Мишель Мартин - Ставка на темную лошадку

– Знаю. – Он улыбнулся, согревая ей душу теплом своей улыбки. – Да и Ноэль это понимает. Просто ему доставляет удовольствие позабавиться за чужой счет. Но я бы хотел, чтобы Уитни прекратила наконец свои игры и серьезно отнеслась ко мне.

– Она обязательно так и поступит, – заверила его Саманта, с удовольствием отправляя бухгалтерские книги в ящик стола. – Когда решит, что готова к этому.

– Спасибо, Сэм, приятно услышать умные речи.

– Мой долг служить истинной любви!

– Если так, то, может быть, тебе лучше сразу меня пристрелить и прекратить мои мучения?

– Ну, пристреливать тебя пока рано, – улыбнулась Саманта. – Конечно, ты дал маху сегодня в таверне, но трагедии в этом пока нет. Вот когда ты совершишь действительно ужасный поступок, например, забудешь преклонить колена, когда Уитни войдет в комнату, или что-либо в этом роде, тогда – другое дело.

– Колени я не преклоняю! – обиделся Каллен. – Возможно, я слишком сильно все это переживаю, но рабом еще не стал.

– Мужчины бывают так слепы, – огорченно вздохнула Саманта. – Твоя беда в том, что ты слишком сильно влюблен. Тебе не следует позволять Уитни так обращаться с тобой. Неужели ты не понимаешь, что она просто-напросто дразнит тебя?

– Конечно, понимаю, но дело подвигается к свадьбе так медленно, что мы подойдем к желанному финишу, когда я превращусь в дряхлого старика. Меня такая перспектива не прельщает, я хочу жениться сейчас. У меня уже достаточно средств, чтобы обеспечить Уитни такую жизнь, которую ей мог бы предложить Тиг. Что же ей еще нужно?

– Неужели не понимаешь, глупая ты голова? – рассмеялась Саманта. – Ей нужна полная и безраздельная власть над тобой.

– Этому не бывать, – решительно возразил Каллен. – Я всегда считал, что брак строится на равенстве. Слушай, Сэм, ты должна помочь мне что-то придумать, чтобы сбить с Уитни спесь и склонить ее к браку.

– Можно попробовать…

Они сидели некоторое время молча, мысленно перебирая возможные варианты действий. Наверху Эрин готовилась к заключительному туру конкурса. Глубокие и мягкие звуки виолончели служили приглушенным фоном для их размышлений.

– Я придумала! – неожиданно воскликнула Саманта, широко раскрытыми глазами глядя на Каллена.

– Что же?

– Ты должен воспользоваться ее же оружием! Тебя ведь гложет ревность? Думаю, и на нее это подействует.

– Идея мне нравится…

– От тебя требуется совсем немного, – с растущим воодушевлением принялась объяснять Саманта. – Надо, чтобы у Уитни появилась соперница. Кто-то должен притвориться, что серьезно тобой увлечен, и ты со своей стороны тоже начнешь проявлять интерес. Уитни непременно начнет ревновать, и это толкнет ее в твои объятия, так что ты сможешь добраться с ней до алтаря задолго до того, как превратишься в старую развалину.

– План блестящий, – одобрил Каллен.

Но тут Саманта спустилась с высот фантазии на грешную землю, и собственное предложение уже не показалось ей таким удачным.

– Весь вопрос в том, кто рискнет противостоять Уитни, – мрачно заметила она.

– Как – кто? – Серые глаза Каллена в упор смотрели на нее, ей стало даже трудно дышать.

– Я?!

– Сэм, мы с тобой дружим всю жизнь, – заговорил Каллен. – Ты просто обязана мне помочь.

Впервые в жизни Саманта по-настоящему растерялась.

– Но кто всерьез воспримет меня как соперницу Уитни?

– Еще как воспримут! – уверенно проговорил Каллен, окинув ее с ног до головы таким оценивающим взглядом, что Саманта вспыхнула. – Тебе нужно только немного почистить перышки, чтобы не выглядеть, как нечесаный сорванец.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Вылезай временами из джинсов, вспомни, что есть и другая одежда, а главное – подстригись. Расстанься наконец с этой дурацкой косой. И тогда Уитни увидит в тебе реальную угрозу.

Совершенно внезапно – и непонятно, по какой причине, – перед Самантой возник образ стройного красавца Филлиппе Валентайна. Он являлся предметом вожделений половины студенток Сорбонны. Но она покорила его без особого труда и не осталась разочарована. Он стал ее первым любовником и оказался искусным наставником в премудростях любви. Кроме того, ему не было равных в словесных поединках. Саманта очень удивилась, что сейчас ей вспомнился Валентайн, о котором она уже давно и думать забыла.

– Соглашайся, Сэм! – продолжал настаивать Каллен. – Все равно последние двадцать лет ты не устаешь твердить, что собираешься выйти за меня замуж. А теперь это сыграет нам на руку: в глазах окружающих твое внимание ко мне будет выглядеть вполне обоснованным. Да и мой интерес покажется таким же естественным… особенно в том случае, если ты не начнешь бросаться вишневыми тортами.

– Все это так, но…

– Ну же, Сэм, это будет так занятно! – уговаривал Каллен с мальчишеским азартом. В детстве таким способом ему неизменно удавалось увлечь ее в очередную авантюру. Устоять перед улыбкой Каллена было свыше ее сил. Кроме того, при всем сумасбродстве этого плана у Саманты имелись и другие стимулы, побуждавшие ее согласиться с Калленом. Эта затея могла помочь образумить Уитни и уменьшить боль Каллена. Как бы то ни было, Саманта любила свою подругу и считала, что они с Калленом оба достойны счастья. И даже независимо от этого Каллен прав: будет очень забавно разыгрывать спектакль и притворяться, что она за ним охотится.

– Считай, что помощник у тебя уже есть, – протягивая ему руку, проговорила Саманта.

– Сэм, ты настоящий друг! – Каллен с чувством потряс ее протянутую руку.

– Нечего сказать, подходящие слова для роковой женщины, – саркастически заметила Саманта и вздохнула. – Так с чего и когда нам начать?

– Завтра мама с отцом созывают гостей на свой юбилей. Мне кажется, случай вполне подходящий.

– Но там же будет столько народу! – ахнула Саманта, чувствуя, как по спине пробежал холодок.

– В этом-то и вся соль, – принялся объяснять Каллен. – Чем больше будет свидетелей того, как ты со мной кокетничаешь, а я за тобой ухаживаю, тем больше это заденет Уитни.

– Да она просто взбесится, – поправила Саманта и, набравшись решимости, добавила: – Хорошо, завтра начинаем осуществлять наш Грандиозный План.

– Молодец! – обрадовался Каллен, и Саманта с удивлением увидела, что он достал из кармана рубашки записную книжку, взял со стола ручку и приготовился что-то записывать.

– Что ты собираешься делать?

– Для успеха важно не только начало, но и дальнейшая стратегия. Сейчас я хочу ее наметить. Чтобы Уитни нам поверила, мы с тобой должны чаще быть вместе. Я считаю, – он начал делать пометки, – что мне каждый день следует заезжать сюда обедать.