Арабелла Вейр - Тупой Амур

До больницы она доехала, управляя одной рукой и локтем другой. В дороге Хэт поняла, что если попытается обратить на себя внимание других водителей, то вызовет у них непредсказуемую реакцию. Ее пикап двигался, словно по газону: руль был сам по себе и часто поворачивал туда, куда ей не было нужно. Привыкнув к новой манере езды, она поклялась, что еще разберется со своенравным рулем.

Перелистав шестилетней давности, с загнутыми уголками, журнал, Хэт отшвырнула его в сторону и виновато огляделась, не видел ли ее кто-нибудь с «Woman's Realm» в руках. Сорок минут назад она была у врача и теперь скучала. Напротив нее сидела пара. Мужчина поддерживал за плечи девушку, которая согнулась, вероятно, от боли в животе. Глядя на них, Хэт позавидовала той нежности, с которой мужчина относится к девушке. И тут ее осенило. Ну конечно же, то, что надо! Именно этого случая она ждала – железный повод позвонить Джимми. Не нужно притворяться, будто у тебя смертельная болезнь, это гораздо лучше, с волнением подумала она. У меня настоящая травма, а разве можно отвергать травмированного человека? Хэт подскочила к телефону, висевшему на стене.

– Здравствуй, Джимми, это я… э-э-э… Хэт. До нее вдруг дошло, что слова «это я» говорят влюбленные, а не недавно расставшиеся люди.

– Здравствуй, – ответил Джимми. Интересно, что он подумал? «Вот, черт, опять позвонила, что я ей скажу лучше бы трубку не снимал» или «Хорошо, что ты позвонила, потому что я не решился сделать это сам, но так хотел тебя услышать, может, встретимся?» Она решила, что одного слова для полного анализа недостаточно, и продолжила:

– Я в больнице.

– В чем дело? Что случилось?

«Отлично, – подумала Хэт, он меня еще любит, иначе бы сказал: „Вот как?" или „Ну и что?", а он хочет узнать, что случилось, это хороший знак».

– Я повредила руку.

– Работала в саду? – спросил Джимми. Решил, что ничего серьезного.

Черт, что-то не так, занервничала Хэт, он думает, что у меня обычная производственная травма, строго говоря, так оно и есть, значит, надо, чтобы он подумал, что у меня кое-что похуже. Надо поднять ставки.

– Да… э-э-э… но рука довольно сильно болит, – солгала Хэт.

– Ты можешь ею двигать?

– Нет.

Наступило молчание. Хэт ждала, что Джимми спросит что-нибудь еще, а он ждал, когда она продолжит.

– Она сломана? – спросил наконец Джимми.

– Э-э-э… нет.

Наступило еще более тягостное молчание. Джимми снова заговорил первым:

– Она у тебя в гипсе?

– Не совсем.

Хэт поняла, что упускает удачу. Надо действовать решительнее, но она ничего не могла придумать. Только сейчас она поняла, что сделала большую глупость, не определившись с серьезностью травмы до того, как сняла трубку, и обозлилась на себя.

– Может, растяжение? – продолжал Джимми.

– Э-э-э… а-а-а… нет.

– Слушай, Хэт, мне жаль, что у тебя травма, но я не могу понять, зачем ты мне позвонила, – пробормотал Джимми.

Хэт поняла, что надо немедленно отреагировать.

– У меня ампутировали руку.

Боже мой, пронеслось у нее в голове, что я такое говорю?

– Хэт! Ты это серьезно?

– Гм… э-э-э… не совсем… не до конца. Но могли бы.

Хэт изо всех сил напрягла мозги.

– Хэт, так тебе ампутировали руку или нет? – спросил Джимми.

Он явно был потрясен.

– Нет, но говорят, что сделают это, если за ночь не наступит улучшение.

Черт! Надо было сказать – «в ближайшие три недели», а потом можно было держаться за эту теорию и после свадьбы. Кто же бросит человека, которому грозит ампутация?

– И что мне, по-твоему, делать? – спросил Джимми. Сочувствия в его голосе она не услышала.

«А сам ты что думаешь? Занялся бы нашей свадьбой, болван!» – закричала она про себя.

– Э-э-э… может, ты приедешь в больницу и, так сказать, подержишь мою руку.

Хэт захотелось ударить себя. Стала бы я шутить, если бы мне предстояла ампутация. Больше печали в голосе, велела она себе.

– Мне бы не хотелось, чтобы ты обо мне плохо подумала, Хэт, но, может, лучше к тебе приедет Миш?

– Нет! Она не может, ее сейчас нет. Я бы не стала тебя беспокоить, если бы она… – И Хэт в отчаянии заплакала.

Это подействовало. Джимми обещал приехать.

– Мисс Грант? А мы вас везде ищем, – сказала медсестра, похлопав Хэт по плечу, когда та повесила трубку.

Хэт не была уверена, что сделала лучший шаг в жизни, но какое, черт возьми, это имеет теперь значение? Желаемый результат достигнут. Она увидит наконец Джимми, и это привело ее в восторг.

– Хорошие новости. Доктор посмотрел снимки, перелома нет, только небольшая опухлость, но через день-другой она спадет. Вы и сами почувствуете, что вам лучше. Если вы сообщите в регистратуре, как связаться с вашим врачом, мы перешлем ему рентгеновские снимки, и вы посмотрите их у него.

– Нет-нет, я должна остаться здесь! – чуть не закричала Хэт.

– Простите?

– Мне нужно остаться здесь! Мне не очень хорошо. Совсем не чувствую руку. Мне стало хуже. Не выписывайте меня, пожалуйста! – умоляюще проговорила она.

– Успокойтесь, с вами будет все хорошо. Возможно, у вас какие-то неприятные ощущения, но через пару дней они пройдут. На вашей работе это никак не скажется.

– Нет-нет, сделайте мне хотя бы перевязку. Рука должна выглядеть ужасно. Будто травма смертельная.

– Смертельная травма? – повторила сестра. – Я работаю сестрой уже двенадцать лет, мисс Грант, но не помню, чтобы травма, даже очень серьезная, привела к смерти, – продолжала она, улыбнувшись.

– Я не это имею в виду. Я хочу, чтобы моя рука выглядела так, будто она серьезно повреждена, будто началась гангрена.

– Гангрена?

– Ну да, это когда конечность становится такого смешного цвета и вроде как мертвая.

– Я знакома с гангренозным состоянием, однако…

– Послушайте, я не могу вам объяснить, зачем мне все это нужно, но нельзя ли попросить врача, чтобы он притворился, будто бы собирается ампутировать мне руку? Это очень важно, – перебила ее Хэт.

Она чувствовала, что не может упускать такую возможность, чего бы ей это ни стоило.

– Просить врача, чтобы он притворился, будто бы собирается ампутировать вам руку? – медленно переспросила сестра.

– Дело в том, что я собираюсь замуж, а мой жених как бы передумал. И мне пришло в голову, что можно заставить его еще раз передумать, если он узнает, что мне ампутируют руку, – пояснила Хэт.

– Понятно.

Сестра заговорила более ласково и нежно, чем прежде.

– Я понимаю, что это звучит глупо, но я сказала ему, что, возможно, у меня отнимут руку. И потому он приедет сейчас в больницу, и это очень здорово, потому что я надеюсь, что он вернется ко мне, – тараторила Хэт.