Фрэнсин Паскаль - Любовные письма

– Если так, поздравляю, – растерянно протянула Лила.

– Как мне не хотелось уезжать!

– Значит, ты хочешь встретиться с ним снова? – поймала ее на слове Джессика. – Ты сказала ему о вечеринке?

– Ах да, он хотел бы приехать, но расстояние…

– Это не так уж далеко, – перебила Лила. – Всего два часа езды.

– Но это не все, – настаивала Кэролайн. – Я говорила вам, что Адам небогат. Он столько истратил на наш субботний ужин в ресторане…

– Только и всего? – сказала Лила. – Значит, если бы вы вдвоем наскребли на автобусный билет, он бы приехал, не так ли?

Кэролайн смущенно потупилась:

– Если честно, Лила, у меня тоже не густо…

– А если бы у тебя уже был билет? – Лила раскрыла бумажник, извлекла из него билет и помахала им перед лицом Кэролайн. – Вот такой, к примеру?

Та отшатнулась.

– Лила, я… я не могу – залепетала она. – С какой стати я буду одалживаться у тебя?

– Ты хочешь снова увидеть своего Адама?

– Конечно.

– Тогда бери. – Лила сунула ей в руку билет.

Этот кусочек бумаги показался Кэролайн тяжелым, как стопудовая гиря. Она уставилась на зажатый в руке билет.

– Даже не знаю, что сказать.

– Скажи, что ты пригласишь Адама на следующее воскресенье.

– Но у него может быть игра!

Лила покачала головой:

– Я попросила Джона проверить расписание. Колд-Спрингс в нем не значится аж до следующего вторника. Понимаешь? Ничто не мешает ему приехать. Как только он узнает о вечеринке, сразу примчится, будь уверена. Давай, будет здорово. Повеселимся на всю катушку, чтобы весь город дрожал. Я приглашаю Адама, и никаких отговорок.

Кэролайн тяжело вздохнула. Что она могла сказать? На этот раз вышла осечка.

– Хорошо, мы придем. Можешь на нас рассчитывать.

Но у Джессики было еще кое-что в запасе.

– Знаешь, – с невинным видом сказала она, накручивая на палец прядь волос, – ты обязательно должна прочесть одно из писем Адама моей сестре. Элизабет – настоящий эксперт по любовным письмам.

– Как это? – опасливо спросила Кэролайн.

Джессика хитро улыбнулась:

– Она, знаешь ли, пишет пьесу о Роберте Браунинге и Элизабет Баррет Браунинг и собирается читать ее на конкурсе в пятницу. Что касается любовных писем, Браунинг был просто виртуоз. Правда, Лила?

Та захихикала:

– До Адама ему далеко, пожалуй.

Кэролайн смотрела им вслед, а в горле стоял комок. Все рухнуло. Они знают о письмах. Они догадались, что Адам просто выдумка. Когда Элизабет прочитает пьесу, вся школа узнает об этом!

Она заморгала, пытаясь прогнать подступившие к глазам слезы.

«Что делать? – мучилась Кэролайн. – Что же мне делать?»

Элизабет закончила пьесу и теперь удовлетворенно разглядывала исписанные страницы. Она гордилась своей работой, но на душе у нее было грустно. Родители еще не приняли окончательного решения, и даже Тодду с трудом удавалось ее успокоить. Почти весь библиотечный час она просидела в кресле, глядя в окно.

«Этак много не наработаешь», – вздохнула Элизабет.

– Привет, Лиз! – раздался чей-то веселый голос.

Увидев Регину Морроу, Элизабет немного повеселела.

«Хоть у кого-то хорошее настроение», – подумала она.

Регина была прелестна как никогда. На ее милом лице играл румянец, голубые глаза сияли.

– Что ты делала в выходные? – спросила она, устроившись в кресле рядом.

– Так, ничего особенного. Мы с Тоддом очень беспокоимся! Родители все еще раздумывают. Я стараюсь не волноваться раньше времени, но эта неопределенность…

Регина нахмурилась:

– Бедняжка, я тебе так сочувствую. Помню, мне было очень тяжело уходить из школы, к которой я привыкла. А ведь у меня там даже друга не было.

Элизабет встрепенулась. Друга? Неужели Регина имеет в виду Пэтмена?

– Вы с Брюсом проводите много времени вместе, ведь так? – она старалась не выдать своей заинтересованности.

Регина кивнула:

– Он такой замечательный, Лиз. Раньше мне никогда не было так весело с ребятами. У нас оказалось так много общего! – В голосе подруги звучал энтузиазм.

Элизабет была поражена. На свете мало таких милых людей, как Регина. А Брюс Пэтмен – сноб, эгоист и злюка. Что может быть у них общего?

«Как не хочется портить ей праздник, но я так переживаю за нее!»

– Ты уверена, что он – то, что тебе нужно? – тихо поинтересовалась Элизабет. – Мне всегда казалось, что Брюс…

– Не надо, Лиз, – перебила ее Регина. – Я знаю, что говорят о нем. Это все неправда. Он так хорошо ко мне относится, такой внимательный!

«Это очень на него похоже, – подумала Элизабет. – Как только он получит от Регины то, что ему нужно, только она его и видела!»

Но Элизабет не хотела разочаровывать подругу.

– Я рада за тебя, – пытаясь казаться веселой, произнесла она.

Регина засмеялась:

– Не беспокойся за меня, Лиззи. Брюс Пэтмен – самое замечательное, что у меня есть!

Регина встала с кресла и пошла к выходу. Элизабет глядела ей вслед.

«Надеюсь, она знает, что делает. Общение с Брюсом Пэтменом – не просто игра с огнем. Это путешествие в ад».

11

– По-моему, наш план удался на славу, Джес, – сказала Элизабет. Сестры обедали в школьной столовой. – Папа начинает поддаваться.

– С чего ты взяла? Сегодня за завтраком они с мамой только и говорили, что о переезде. А вечером у папы назначена встреча с юристом из Сан-Франциско. Мне кажется, дело безнадежно.

– Ты плохо слушала, Джес, и не обратила внимания, как он говорил об этой встрече. Особого энтузиазма я не заметила. А какая фирма захочет нанять работника, который не горит желанием с ними сотрудничать? Думаю, папа понимает, что его настоящее место в Ласковой Долине.

– Тогда зачем он все это затеял?

– Ради мамы, конечно. Все объясняется очень просто. Он хочет, чтобы мама чувствовала себя очень нужной и важной персоной, поэтому он и голосует за переезд – с тем условием, что ему тоже найдется работа. Но на самом деле он не хочет уезжать, а только делает вид, что ищет место. Вот увидишь, скоро он скажет маме, что они никуда не едут, потому что он не может найти работу в Сан-Франциско. Тут все и заглохнет.

Джессика задумчиво кивнула:

– Все верно, но ты забыла кое-что. Мама сказала, что такой случай выпадает раз в жизни. Что, если она не захочет от него отказаться?

– Мама? Ни за что на свете, – отмахнулась Элизабет.

– Неужели? А помнишь, вначале ты говорила, что она сразу откажется, а она все еще раздумывает. Все гораздо серьезнее, чем мы предполагали.

– Не нравится мне твое настроение, Джес.

– По-моему, пришла пора поднажать, – предложила сестра. – Давай закажем им столик в «Тиберино» на завтрашний вечер.