Робин Александер - ГЛОРИЯ

Элейн опустилась на колени возле уха Адриан и что то тихо прошептала. Адриан закрыла глаза и успокоилась, но, когда пришло время тужиться снова, я слышала, как она сказала: "Мама, я не могу".

Это так сильно ударило меня по сердцу. Она казалась такой жалкой, такой слабой и напуганной. Я думаю, что по Элейн это ударило еще сильнее, но по другой причине. Это был первый раз, когда Адриан назвала ее так.

Уверенный голос Шелби снова убедил Адриан, и она снова начала тужится, но уже слабее и не могла давить столько, сколько хотела Шелби. Адриан снова упала на кровать, ее грудь высоко вздымалась.

"Я сожалею, что вела себя, как задница. Прости, что я не сразу села на мокрое пятно, ляпнула я, и Адриан улыбнулась мне сквозь слезы. Я так сильно тебя люблю, и я горжусь тобой".

"Еще один раз, Адриан, сказала Шелби. Еще один сильный раз, и все будет кончено. Отдай все, что имеешь".

Адриан так ухватилась за мою руку, что мне показалось, все кости в ней превратились в одну. Она крепко зажмурила глаза и с воплем, который пронзил мои уши… сделала это. Я могла слышать, как возбужденно заговорила Мира, как Элейн и Ирис радостно заплакали, а я не могла оторвать глаз от Адриан. Она откинулась назад с облегчением и истощением, потащив меня за собой. Когда ее руки держали меня, они дрожали, и я обнаружила, что мои трясутся почти так же.

"Хочешь встретиться с человеком, который был причиной всех этих неприятностей?" — услышала я голос Миры. Я выпрямилась и повернулась, чтобы взглянуть на Миру, которая положила это крошечное существо, завернутое в одеяло, Адриан в руки. Адриан заплакала, а я уставилась на конусообразную голову. "Семь фунтов восемь унций{39} девочка, Мира потерла мое плечо. — Она очень похожа на тебя".

"Поздравляем, она очень красива", сказала Шелби, облегченно улыбнувшись.

Адриан удивленно посмотрела на меня. "Девочка", мечтательно сказала она.

Мира взяла фотоаппарат, Ирис и Элейн плакали и ворковали что то, а я услышала возгласы, доносящиеся из коридора, и опустилась в кресло. Шелби пояснила, что ей необходимо сделать еще кое что для Адриан, и малышку положили в мои объятия.

Я посмотрела вниз, на это помятое маленькое личико, и увидела себя. Все мои опасения, все эгоистичные мысли об этой маленькой крошке, которая могла разделить меня с Адриан, унесло в океан. Смятение и сомнения закончились. Я была мамой, и у меня на руках сердито кричала наша дочь. "Что ты кричишь, Кайя Элейн?" — почти шепотом спросила я.

"Кайя Элейн Тейт, сказала Адриан. Идеально".

Элейн прижала руки к груди, и слезы дождем полились по ее щекам. "Я никогда не была так счастлива!" Она наклонилась и поцеловала Адриан в лоб.

Я перевела взгляд на Адриан, которая пристально смотрела на Кайю и на меня со слезами в глазах. В этот момент я любила ее еще больше, чем когда либо думала, что смогу полюбить. Она принесла мне нам величайший дар!

Глава 18

Этот дар плакал всегда, когда не держался за грудь Адриан, и даже тогда она хныкала из за того, что ее заставили так долго ждать. Не было ничего странного в том, чтобы слышать плач младенцев в родильном отделении больницы, но я узнавала, что это наша Кайя кричит еще до того, как они приносили ее в комнату. Как бы не было мне тяжело, я попросила медсестру забрать Кайю в детскую комнату, чтобы Адриан смогла получить хотя бы несколько часов сна. Но убедившись, что Адриан впала в глубокий сон, я пробиралась туда, чтобы просто посмотреть на крошечный сверток.

Я уже строила планы. Мне нужно научить ее плавать с трубкой, чтобы мы вместе смогли посмотреть на рыбок. Мы будем собирать ракушки на пляже, жарить хот доги на костре, соберем ее кровать, домик на дереве, и будем делать вид, что живем в джунглях. Я прочитаю своей любимой малышке книжку о стране, где живут чудовища, а ночью мы с Адриан будем укладывать ее в кровать, обнимая и целуя перед сном. Так много нужно сделать.

И однажды… я прислонилась лбом к стеклу, мне придется отпустить ее, чтобы она смогла стать взрослой. "Не взрослей слишком быстро, девочка. У нас есть целая жизнь, чтобы разделить ее с тобой".

"Ты спала?" спросила меня Адриан позже, когда кормила ребенка.

Я устало улыбнулась. "Мы родители. Мы не должны спать".

"Ты ела?"

Я отрицательно покачала головой. "Слишком взволнована, чтобы почувствовать голод".

Адриан улыбнулась. "Я уверена, что у них в буфете есть пончики".

"Ты пытаешься выгнать меня отсюда?" — спросила я, зевнув.

"Каждый человек здесь заботится обо мне, но никто не заботится о тебе".

"Мама с папой сегодня днем будут здесь. Мама будет нянчиться со мной".

Адриан хмыкнула. "Да уж, обязательно будет".

"Слышала бы ты их, когда я сказала, что младенец уже родился. Мама начала кричать, так напугав папу, что он тоже стал кричать. От того, как они отреагировали на эту новость, сказанную по телефону, я очень рада, что их не было здесь в день рождения".

Кайя выпустила грудь, над которой так усердно работала, и начала суетиться.

"Что случилось? спросила я. Ты сухая?"

"Я думаю, что она мокрая", Адриан засунула палец в подгузник Кайи.

"Ты только что сунула туда палец? Это не лучший способ узнать об этом?"

Адриан кивнула. "Ты права, но у меня все болит, и я хочу двигаться, как можно меньше. И да, она мокрая".

Я расправила плечи. "Ладно, пора мне с этим справиться. Я позову медсестру".

Адриан посмотрела на меня в недоумении.

"Я шучу. Пфф, я смогу поменять подгузник". Я осторожно взяла Кайю из рук Адриан, а еще свежий подгузник и салфетки для уборки. Кайя очень разозлилась, когда я положила ее в ногах кровати. Уворачиваясь от крошечных дрыгающих ног, я расстегнула подгузник. На мой взгляд, я справилась с поставленной задачей, как профи, но в этот момент что то, напоминающее черный ил, вывалилась из нее.

"О мой Бог, Адриан, когда ты ела гудрон?"

Адриан рассмеялась, а затем поморщилась. "Первые какашки так и должны выглядеть. Ты же вместе со мной читала книгу".

Я терла и терла попу младенца, но чем больше я делала это, тем больше все походило на растертый расплавленный шоколадный батончик. "Да, все прекрасно, но они забыли упомянуть о том, что нам понадобится какой нибудь обезжириватель для очистки этого". К тому времени, когда зад Кайи снова стал розовым, я была окружена кучей грязных салфеток. Как только я положила под нее чистый памперс, она тут же пописала на него, и мне пришлось все начинать сначала. "Ты же не собираешься обзавестись такой привычкой, малышка".