Ребенок генерального, или Внеплановое материнство (СИ) - Касс Вероника

— Дельный совет. Тебе или мне? — усмехнулась я и вернулась в переписку с Яном… Что же мне ему ответить?

— Обеим, — тихо произнесла Маринка и, поднявшись, начала быстро убирать со стола. Настроение подруги мне не нравилось, а потому, заблокировав и отложив телефон подальше, я поднялась и начала помогать ей с уборкой.

— У тебя кто-то появился?

— Нет… это просто… — Она натянуто улыбнулась, а затем, словно перестав что-то строить из себя, в одно мгновение вся съежилась и расстроенно проговорила: — Я не знаю, что делать с Максом. Он очень изменился после развода. А сейчас сильно настаивает на возобновлении отношений… а я… Я головой понимаю, что так будет лучше всем. Все же это полная семья для Ленки, но в то же время здесь, — Марина приложила ладонь к груди, — пусто с тех пор.

— Ты все еще вспоминаешь о нем? — тихо-тихо спросила я, приобняв подругу. Вслух имя того мужчины называть я боялась, чтобы лишний раз ее не задевать, и оказалась права.

— Только не надо о нем! Хватит! Иди пиши быстро своему Бестужеву ответ, — скомандовала Марина, вмиг опять поменявшись. — И когда его сочинять будешь, не забудь о том, что Бестужев и правда может оказаться отцом Лики. И только от тебя зависит, проблемы он ваши решит или новых добавит.

— Ой, не надо… — рассмеялась я и чмокнула Маришку в щеку.

А после быстро сбежала из кухни, потому что была уверена, что она опять включит свои нотации о том, что женщина должна быть нежной кошечкой, а мне вообще давно пора обзавестись мужчиной. Хотя бы для здоровья. Только вот, глядя на подругу, мне меньше всего в жизни хотелось влюбляться, а потому те эмоции, что вызывал во мне Бестужев, пугали до чертиков.

Умывшись и переодевшись ко сну, я залезла в кровать и начала перебирать в голове всевозможные варианты ответа, только ничего дельного на ум не шло, а я так устала за день, что сама не заметила, как уснула с телефоном в руках.

Утром, проснувшись по будильнику, я сначала встала и начала собираться и только потом задумалась о том, а ждут ли меня вообще на работе. Нет, чисто официально я числилась их сотрудником на испытательном сроке, но Ян отстранил меня от работы в отделе, а еще было его вчерашнее сообщение, на которое я так и не ответила. И все же прятать голову в песок было не в моих правилах, а потому, поцеловав спящую Лику и давно бодрствующую Маринку, я отправилась в офис.

Сегодня я опять не опоздала, приехала за пять минут до начала рабочего дня, но стоило мне только выбежать из лифта в приемную нашего этажа, как администратор важным тоном сообщила мне, что меня ждет у себя сам Бестужев.

Вот же черт. Я кивнула и вернулась в лифт, и даже там пришлось держать лицо и не кривиться: кабина прозрачная же.

Чего Ян добивался?

Еще немного, и по офису пойдут неуместные слухи. Неужели это месть за неотвеченное сообщение? Впрочем, какая мне разница. Здесь я работать все равно не буду. Еще вчера днем, сразу после того, как мы приехали с Ликой из клиники, я порылась в интернете и нашла три подходящих фирмы с вакантными местами. В одну из них уже даже написала и отправила свою анкету.

В приемной Бестужева я просто кивнула Светлане и, ничего не спрашивая, направилась к двери Яна, постучалась, чисто для приличия, и сразу же толкнула дверь. Позади себя я услышала возмущенный возглас Светланы, которая явно не ожидала от меня такой наглости, да и видеть сегодня она меня, наверное, тоже не ожидала.

Теперь становились понятны слова Кати с моего этажа: сам Бестужев. Она имела в виду, что связался он с ней не через своего секретаря, а лично.

Точно слухи пойдут…

Я прикусила губы и, немного пьянея от своей наглости, не только успела захлопнуть дверь до того, как меня нагнала Светлана, но и крутанула защелку на двери, закрывая ее на замок. Только после этого я обернулась и огляделась. Бестужев был не на своем рабочем месте, он стоял у стола, опираясь на него бедрами, и внимательно разглядывал меня. Ну еще бы, такое шоу.

