Джоанна Кингслей - Сокровища

И поэтому ты держалась на расстоянии, подумала Пит, поэтому отказала ей в своей любви и никогда даже не прикоснулась к ней, чтобы не так было больно, когда это случится? Но она не произнесла вслух жестоких слов. Что они могли сейчас изменить?

Глядя на неподвижно лежащую самую близкую подругу, Пит перенеслась в то время, когда они были вместе в последний раз. Ланч в Палм Корт в «Плазе», перед тем как Пит улетела на свадьбу Андреа. Джесс к тому времени уже рассказала Фернандо о ребенке, он был счастлив, как и она…

Однако не было ли в ее улыбке чего-то недосказанного, когда Джесс говорила о реакции Фернандо на ее беременность? «Он обрадуется… он должен, правда?» Воспоминание о той жалобной ноте в ее голосе всплыло в голове Пит.

Предположим, Фернандо не обрадовался. Могло ли это быть мотивом убийства?

Когда она размышляла над причинами, с ее губ непроизвольно сорвался вопрос:

— Что с ребенком?

Сэлли Уолш ничего не сказала, словно не расслышала.

Пит поколебалась, но не могла больше гадать.

— Сэлли, ребенок, — повторила Пит громче. — Он?..

— Его нет, — равнодушно прошептала мать Джесс. — Вчера вечером они извлекли его.

Пит почувствовала, будто она получила удар в живот, услышав эти слова. Она подошла поближе к больничной кровати и посмотрела на лицо подруги.

О, Джесс, безмолвно позвала ее Пит, неужели я не смогла быть тебе настоящей подругой? Неужели я не смогла предупредить тебя?

Внезапно ей вспомнилась свадьба Джесс и ссора с Люком, которая привела к разрыву их отношений. Люк так презирал и не доверял Фернандо и не смягчал своих выражений в его адрес, будь то на свадьбе или в другом месте. Сейчас в ушах Пит звучало его предостережение: Фернандо откровенно признался, что женится на Джесс только ради денег… А она кричала на него, критиковала за отсутствие терпимости. Но Джесс так любила своего испанца, что Пит тоже старалась полюбить его, доверять ему и защищала от нападок Люка.

Но Люк оказался прав. Абсолютно прав.

— Сэлли, почему бы тебе не передохнуть, выпить чашку кофе. Я побуду здесь. — Сэлли Уолш кивнула и вышла из комнаты.

Оставшись одна с Джесс, Пит присела на краешек кровати и взяла ее руку. Импульсивно она начала говорить, отказываясь поверить, что Джесс не может слышать.

— Что за способ встречать меня дома, детка. Мне столько надо было с тобой обсудить… быть крестной… и разделить… — Голос Пит перешел на шепот. — Черт побери, Джесс, я не могу потерять тебя. Как ты думаешь, сколько у меня друзей? — А потом она гневно заговорила во весь голос: — Что он сделал с тобой, Джесс? Зачем? Неужели он настолько боялся потерять хоть каплю денег, что решился на убийство своей жены? И своего ребенка?

В комнату заглянула молодая медсестра.

— Простите, вы мисс Д’Анджели? — спросила она шепотом. — Вас просят к телефону. Вам придется подойти к посту медсестры…

Пит освободила безжизненную руку Джесс и положила на простыни. Прежде чем выйти из комнаты, она произнесла еще одну фразу, торжественную клятву.

— Он заплатит за это, Джесс. Клянусь тебе, он заплатит.

Взяв трубку, Пит приготовилась услышать голос Лотти. О ее прилете сегодня знала только она одна и вычислила, что Пит могла сразу же направиться в госпиталь.

Но это была не Лотти.

— Я был уверен, что ты там…

Она мгновенно узнала, но не нашлась сразу, что ответить.

— Эй, ты все еще здесь? — хрипло спросил он.

— Да, все еще, — с трудом проговорила она почти шепотом.

— Подумал, может, тебя утешит голос друга, — сказал с сочувствием Люк. — Знаю, что тяжело.

— Чертовски, — согласилась она. — Но от того, что слышу тебя, не легче.

— Есть шанс?

Она опять замолчала, пытаясь понять, что он имеет в виду, ей так хотелось думать, что он справляется о них. Но потом поняла.

— Не думаю. Она жива только благодаря приборам.

Сквозь пульсирующую тишину Пит почувствовала, как он пытается дотянуться до нее через тысячи миль телефонных линий между Нью-Йорком и Калифорнией.

— Мне очень жаль, что это должно было произойти, Пит. Я знаю, как много Джесс значит для тебя.

— Люк, это не должно было произойти. Это сделал он. Помнишь, о чем мы спорили в день их свадьбы?

— Разве я могу это когда-нибудь забыть? Иногда я все еще спрашиваю себя, не свалял ли я дурака, распустив язык. Если б я этого не сделал, может быть, ты и я…

— Нет, ты был прав. Это у меня не хватило разума послушать тебя, набраться храбрости и поговорить с Джесс. — Впервые после того, как Пит узнала новость, она потеряла контроль над собой и начала всхлипывать, но не о подруге, которая лишилась жизни. Она плакала о себе и о потерянной любви.

— Пит… я могу приехать… если ты хочешь меня…

— Хочу тебя? Я так давно хочу тебя. — Она больше не могла сдерживать чувства, которые столько лет питала к нему.

— Приезжай, дорогой. Приезжай, не медли.

Теперь настал его черед замолчать. Неужели он пошел на попятную? Возможно, она неправильно поняла его предложение, сделанное по доброте, из-за своего напряженного состояния.

— Люк?

— Я здесь. Я только на мгновение подумал, какие мы ужасные дураки. Нам следовало все это время быть вместе, а мы потеряли годы из-за гордости, страха и…

Она оборвала его:

— Слава Богу, мы потеряли только время. Не друг друга. А теперь перестань разговаривать и начинай собираться. Ты нужен мне здесь.

— Дай мне время до завтра. И Пит…

— Да?

Пауза.

— Скажу, когда приеду.

Она улыбнулась и положила трубку. Ей не надо было говорить.

Она вернулась к Джесс. Сердце разрывали скорбь от потери подруги и радость возрожденной любви. Потеря казалась все более непереносимой, потому что благодаря ей она и Люк снова будут вместе.

На следующий день Пит снова была в госпитале. С утра она побывала в магазине и постаралась уладить все накопившиеся дела или, по крайней мере, отложить их на другой день. Она не договаривалась с Люком о встрече, он знал, где ее искать.

Солнце село уже достаточно низко, и его золотые лучи проникали в окно, когда вошел Люк. Он посмотрел на Пит и прищурился от солнечного света. Он оказался именно таким, каким она его себе представляла — загорелый, бодрый, сильный и только чуточку грубоватый.

Пит поднялась со стула у кровати, прошла через всю комнату, и он обнял ее. Потом Люк стоял рядом с ней, крепко обняв и прижавшись щекой к ее волосам, когда они смотрели на Джесс. Долгое время ни один из них не ощущал потребности говорить.

Наконец Люк произнес: