Анна Пейчева - Селфи на фоне санкций

Ознакомительный фрагмент

Василий был занят осмотром квартиры и внимания на меня не обращал. Я уселась со своими старинными гаджетами на угловой диван в комнате. Скорее, скорее в Интернет! Боже, я уже и забыла, каким забавным был раньше Explorer – версия две тысячи девятого года подкупает своей простотой и наивностью.

В топе новостей Яндекса лидировало сообщение о бьюти-басах, автобусах красоты, которые сегодня утром выехали на улицы Петербурга по поручению губернатора Раисы Романовой. Тьфу! Бабульки, искренне полагая, что это обычные маршрутки, забирались внутрь, оказывались в лапах косметологов и с перепугу скупали на всю пенсию изделия фирмы "Наша Маша".

Следом шла довольно забавная новость об известной петербургской модели Изольде, которая выставила себя на всеобщее посмешище во Франции, грохнувшись с подиума во время модного показа и обвинив в своей неудаче неких "парижских правительственных агентов", которые не могли стерпеть "красоту и грацию русской девушки, заткнувшей за пояс француженок" и якобы намазали подошвы туфель Изольды лягушачьим салом (о, Боже!). Никаких доказательств в поддержку своей версии произошедшего опозорившаяся модель не представила, предположив, что лягушачье сало наверняка "впиталось в подиум". Главы крупнейших иностранных домов моды уже заявили о том, что ни при каких обстоятельствах не станут работать с этой "истеричной русской" и лучше ей поискать работу в родном городе, подальше от "парижских правительственных агентов с их лягушками".

Так, всё это очень интересно, но меня теперь никак не касается. Зайду-ка я лучше в "Инстаграм", который стал для меня за эти пару месяцев болезненной необходимостью. Я завела аккаунт, как заводят домашнего хорька: от одиночества и желания быть в тренде. "Инстаграм" всегда был готов поиграть со мной в редкие минуты безделья, развлечь в частые минуты печали, но в конце концов он просто цапнул меня как следует. Лучше бы хорька завела, ей-богу.

Черт побери, может, Вася был прав, и не стоит вываливать абсолютно все свои мысли во всемирную сеть? Один американский телеведущий как-то сказал, что он никогда не станет пользоваться "Твиттером", потому что не делает в своей повседневной жизни абсолютно ничего интересного…

На моей страничке грустно висела роковая запись про французский крем и уже начали сыпаться комменты от коллег с соболезнованиями в связи с моим увольнением. "Сочувствую", "держись", "все будет хорошо", "всегда будем тебя помнить"; печальные смайлики, возмущенные смайлики, плачущие смайлики, рыдающие в три ручья смайлики…

Меня неожиданно охватила ярость. Пока я не увидела всю эту приторную банальщину, пусть даже написанную с самыми добрыми намерениями, мое увольнение казалось некой абстракцией, я никак не могла в него поверить, но сейчас виртуальный "Инстаграм" опустил меня в неприятную реальность. Я будто попала на собственные поминки.

Ах так? – подумала я. И со злостью защелкала "мышкой". Удалить аккаунт! Да, я уверена, спасибо, что спросили! По какой причине? Нет, мой аккаунт не взломали. Нет, я не создала второй аккаунт. Нет, дело не в том, что я не могу найти фолловеровдрузей. Other reason: ваше приложение сломало мне жизнь.

Удалить навсегда! Со всеми фотографиями и фолловерами! И никто больше не влезет мне в душу! Никто больше не узнает, каким кремом я пользуюсь, сколько именно масла с укропом оказалось в моей котлете по-киевски и почему я не сплю в половине третьего ночи!

Увлекшись интернетом, я совершенно позабыла про Василия, с детским любопытством бродящего по моей квартире, и потому подскочила на диване, когда он на кухне хлопнул дверцей холодильника. Я отложила нетбук в сторону и пошла проверить обстановку. Вася с хозяйским видом открывал окно, раздвинув безжизненно свисавшие занавески. Свежий осенний ветер распотрошил прозрачную органзу, она заблестела всеми оттенками голубого.

– Нет, ну правда, – сказал Василий, пытаясь удобно устроиться на кухонном уголке, что, как я знала, было абсолютно невозможно, – почему у тебя вся квартира синяя? При всей моей любви к этому цвету, – он поправил воротничок рубашки, сливавшейся с интерьером, – это уж слишком. Чувствую себя утопленником на дне морском.

Я по-птичьи, как на жердочку, присела на серебристый барный стул возле стального холодильника.

– Понимаешь, мне и хотелось создать такую легкую курортную атмосферу…

– Легкую? Курортную? – насмешливо повторил Вася.

– Знаешь, как на море…

– Послушай, Алекса, положа руку на сердце, о каком море может идти речь в Купчино? Даже до Финского залива отсюда – как до луны.

– Не буду спорить. Вместо криков чаек тут у меня – рёв двигателей транзитных фур, и выхлопные газы – вместо освежающего бриза. Но дело не только в этом. Видишь ли, мне очень нравятся цвета нашего канала, хотела выразить свою любовь к родному ТТВ… – пролепетала я, понимая, как глупо это звучит.

– Ну и чем ты после этого лучше нашей великой Раисы Павловны? Одного поля ягоды! Ты спишь на диване, который будто прямиком из нашей студии сюда доставили; она в честь вождя революции сына назвала. Владлен! Это же какой изощренный подхалимаж!

– Да… Только у нее всё это было не зря – видишь, стала же губернатором. А у меня вот как закончилось…

Вокруг все расплылось от подступивших слез.

– Перестань, что ты так убиваешься? – Вася встал, подошел ко мне, неловко потоптался рядом, потом отвернулся к окну. – Давай-ка лучше начнем собирать вещи, мы же за этим сюда приехали, а не чтобы рыдать в три ручья. Время идет, а до дачи отсюда путь неблизкий.

Я высморкалась в салфетку и сказала:

– Ты прав, сейчас выключу компьютер, вставлю сим-ку в старую "раскладушку" и примемся за дело.

Выходя из кухни, я вдруг услышала немного смущенный Васин голос:

– Алекса, можно тебя спросить кое о чем?

В горле мгновенно пересохло.

– Кхм, конечно, Вася, с удовольствием отвечу.

Мужественный силуэт, эффектно освещенный солнцем, нарисовался в кухонной арке.

– Я понимаю, что вопрос немного неуместный, тебе сейчас совершенно не до этого…

Краем глаза я видела свой профиль в зеркальной двери шкафа-купе в прихожей – боже, в этом черном костюме я похожа на монашку, нужно переодеться во что-то более неформальное и, возможно, даже соблазнительное… Я быстро вытерла глаза.

– Что ты, я уже совершенно успокоилась, можешь спрашивать, о чем пожелаешь!

– Ну ладно, – Василий подошел поближе и я с удивлением увидела в его руке сковородку. – Тогда скажи, зачем ты хранишь в холодильнике яичницу недельной давности? – он с интересом потыкал пальцем в неаппетитную заскорузлую субстанцию, которая за эти дни, кажется, мумифицировалась. – Это какой-то научный эксперимент? Ты выращиваешь яд из подручных продуктов? Еще я заметил у тебя на полке булку, целиком состоящую из плесени. Это тоже в рамках твоего химического исследования?