Крис Мэнби - Месть моя сладка

Я покраснела до корней волос и сделала вид, будто разглядываю что-то в тарелке, но уже в следующий миг, к своему глубокому разочарованию, убедилась, что тарелка пуста. Я подняла голову и снова поймала многозначительный взгляд Дэвида. И почти тут же почувствовала, как его ступня, уже без туфли, пытается раздвинуть мои коленки.

Я просто рот открыла от удивления. Как он посмел? Да, конечно, прежде мы с ним всегда проделывали это во время вечеринок. Дэвид ласкал ступней мою промежность, пока я от возбуждения не лишалась дара речи. Но это было давно. В другой жизни. Теперь же подобную выходку можно было расценить как крайнюю наглость. Я угостила его грозным взглядом.

Дэвид ответил мне невинной улыбкой. Всегда умел ягненком прикинуться, зараза!

Эмма наклонилась ко мне, чтобы взять солонку, и я поспешно прикрыла его ступню салфеткой.

— Ты жива? — озабоченно спросила Эмма, видя, что со мной творится нечто неладное. — Вид у тебя престранный, старушка.

— Ж-жарко тут, — выдавила я. — Ты разве не чувствуешь?

— Нет. — Эмма посолила несъедобные макароны и — благодарение Богу — возвратилась к прерванному разговору с Тиффани.

Я с трудом проглотила кусочек черствого хлеба и вдруг почувствовала, как зашевелились пальцы на ноге Дэвида. Поначалу почти незаметно, но затем все увереннее и увереннее. Салфетка, прикрывающая мои бедра, явственно задвигалась. Я метнула на Дэвида яростный взгляд, но он, делая вид, что увлечен беседой с Эндрю, не обращал на меня внимания.

Что ж, выбора у меня не было. Нахала следовало проучить. Дэвид Уитворт давно лишился права возбуждать меня подобным образом.

Я схватила вилку и изо всей силы всадила ее в салфетку.

— Ой, блин!

Эндрю свалился со стула и принялся с воем кататься по полу, сжав обеими руками ступню.

Глава 7

— Блин! Блин! Блин!

— Что случилось, Эндрю?

Тиффани, насмерть перепуганная, вскочила со стула и кинулась ему на выручку.

— В чем дело, дорогой? — щебетала она. — У тебя судорога, что ли? Может, «скорую» вызвать?

— Ужалила какая-то сволочь, — морщась от боли, выдавил Эндрю. — Под столом. Оса, наверное.

Все в ужасе заглянули под стол.

Оса? В январе? Это остроумно. Давясь от смеха, я бросилась в ванную. Заперлась изнутри, прислушиваясь к доносившимся из гостиной звукам. Тиффани, похоже, билась в истерике.

— Я не могу найти жало! — вопила она. — Должно быть, оно слишком глубоко. Эндрю нужно срочно в больницу доставить. Господи, кровищи-то сколько! Неужели это аллергия? Да вызовите же «скорую»! Быстрее, черт бы вас побрал!

Бедняга Эндрю, подумала я, устраиваясь на сиденье унитаза и закуривая. Знай я, что это он, обошлась бы с ним не столь жестоко. Так, слегка кольнула бы, и все. Хотя мужики, которые так и норовят смутить девушку за столом, заслуживают того, чтобы их какой-нибудь залетный шершень цапнул.

Я уже тушила окурок о мыльницу Марвина, когда в дверь ванной постучали.

— Сейчас иду, — откликнулась я.

— Эли, это я, Дэвид, — послышалось из-за двери. — Можно войти?

Я отодвинула задвижку и чуть приоткрыла дверь.

— Вообще-то, Дэвид, наша помолвка расторгнута, — напомнила я. — Теперь тебе уже неприлично писать в моем присутствии.

— Я не собираюсь писать, — ответил он с усмешкой. — Я с тобой поговорить хочу.

Меня поразило, что в квартире царила подозрительная тишина.

— А чем все остальные занимаются? — осведомилась я.

— Как чем? Они в больницу укатили.

— Все? — изумилась я.

— Ну да. Эндрю как «ужаленный», — сказал он не без ехидства. — Фред за рулем. Тиффани слишком расстроилась и не могла вести машину, но хотела во что бы то ни стало поддержать Эндрю морально. Пита никуда без Фреда шагу не делает, но и его от себя не отпускает. Что же касается Эммы с Марвином, то они просто не могли упустить случая поглазеть на молоденьких травматологов.

— Неподражаемая парочка! — рассмеялась я.

— Итак, мы остались одни, — заключил Дэвид. — Можешь даже выйти.

— Не могу сказать, будто очень рада, что мы с тобой одни, — заявила я, покидая свое убежище. На всякий случай я снова закурила. Дэвид этого на дух не выносил, и я рассчитывала, что сигарета позволит мне держаться от него подальше.

— Вижу, ты опять куришь, — с упреком заметил он.

— Ты очень наблюдателен, — съязвила я. — А что, тебе не нравится?

— Да, и ты это отлично знаешь. Терпеть не могу, когда при мне курят. Хотя, наверное, я больше не имею права запрещать тебе это. Да?

— Разумеется, — с готовностью подтвердила я.

Мы присели на верхнюю ступеньку лестницы. Подол моего микроплатьица задрался почти до пупка, как ни старалась я его одернуть.

— В этом платье ты просто сногсшибательна, — произнес Дэвид, пожирая глазами мои оголившиеся бедра.

— Неужели? — переспросила я, соблазнительно откидывая волосы за плечи.

— Да. Красное тебе просто бешено идет. Не знаю, почему ты раньше так не одевалась. И к волосам твоим этот цвет подходит. — Тут он как бы невзначай зацепил прядь упомянутых волос и принялся поигрывать ими.

Я отклонилась.

— Не стоит ко мне подлизываться, Дэвид, — сказала я и напомнила: — Ты, кажется, хотел о чем-то со мной поговорить?

— Да, Эли, у меня к тебе серьезный разговор, — подтвердил он. — Прежде всего я хотел бы извиниться за свой свинский поступок.

— Так, для начала неплохо, — подбодрила его я.

— Я и в самом деле вел себя непростительно, — с покаянным видом продолжил Дэвид. — Только последний мерзавец мог так испортить тебе Рождество, не говоря уж о том, что ты была в больнице, операцию перенесла и все такое…

Я кивнула. Но мне хотелось услышать нечто более значительное, в противном случае я собиралась спустить незадачливого ухажера с лестницы.

— Нам всегда было хорошо вместе, — напомнил Дэвид, смиренно потупив взор. — Мы ведь были больше, чем просто любовники… Мы были настоящими друзьями, Эли. Уже потому хотя бы я не должен был так с тобой поступать. Но я сбежал как последний трус. Сам не знаю, что на меня нашло. Какое-то помрачение рассудка. Меня завертело в бешеном водовороте чувств…

— Красочно изъясняешься, — не удержалась я.

— Это чистая правда, — обиделся Дэвид. — Именно так все и было. Я совершенно не понимал, что со мной творится. Я был как парусник, лишившийся мачт после шторма. Меня безудержно влекло по течению. Наверное, я все же должен был потерпеть, пока ты поправишься. Я был обязан предвидеть все последствия. О тебе подумать. Увы, теперь мне нет прощения.

Я потушила сигарету о ковер. Но в следующую секунду с ужасом сообразила, что нахожусь в гостях вовсе не у Дэвида, а у Марвина, и, стало быть, должна срочно замаскировать прожженную дырку.