Ниле Беля - Подарки фортуны

На все вопросы тетя отвечала утвердительно, а на последний так:

– Нет, со мной приехал Финн, а Фрэнни спит.

– Заболела? – резко спросил профессор.

– Нет, нет. Просто она работает по ночам, – ответила тетя. – Моя дорогая девочка взялась за ночную работу, чтобы днем быть со мной.

Профессор поднял голову от бумаг, которые заполнял.

– Я думал, Фрэнни работает у леди Трампер.

– Она ушла. Наверное, чем-то рассердила леди

Трампер.

Профессор подумал, что это очень на нее похоже.

– А своей теперешней работой она довольна?

Тетя осторожно ответила:

– Она не очень охотно рассказывает нам, но подозреваю, что это весьма унылое местечко и нагрузка у нее, судя по всему, большая.

– Полагаю, это недалеко от Фиш-стрит? – осторожно поинтересовался профессор.

– Да, недалеко, можно доехать на автобусе. -

Тетя откинулась на спинку, довольная приятной беседой. Она не заметила нетерпеливого взгляда медсестры, проигнорированного профессором. – Там восемнадцать пациенток – старые, пожилые женщины, не больные, но их семьи не хотят, чтобы они жили с ними.

– Меня часто приглашают осмотреть пациентов в домах престарелых, но, по-моему, там я ни разу не был…

– Это в Пимлико, – пояснила тетя. – Называется «Райский уголок».

– Очень подходящее название, – с улыбкой заметил профессор. – Но дома все же лучше, не так ли?

– Конечно, лучше. Скажите, профессор, со мной теперь все в порядке? Можно мне вести себя поактивнее? Фрэнни была бы большая подмога, если бы я ходила по магазинам и кое-что делала по дому.

– Еще слишком рано об этом говорить, миссис Блейк, но по дому вы уже, бесспорно, можете коечто делать. Только не работайте подолгу и отдыхайте побольше. Вы хорошо спите?

– Как сурок, – ответила тетя.

Профессор поднялся из-за стола и попрощался.

– Я хотел бы еще раз осмотреть вас. Зайдите, пожалуйста, в регистратуру, они назначат вам день. Финн ждет вас?

Узнав, что ждет, профессор вышел с ней вместе. К большому неудовольствию медсестры, любопытству посетителей и безмерному восторгу Финна, он несколько минут расспрашивал его об учебе.

Домой они вернулись только к вечеру и застали там проснувшуюся Фрэнни в халате, готовившую чай. Она внимательно выслушала их рассказ о посещении больницы, стараясь не расспрашивать о профессоре, и тетя совсем забыла упомянуть, что рассказала ему, где работает Фрэнни.

Профессор никогда не упускал из виду даже мелочи. Он расспросил тетю, сколько ночей в неделю работает Фрэнни, и та охотно рассказала, добавив, когда именно она свободна. Он подумал, что можно будет съездить туда – просто чтобы убедиться, что у Фрэнни хорошая работа и что она в состоянии дать миссис Блейк уход, в котором та нуждается, – в конце концов, он несет ответственность за свою пациентку.

Прошло еще несколько дней, пока у него выдалась возможность съездить в дом престарелых. В этот день Крисп, буквально лопавшийся от любопытства, подал ему ранний завтрак, и профессор прямо из дому поехал в «Райский уголок». Остановившись невдалеке от здания, он увидел, как три женщины – дневная смена, наверное, – вошли в дом, потом оттуда вышла пожилая женщина, а вслед за ней Фрэнни.

Она выглядела далеко не блестяще, профессор сразу это заметил. Подъехав поближе, он разглядел, что ее лицо было не просто бледным – нет, оно стало бесцветным и осунувшимся. Поравнявшись с ней, он открыл дверцу машины.

– Садитесь, – сказал он, и Фрэнни, онемев от удивления, послушалась.

Только сев радом с ним, она опомнилась:

– Нет, нам не по пути. Я еду домой.

Протянув руку, профессор взял ее ремень безопасности и пристегнул его.

– Доброе утро, Фрэнни. Я отвезу вас домой.

– Что вы здесь делаете?

– Мне надо с вами поговорить.

– Что-то с тетей? Что случилось?

– Ничего. Ваша тетя очень хорошо себя чувствует и быстро поправляется. Я просто хотел сам убедиться, что у вас все в порядке.

– А, это другое дело. Все прекрасно. Работа неплохая, и у меня полно времени, чтобы следить за домом и ухаживать за тетей. Мне жаль, что я рассердила леди Трампер, я не хотела, но, с другой стороны, это к лучшему, потому что мне все равно пришлось бы искать другое место. – Она повернула к нему усталое лицо с вымученной улыбкой. – У меня два выходных в неделю и плата приличная.

– Хорошо. Сколько здесь пациентов?

– Восемнадцать. Они не больные, просто пожилые и слабые, и за ними нужен уход.

– А сколько сиделок дежурит ночью?

– Я и еще миссис Пейн…

– А кто еще? Кто подменяет вас в выходные?

– О… ну, мы подменяем друг дружку.

– Значит, тогда вы дежурите одна? Всю ночь? – Они уже переехали мост и подъезжали к Фиш-стрит. – Вы моете и кормите всех пациенток, прежде чем уйти утром?

– Да. Профессор, почему это вас так интересует? Но теперь вы все знаете, не так ли?

Машина бесшумно затормозила у ее дома.

– Теперь я знаю, что вы переутомляетесь на работе, Фрэнни, недостаточно спите, все делаете сами и потому стали похожи на этакое небольшое пугало.

Фрэнни, несмотря на усталость радовавшаяся этой встрече, тут резко выпрямилась и повернула к нему негодующее лицо.

– Пугало? Ничего себе комплимент! А я-то вас считала таким деликатным! – Она хотела выскочить из машины, но его твердая рука остановила ее. – Я очень благодарна вам за то, что вы сделали для тети, – выпалила она. – Но могу вас заверить, что мы в состоянии сами позаботиться о себе. Спасибо, что подвезли меня.

Профессор вышел из машины и открыл ей дверцу.

– Я вас обидел. Простите меня. Пожалуйста, забудьте о том, что я вам не нравлюсь, и выслушайте меня как доктора. Я советую вам поселиться где-нибудь в провинции, в таком месте, где ваша тетя сможет спокойно возиться в саду, а вы найдете себе приличную работу и познакомитесь с приличными людьми. Нельзя же превращаться в рабыню, Фрэнни. Прощайте.

Она не ответила. Внезапно ей очень захотелось рассказать ему, какая это на самом деле ужасная работа, как она устала, а жизнь кажется ей замкнутым крутом, где надо только работать и работать без конца, ходить в магазин и готовить, ухаживать за тетей и смотреть за домом. Но Фрэнни ни о чем рассказывать не стала. Не глядя на профессора, она открыла дверь дома и вошла, тихо притворив ее за собой. Ей это стоило большого усилия: больше всего на свете ей хотелось броситься на его широкую грудь и выплакать на ней все свои слезы.

Финна дома не оказалось, а тетя еще была в кровати. Сглотнув слезы, Фрэнни принялась за утренние дела: надо было приготовить чай и завтрак для тети, протереть пыль и убрать в гостиной, вымыть кухню, подумать, что будет на обед, сходить по магазинам… Еще один день в бесконечной череде таких же тягостных дней.