Не вместо (СИ) - Гейл Александра

Сказать, что я ни хрена такого не ожидал, было бы слишком мягко. Нет, я понимаю, почему так действовала Шерил. Этот ублюдок Докери с ней играет, и все об этом знают. Но она чуть не освежевала девчонок после простой сплетни о туалетной кабинке — и вдруг решила подставиться вот так. Чтобы что? Все услышали, что ее в сарае трахает другой парень? Чтобы знали, что она вообще кому-то интересна? Больший бред сложно вообразить.

Уверен, что если бы тронул ее, пока она меня целовала, то точно бы наплевал на все принципы. Даже если бы она в стонах называла меня Стивеном или вообще кричала имя Майлза, меня бы ни черта это не остановило.

Какого я вообще ее отшил? Придурок. Из гордости? Хотел, чтобы Шерил Абрамс захотела видеть на месте меня именно меня? Отличный план. Можно подумать, я ни разу не делал так с другими девчонками. И мне было ок, а тут, понимаешь, как меня коснулось, оскорбился. Двойные стандарты? Да плевать! Не мог я по-другому. Когда она меня поцеловала, внутри будто все кишки переложило удобным ей образом. Я чуть не сдох от желания тотчас опрокинуть ее на жесткую рыболовную сеть. Без прелюдий, без защиты, плевав на последствия такого идиотского поступка, как секс в каком-то грязном сарае с отсутствующей звукоизоляцией.

Когда такси останавливается около моего дома, я шлепаю картой по терминалу и пулей вылетаю из салона, бормоча что-то между «наконец-то, блядь» и «слава тебе господи». Видимо, в мои планы входит лежать в кровати до утра и издыхать от воспоминаний о Шерил Абрамс разными способами, каждый из которых не понравится ни мне, ни вам.

Но у калитки дома я натыкаюсь на Лейси Уильямс с парой бутылок пива в руках. Первый час, для пива поздновато. И топ с открытой спиной дарит знание о том, что бюстгальтера на ней нет.

В голову стреляет воспоминание о груди Шерил, которую я все же на свой страх и риск тронул. Я бы скончался, если бы не тронул. Я бы себе этого не простил и за целый век. Кровь, с превеликим трудом частично возвращенная в голову, снова водопадом обрушивается в пах.

И перед моим домом Лейси. Никак не могу понять, то ли это божье благословение — на, возьми, успокойся, — то ли подстава века.

— Привет, — улыбаюсь я ей. — Надеюсь, ты не ждешь под окнами?

— Брэнда, видимо, решила, что я останусь у друзей. Ушла и закрыла дверь. А я без ключей. Ну и вот. Решила воспользоваться приглашением на пиво. Его принесла на случай, если у тебя нет, — весело и пьяно тянет она.

— Значит, я вернулся с вечеринки очень и очень вовремя, — отвечаю я.

На самом деле с большинством девчонок общаться легко и приятно. С симпатичными парнями, которые не начинают с ходу сыпать постельными шуточками, они не прочь весело пофлиртовать без последствий или же с минимальными. Но еще есть безупречная Шерил Абрамс, которая редко улыбается, еще реже ведет себя как нормальный человек… а потом вдруг без намека на переход сбрасывает одежду.

— Что за вечеринка?

— Студенческая.

— Учишься? — с интересом спрашивает она.

По возрасту я отношусь к пограничной категории, ведь мало кому известно, что я кинул учебу и начинаю чуть ли не с начала. И моложе своих лет я не выгляжу. Но после всех событий в Бостоне какая мне юриспруденция? Тем более что пошел я туда только из-за отца и брата. Норту это подходит. А мне — совсем нет. Решил теперь переключиться на бизнес.

Но Лейси я все это не объясняю.

— Да, — улыбаюсь я и наконец-то достаю сигарету. — Не возражаешь?

«Отдай. Иди за мной».

Это когда-нибудь кончится?

— Ничуть, — так же незамутненно отвечает Лейси.

С тех пор как Шерил вытащила из моих пальцев сигарету, я за всю вечеринку так и не закурил. Необъяснимо. Зато сейчас каждая затяжка дарит просто нереальное удовольствие.