— Простите, — ехидно произнесла, не чувствуя ни капли вины, — просто ваша Светлана за мной побежала… — Ян выгнул брови, намекая мне, чтобы я продолжала. — А у нее такой оскал, знаете ли… страшно стало.

Я мило улыбнулась, строя из себя полнейшую дуру, еще и ресницами похлопала, а Ян неожиданно расхохотался, а отсмеявшись, лучисто улыбнулся и выдал:

— Меня, честно говоря, тоже иногда смущают ее виниры.

— Тогда с ва… твоей стороны было ошибкой платить ей такую большую зарплату, — выдала я быстрее, чем подумала. Быстрее, чем проанализировала его слова и оценила шутку.

А ведь он мне подыграл, и это было удивительно.

— Ну, знаешь, зарплатой занимаюсь не я лично. Для этого у меня есть целый отдел высококвалифицированных работников. Но, — Бестужев опять улыбнулся, — я подумаю над твоим предложением. Правда, ума не приложу, что делать с этими… — Ян махнул ладонью на уровне своего рта. — Ну не вырывать же?

Он произнёс это совершенно серьёзным тоном, хотя я прекрасно понимала, что он шутил. И юмор мне его, кажется, нравился, потому что я совершенно искренне рассмеялась.

— Ты забыла вчера статуэтку, — произнёс Ян мгновением позже, а я перестала смеяться и легонько улыбнулась.

— Да, Лика очень расстроилась. Я же ей сказала про кошку, раззадорила ее и… — Я развела руками.

— Я хотел передать кошку вчера с водителем, но решил, что это будет немного…

— Подозрительно? — опять улыбнулась я и получила в ответ такую же лёгкую и добродушную улыбку.

Мы разговаривали, как старые приятели, совершенно непринужденно. Улыбались друг другу, стоя при этом на расстоянии почти в пять метров. Да, я по-прежнему подпирала дверь. Запертую дверь. А Бестужев стоял у своего стола.

Стоило только вспомнить о запертой двери, как меня внезапно бросило в жар. Глупый был порыв с моей стороны. И как же хорошо, что я смогла все обернуть в шутку, а то неизвестно, о чем мог подумать Ян.

— В принципе, — мужчина словно уловил изменения во мне, считал то самое напряжение и сам нахмурился, — за этим я тебя и звал. Лично работать со мной ты не хочешь, это я уже понял, так что возвращайся к работе в отделе.

— Прости, — тут же повинилась я, но с места так и не сдвинулась, даже за кошкой, — я уснула вчера. Начала печатать тебе ответ и… уснула.

Мужчина улыбнулся, но в этот раз не очень-то и тепло, он оттолкнулся от стола, подхватил знакомую мне коробку, а я уверенно зашагала ему навстречу, доставая из сумки телефон.

— Вот, смотри, если не веришь. Я писала и…

Необходимость доказать ему во что бы то ни стало, что я не хотела его игнорировать, стала просто отчаянной. Я быстро разблокировала телефон и, найдя переписку, уже хотела тыкнуть ее в нос Бестужеву, но в последний момент ругнулась.

Что за нафиг?

Я же столько всевозможных вариантов вчера перебрала перед тем, как уснуть? Неужели только в голове? Потому что в черновиках все еще висел текст, написанный Мариной.

Пока я размышляла об этом, Ян просто накрыл мою ладонь своей и внаглую развернул мою руку так, чтобы ему был виден дисплей телефона. Бестужев сжимал мои пальцы крепко, очень крепко — и в то же время словно бережно…

— Я думаю, что смогу позволить себе оплатить ваши услуги, — усмехнулся он и словно невзначай погладил большим пальцем ребро моей ладони.

Я вздрогнула от неожиданности и разжала руку, телефон с грохотом упал на пол, а Ян отпустил меня и тут же нагнулся, чтобы поднять мой смартфон. И все это у него получалось так естественно и грациозно, что я почувствовала себя неуклюжим гиппопотамом.

— Это… это шутка, — я тяжело вздохнула, останавливая готовые сорваться с губ слова в последний момент. Чуть было не рассказала Яну, что шутка-то была не моя, а Маринина.

— Я уже понял, что вы шутница ещё та.

Ян внимательно смотрел на меня и стоял очень близко, нарушая любые личные границы, но сам при этом опять обратился ко мне на «вы».

— Я просто иногда так пытаюсь выйти из стрессовых ситуаций.