Ирина Хазарина - История двух О

Потеряла я из виду и Лену. Откровенно говоря, тогда мне было не до чужих проблем — хватало собственных. Подходящая работа никак не находилась, а деньги подходили к концу. Я понемногу должала отцу и знакомым, пила чай без сахара и всерьез подумывала обратиться за помощью к маме и ее состоятельному мужу.

Федор позвонил в тот момент, когда я предавалась самым мрачным размышлениям о настоящем и будущем (до сих пор не знаю, где он раздобыл номер моего телефона).

— Ольга Анатольевна, это Федор Мальцев вас беспокоит. Вы, наверное, меня не помните? Я сын Натальи Ивановны, с которой вы работали в Ноосферном лицее.

— Почему же, помню, — ответила я почти правдиво. — Как ваши дела, как Лена?

— Я вот как раз о Лене хотел с вами поговорить. Ольга Анатольевна, мне очень нужна ваша помощь. Только это разговор не телефонный.

Я была заинтригована и согласилась.

Встречу мы назначили в парке на Крепостной горке. Когда Федор окликнул меня, я испытала легкий шок: если я столкнулась бы с ним на улице, то стопроцентно не узнала — милый юноша превратился в совершенно сногсшибательного мужчину. Хорошо еще, что блондины не в моем вкусе, иначе грозила опасность влюбиться по уши. Впрочем, когда он начал объяснять, зачем меня вызвал, все игривые мысли мгновенно вылетели у меня из головы.

После смерти родителей Федор и Лена остались в том же положении, что и я сейчас — практически без денег, только вот им и занимать было негде: со стороны матери у них не было никого, а родичи отца оказались редкостными тварями. Федор был твердо убежден, что пропавшие после похорон немногочисленные материнские золотые безделушки лежат по карманам двух теток, но доказать это не было возможности. Ему пришлось в срочном порядке переводиться на вечернее отделение и устраиваться на работу. Федору повезло: в одной группе с ним учился, а точнее — делал вид, что учится, — некий молодой оболтус, чей папа был фактическим владельцем "Южно-Российского инвестиционно-кредитного банка". К Федору этот юноша питал самые теплые чувства, так как только с его помощью умудрялся сдавать рефераты и курсовые, поэтому замолвил словечко перед папой, а уж дальше все пошло как в классической сказке о "бедном, но талантливом". Появились деньги, появилась уверенность в завтрашнем дне.

И вот тут кому-то "там, наверху", персонально ответственному за судьбу этих двоих, показалось, что им досталось еще слишком мало.

— Это я виноват, Ольга Анатольевна. Никогда себе не прощу.

Виноват он был, пожалуй, только в том, что не оказался ясновидцем.

Сергуня, тот самый сынок банкира, которого Федор спасал от отчисления и последующего папиного гнева, периодически приглашал его вместе с сестрой к себе на развеселые вечеринки. Так было и на этот раз. Федор от этих сборищ особого удовольствия не получал, но хотел, чтобы Лена немного развлеклась, и никакие тревожные предчувствия его не посещали. Наоборот, было очень весело, особенно когда одна из девушек, очаровательное бескомплексное создание, стала недвусмысленно намекать Федору на то, что живет одна и в случае чего никто мешать не будет…

— Федюнчик, не будь идиотом, — зашептал Сергуня, толкая друга в бок. — Люси девочка разборчивая, с кем попало не пойдет, так что не упускай случай! Второй раз не предложит.

Федору очень не хотелось упускать случай, но…

— А Лена?

— А что — Лена? — удивился Сергуня. — попрошу Кольку… или он Димка? Блин, всю дорогу забываю! В общем, того длинного в углу видишь? Он все равно свою девчонку отвозить будет, твою Лену и прихватит.

Ни Сергуня, ни тем более Федор не знали, что высокому парню в углу его девушка пару минут назад заявила, что он грубая скотина, надоел ей до смерти и не смел бы больше к ней приближаться. К сожалению, этой девке надавать по морде, чтобы не выдрючивалась и знала свое место, было опасно. Ладно, еще посмотрим, кто над кем посмеется… И надо подцепить какую-нибудь телку на ночь, если уж с этой обломалось…

Поздним утром довольный собой, партнершей и всем миром Федор вернулся домой и нашел сестру на полу без сознания.

— Лена почти два месяца в больнице пролежала, — рассказывал Федор очень спокойным, каким-то отстраненным голосом. — Физически она сейчас в норме, но… Видите ли, Ольга Анатольевна, у этого подонка родители большие люди. Точно не знаю, на кого они надавили, кому заплатили, но вывернулось все так, что это мы сами его подставили, чтобы потом деньги тянуть. Понимаете? Я специально уехал, а сестру оставил, Лена специально его спровоцировала… Вот это Ленку мою и добило. Она после больницы на улицу не выходит. Всегда такая чистюля была, каждая вещь на своем месте лежала, а теперь все валяется, грязь везде. Если я не напомню, не поест. Не читает совсем. И… и не разговаривает почти, — тут голос Федора все-таки дрогнул. — Целый день сидит за компом и раскладывает пасьянсы, один за другим, без конца. Я не знаю, что делать. Ольга Анатольевна, может, у вас получится с ней поговорить? Все-таки, вы женщина и вы с мамой работали…

— Федор, — осторожно спросила я, — а к специалисту обратиться вы не пробовали?

Лицо моего собеседника словно заледенело.

— Моя сестра не сумасшедшая. Извините, я, кажется, зря вас побеспокоил.

— А я, по-моему, и не говорила, что она сумасшедшая, поэтому не надо смотреть на меня как Новодворская на коммуняку, — преувеличенно сердито сказала я. — Просто я думаю, что могу своими дилетантскими попытками сделать еще хуже. А специалист…

— Нет. Если Лена решит, что я считаю ее ненормальной… Боюсь, это плохо кончится. Впрочем, я вас понимаю и благодарю, что выслушали.

— А вы меня не дослушали. Я знаю человека, который может вам помочь. Проверено на себе, будьте спокойны.

И я повела его к Борису. Пожалуй, из всех поступков, которые я совершала под влиянием минутных озарений, этот оказался самым результативным. Федор и Лена получили необходимую помощь. Борис получил вечно благодарного почитателя. Я получила беспроцентный кредит.

Какая я все-таки умница!

09.07.01

Вот уже месяц мы встречались с Олегом четыре-пять дней в неделю. Его зубная щетка и бритвенные принадлежности поселились на полочке в моей душевой, а тапочки — под вешалкой у двери. У Володьки Петрина из ЦНТ я записала несколько стрелялок. Мы вместе ездили по выходным за покупками на оптовый рынок и готовили обеды. Конечно, нельзя сказать, что наши встречи проходили в сплошном идиллическом согласии. При близком общении Олег оказался не таким уж молчуном и ко многим вещам, как выяснилось, у нас был совершенно разный подход. Впрочем, интенсивный обмен мнениями лишь подогревал взаимный интерес. Скучно друг с другом нам не было. Я с некоторым ужасом стала понимать, что привыкла к вечерним прогулкам и посиделкам за чашкой чая или бутылкой пива, к которым изредка присоединялся Борис, привыкла говорить по утрам: "Олег, кофе готов!", слышать в ответ сонное "Иду, иду…" и, самое страшное, привыкла ощущать по ночам рядом с собой теплое сильное тело, обнимающую меня ласковую руку. Плохо дело. А ведь после развода уверена была, что ни один мужик не сумеет залезть мне в душу. Как же теперь верить людям, если даже себе доверять нельзя?