Выйдя из сарая, я был сам не свой. Прямо по пути меня перехватил Масконо и участливо поинтересовался, сильно ли мне влетело от «этой суки». Я едва сумел увести его подальше от сарая: советуя в ближайшее время не попадаться Шерил. Я почти не сомневался, что если он ворвется внутрь, то увидит ее голой. И едва ли все закончится мирно. Возможно, я ему после такого врежу. Мне тошно думать, что кто-то еще будет смотреть на Шерил. Хотя бы сегодня.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Звездочка просидела в одиночестве еще двадцать минут, а когда вышла, никто бы в жизни не поверил, что с ней случилось что-то особенное. Арктически холодно поговорила с Масконо, явно цапнулась со своей подружкой-брюнеткой, а потом какой-то обкуренный придурок рухнул в бассейн и чуть не утонул. Когда Звездочка уезжала с доктором, видели бы вы, каким взглядом провожал их Майлз Докери. Шер вот точно не видела, иначе бы осталась и сплясала на трупе его сегодняшней подружки. Как не видела, что с тех пор как я вышел из сарая, я только и делал, что наблюдал за ней, едва обращая внимание на прилипшую ко мне другую девчонку. Лучше пусть объясняют мой стояк ее присутствием, а не тем, что натворила Шерри.

И вот я у себя дома, с Лейси Уильямс, которая, улыбаясь, сидит напротив и слушает истории об одной из самых хреновых вечеринок, на каких я побывал.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Как тебе дом? — спрашивает она.

— Дом как дом, — пожимаю я плечами.

— Это лучший дом на нашей улице. Когда мы с Брендой подыскивали себе жилье, она завистливо вздыхала. Но аренда у него слишком дорогая.

Мой отец, зная, что однажды за него обязательно возьмутся, оперировал оффшорными счетами, открытыми на наши с Сейди — его женой — имена. В итоге, когда отец прогорел, как это ни смешно, полиция сумела добраться лишь до малой толики нажитого. Это тоже причина, по которой мне совсем не хотелось задерживаться в Бостоне и заставлять копов скрежетать зубами после каждой моей траты свыше ста баксов. Я на примере отца наблюдал, как служители закона подчиняются наводке. А новый губернатор штата лучше всех знает, откуда у меня такая свобода в средствах, это же он нам помог выкинуть отца из игры. Нужно ли искушать бедного мужика, вертясь у него под носом? Даже воспоминания о том, кому он несколько обязан своим новым назначением, со временем померкнут.

— И как? Ожидания оправдались? — спрашиваю я, лениво махнув куда-то вглубь помещения.

— Понятия не имею. Пригласи меня днем и проведи экскурсию.

Мы сидим за столиком на кухне и пьем пиво, принесенное Лейси. А она молодец: выдержала грань. Предложи она провести мне экскурсию сейчас — и показалась бы доступной. Не могу сказать, что меня такое отталкивает, но и уважения не вызывает.

— Обязательно.

— Ты здесь один живешь? — спрашивает она с интересом.

Так-так. Свернули на ожидаемую дорожку.

— Совершенно. Ни жены, ни подружки, ни здесь, ни вообще, если ты об этом, — подмигиваю я, кривя губы в улыбке. — Слушай, замри ненадолго.

— В смысле? Ты… ты что, фотографировать меня собрался?

— Должен же я заставить брата мне завидовать, — отшучиваюсь я.

Лейси смеется, качает головой, но потом покорно замирает с легкой улыбкой, оставив кокетливый пальчик на горлышке бутылки. Она красивая девчонка, прекрасно это знает и умело пользуется. Но даже близко не такая красивая, как Звездочка. Или я просто помешался?

Удовлетворенно цокнув языком, я прикрепляю фото к сообщению и набираю текст.

Стефан: «Надеюсь, после сегодняшнего ты не надумала увильнуть от нашего уговора?»

Лейси щебечет что-то еще, но я слушаю вполуха. Я жду, когда галочка сообщения поменяет цвет. Это происходит примерно через три минуты, в течение которых я едва могу думать о чем-то, кроме придурка, с которым уехала Шерил. Где они сейчас? В больнице? Или он повез ее дальше?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Звездочка: «Не на этих выходных».

Черт, она действительно собиралась слиться.

— Что ответил брат? — улыбается Лейси, легко поймав мое настроение.

Приходится виртуозно соврать:

— Ответила его жена. Говорит, если еще раз разбужу их дурацкими сообщениями, то на Рождество получу в подарок старую клюшку для гольфа.