убежала бы дальше МКАДа, – угадал я продолжение.

– Вот именно.

– Отсюда сбежать у тебя не выйдет, сразу предупреждаю. На двери цифровой замок. Код знаю только я.

Саша задрала нос и сжала губы. Ее голос дрожал, но она гордо била меня словами. Лучше бы по щекам надавала, честное слово.

– Я опять в плену? Личная просторная камера с видом. Чем ты лучше Грифа после этого?

Не стерпев на этот раз, я забыл о выдержке, за секунду оказался около дерзкой девчонки. Почти касаясь ее носа своим, я выплевывал слова Саше в лицо.

– Я лучше, милая, поверь! Лучше почти во всем. Но тебе ли не знать, что я точно лучше Грифа в постели. Так что не задавай дурацких вопросов и будь хорошей девочкой. Тогда и я постараюсь не быть плохим.

Саша всхлипнула.

– Что? – не унимался я в бешенстве. – Нечем крыть сегодня? Определись уже, Саша. Вчера ты валялась у меня в ногах, а сегодня дерзишь. Ну что смотришь? Нечего больше сказать?

– Ты мне больно делаешь.

Саша опустила глаза, и я тоже посмотрел вниз. С удивлением обнаружил, что действительно сжимаю ее запястья со всей дури. Я отпустил ее руки и сделал шаг назад.

Какого же черта со мной все время происходит рядом с ней? Я с трудом контролирую свои инстинкты.

Потирая запястья и морщась, Саша вернулась к ребенку. Она помогла ему слезть с дивана. Я пошел к выходу, чтобы забрать кровать.

Выбрав комнату для гостей, я установил там кровать ровно так же, как видел в квартире Кати. Моя спальня была соседней. Я достал чистое белье из шкафа. Хорошо иметь смену одежды здесь. Можно не париться о багаже.

Вспомнив Сашину сумку и ее острый вопрос багажа, я ощутил нечто вроде стыда. Но быстро отогнал это неприятное чувство. Мне просто нужен душ.

В душе я остыл и подрочил. Кажется, теперь придется часто прибегать к последнему. Рядом с Сашей я чувствовал себя немного диким. Хотелось толкнуть ее на кровать и трахать, как будто завтра конец света. Как в ту самую ночь…

Я зажмурился, снова вспоминая, как дерьмово закончилось наше невероятное знакомство. Очень непросто было держать себя в руках, не вспоминать день свадьбы, не желать Саше того, что заслужила. Не желать ее саму – еще сложнее. Я думал, что пережил, отлюбил, успокоился, но нет… Только увидел ее, и органы в туловище как будто стали меняться местами.

У меня не было в планах мучить Сашу, мстить ей или даже мешать. Я действительно хотел бы ей помочь уехать из страны. Отец мог поспособствовать, но его не было сейчас в городе. Выпускать Сашу из поля зрения я тоже не собирался. Она попадется рано или поздно. Женя найдет ее. Такой он человек.

Я не собирался возвращать Грифу жену и ребенка. Все мое существо противилось этой мысли. Пусть Женька не сделал мне ничего дурного, но Саше точно не подходит его образ жизни и сексуальные предпочтения.

Стоя под струями душа, я решил, что нужно обговорить с Сашей детали эмиграции, а потом подключить отца. К слову, мысль, что Саша и Дан исчезнут, меня тоже не радовала. Но я мог смириться с этим.

Кажется, мог.

Эта мысль мне тоже не нравилась, и я задвинул ее подальше.

Нам точно нужно немного времени, чтобы успокоиться, остановиться и заняться документами.

Я вышел из ванной в одних трусах. Наверное, стоило одеться лучше, чтобы не смущать Сашу, но подумал я об этом поздно. В конце концов, мы видели друг у друга все. И не только видели. Было бы глупо кутаться в полотенце. Или нет?

Саша проводила меня цепким взглядом до самой спальни. Кажется, я даже услышал, как она сглотнула слюни.

Блин, такая реакция меня позабавила и… опять возбудила. Я натянул удобные спортивные штаны, а майкой пренебрег.

Саша возилась с мелким, когда я вышел из спальни.

– Мы все время будет сидеть под замком? – поинтересовалась она не оборачиваясь. – Дан любит гулять.

– Будем гулять вместе, – невозмутимо ответил я.

Саша не