Барбара Новак - К черту любовь!

– Барбара! Ты не одета! – воскликнула она. – Ты никуда не идешь вечером?

– Нет, – ответила я как можно небрежнее. – Сегодня я останусь дома.

Она поморгала глазами.

– Почему? У тебя что, сорвалось свидание?

Я пожала плечами, как будто мне было совершенно на это наплевать.

Исполненная решимости, она прошествовала мимо меня в гостиную, видимо намереваясь помочь мне быстро подобрать какой-нибудь вечерний наряд.

– Мой новый знакомый оказался защитником, а в его команде еще двадцать семь человек. Я уверена, он подберет тебе пару.

«Какая она все-таки милая, – подумала я. – Она все еще не поняла, что к чему».

– А я уверена, что нет, – резко оборвала ее я. – Теперь я персона нон грата для всех мужчин.

Ее лицо оставалось непроницаемым. Насколько яснее я должна была выразиться?

– Теперь даже таксист не захочет подцепить меня! – в отчаянии воскликнула я.

Рука Викки метнулась к лицу, и она прикрыла ею рот, сочувственно глядя на меня.

Я перевернула мир, где сексу и любовным свиданиям отводилось отнюдь не последнее место. Я освободила всех порабощенных женщин, заставила их взбунтоваться против хозяев-мужчин и установить собственные правила игры. Женщины обожали меня. Я была их героиней. Их бесстрашным лидером.

Мужчины же не рискнули бы дотронуться до меня даже десятифутовым шестом. Да и чем угодно другим, если уж на то пошло.

Викки взяла мои руки в свои и посмотрела мне в глаза.

– Это просто ужасно. На фоне славы и успеха мисс Секс a la carte – единственная, кто не может заниматься сексом a la carte!

Натянуто улыбаясь, я вытерла рукавом пижамы уголок глаза.

– По крайней мере, не на этой планете!

Глаза Викки снова зажглись. Ее мозг никогда не переставал работать, прямо как круглосуточный магазин.

– Возможно, мы могли бы найти тебе астронавта, который находился на орбите в течение двух последних недель, – предложила она.

В ответ я просто покачала головой и с обожанием посмотрела на нее. Было ли что-нибудь, чего мой замечательный редактор не сделал бы для своего преуспевающего автора? Она была настоящим преданным другом.

Однако следовало взять себя в руки. Мы обе непростительно расслабились. Что я советовала женщинам во всем мире?

Я веду себя жалко. Какой стыд, какой позор!

Если я сама не в состоянии следовать принципам теории «К черту любовь», то чего же ожидать от моих читателей?

Я расправила плечи и улыбнулась своей ярой поклоннице самой радостной улыбкой из моего арсенала.

– Все в порядке, Викки, – уверенно сказала я. – Мне и одной хорошо.

Кажется, она приняла это за чистую монету и улыбнулась мне в ответ.

– Что же, в конце концов, ты написала книгу о том, что мужчины – это атавизм! – пошутила она, широко улыбаясь мне.

Я рассмеялась. Это был прекрасный момент а-ля «К черту любовь»: две женщины, управляющие собственной судьбой и смеющиеся над предрассудками, – на вершине мира.

– Желаю хорошо провести время со своим защитником, Викки, – сказала я, выпроваживая ее за дверь. – И не забывай, что теперь ты заказываешь музыку.

Викки подмигнула и направилась к лифту, виляя бедрами и тихо мурлыкая себе под нос шлягер «К черту любовь». Я смотрела ей вслед несколько секунд, а потом медленно закрыла дверь.

«Поздравляю тебя с талантливой игрой, достойной премии „Оскар", дорогая Барбара». Я убедила Викки, что со мной все в порядке.

Теперь оставалось убедить в этом саму себя.

Я тряхнула головой, чтобы отогнать неприятные мысли, и направилась в гостиную, где свернулась калачиком на уютном стильном диванчике.

Барбара, да что с тобой, в конце концов?! Большинство женщин во всем мире сейчас либо отскребают прилипшие остатки пищи от сковородок, либо меняют пеленки детям. Я же принадлежу к числу самых везучих счастливиц на этом свете: мне не за кем следить, не для кого готовить, не с кем вести беседы, кроме как разве с самой собой. Я могу делать все, что захочу, наслаждаться покоем в роскошной квартире Нью-Йорка с фантастическим видом на ночной Манхэттен.

Под красивой… романтической… полной луной…

Чтение! Вот что мне сейчас нужно. Я ведь стала писателем. Писатели пишут, и писатели читают.

Я схватила журнал с кофейного столика и пробежалась глазами по заголовкам.

Это был свежий номер журнала «В курсе». Строго между нами, я уже некоторое время являюсь их подписчиком. На обложке был изображен астронавт в позе «Sieg heil!»,[20] указывающий рукой на Луну. Тут же я прочитала название статьи: «Mach schnell to the Moon»,[21] автор… Кэтчер Блок.

Я выругалась про себя и зашвырнула журнал в дальний угол комнаты.

– Почитаю что-нибудь в библиотеке, – с яростью сказала я и схватила шоколадную конфету из уже наполовину пустой коробки на кофейном столике. – Помоги мне, маленькая шоколадная конфетка, – взмолилась я, прежде чем запихнуть ее в рот.

«Я самая счастливая девушка на всем белом свете, – сказала я себе. – Я ем вкусный шоколад и любуюсь красивой луной».

А также пытаюсь игнорировать имя Кэтчер, которое отдается в мозгу в такт ударам сердца.

Кэтчер

На следующий день я стоял на углу улицы около палатки с хот-догами и, злясь на весь мир, ожесточенно вгрызался в дымящуюся сосиску.

Поверьте, ничто не помогает лучше восстановить нарушенный душевный баланс, чем горячая и приправленная горчицей «чудо-сосиска» на ланч. И чем горячее, тем лучше. Недаром говорят – клин клином вышибают.

Питер от хот-дога воздержался. Зато он целиком и полностью разделял мои чувства в тот момент.

– Мой аналитик дал понять, что вся эта заваруха с Викки неблагоприятным образом сказалась на моем состоянии, – сказал он. – Для меня это было настоящим испытанием и совершенно выбило из колеи. Его тоже, и поэтому он уезжает на остров Барбадос на три месяца.

Заманчиво… Может, и мне уехать куда подальше и попытаться забыть об этом кошмаре!

Я проглотил последний кусок сосиски, забросил салфетку в зеленый металлический контейнер для мусора и направился к обочине, намереваясь поймать такси.

– Подожди минуту, – крикнул мне вслед Питер. – Мне нужно забрать вещи из химчистки.

– У меня нет времени, – бросил я ему через плечо. Питер ужасно раздражал меня в этот момент. Он, похоже, позволяет себе думать, что если платит мне баснословные деньги, предоставляет роскошный кабинет, дает неограниченный доступ к счету и карт-бланш в отношении тематики репортажей, то это дает ему право злоупотреблять моим временем. – Мне срочно нужно обратно в офис. Я собираю досье на Новак: кого она знает, куда ходит, что предпочитает на ужин и чем ей нравится заниматься a la carte.