Лори Фостер - Слишком много не бывает

– Я о тебе позабочусь. – Он поцеловал губами мочку ее уха. – Подарю тебе оргазм.

У нее перехватило дыхание.

– Но я хочу...

– Секса? Секса не будет. – Он продолжал ласкать ее, чтобы она была посговорчивее. – Это так, полового акта не будет, как вы меня и просили, но есть и другие способы заставить женщину испытать приятные ощущения, Сьерра.

Он чувствовал ее неуверенность, сомнения и нечто похожее на шок. Он ожидал, что она ответит ему какой-нибудь саркастической репликой, что она разозлится, но вместо этого она спросила шепотом:

– Вы действительно думаете, что у вас получится?

Все то мужское, что было в нем, разом восстало. Решимость, восторг. Он приподнялся на локте и пристально на нее посмотрел.

– Да, черт побери. – Он заставит ее почувствовать себя не то, что хорошо, классно – так здорово, что она не в силах будет ограничить себя всего одной ночью.

Маленькая ладонь на его груди сжалась, Сьерра вцепилась в его рубашку, привлекая Бена к себе. Он хотел почувствовать ее руки на своей обнаженной груди.

– Позволь мне это снять, – сказал Бен, отстраняясь, чтобы стянуть рубашку. Когда он опять лег с ней рядом, она уже учащенно дышала, согревая дыханием его обнаженную кожу. – Так что скажешь?

– А ты? – с испугом в голосе спросила она. Бен поцеловал ее в кончик носа.

– Я сочту это подарком судьбы.

Низким дрожащим шепотом Сьерра произнесла:

– Я не знаю, это будет нечестно.

Он приподнял ее подбородок и повернул ее лицо к себе. Даже в темноте он видел, как расширились ее зрачки. Сьерра смотрела на него и с опаской, и с любопытством. Что-то доселе незнакомое росло в нем – странное чувство, бурное и переполняющее.

Бен коснулся губами ее роскошного рта и почувствовал, что член его напрягся от желания.

– Дело в том, что я так тебя хочу – просто с ума схожу. Я не понимаю, в чем тут дело, но это правда. Но я хочу, чтобы и ты меня захотела с той же силой.

В ее возгласе было и недоверие, и смущение поровну.

– Я тоже.

– Нет, еще нет. – Но она захочет его. Еще как захочет. Он целовал ее в губы, дразня нежностью, а ласки его заставляли ее тянуться к нему. – Позволь мне сделать так, чтобы тебе стало хорошо, ладно?

Бен чувствовал, как она дрожит, и знал, что на этот раз в ней говорит одно лишь возбуждение, а не тревога. Запах ее стал сильнее, этот запах одурманивал, заставлял его испытывать такую же дрожь.

– Мы не станем торопить события. – Он провел кончиками пальцев по ее затылку, ощущая под пальцами мягкие, как у младенца, завитки.

Бен гладил Сьерру до тех пор, пока она не выгнулась ему навстречу. Затем стал массировать ее плечи, потом перешел к ключицам. Он затаил дыхание, ожидая, как она отреагирует, но жалоб не последовало, она не потребовала прекращения действа.

Футболка у нее была с глубоким вырезом на вороте, и Бен просунул руку под ткань, чуть повыше холмика груди. Бюстгальтера на ней не было. И это его возбуждало.

– Если я стану делать что-то такое, что тебе не понравится, ты скажи мне. – Голос Бена стал низким, хрипловатым. – Мы можем остановиться тогда, когда ты пожелаешь.

Сьерра слегка заерзала, после чего пристроила голову между его плечом и шеей. Груди ее касались его груди. Ноги – переплелись, бедрами Сьерра прижалась к его возбужденной плоти. И от этого эрекция у Бена еще больше усилилась.

– Сьерра?

Он скорее почувствовал, чем увидел, ее кивок, и ему захотелось закричать от радости.

– Хорошо, – прошептал он, целуя ее в лоб, в висок. – Это хорошо.

Она снова пошевелилась, пытаясь устроиться так, чтобы он достал рукой до ее груди.

Бен не торопился. Он собирался как следует ее подразнить. Женщинам это нравится, и до сих пор, черт побери, он не услышал ни одной жалобы. Он хотел, чтобы Сьерра обезумела от страсти, чтобы она почувствовала то, что сейчас чувствовал он.

Он раскрыл губы и прикоснулся к ее горлу влажным жарким поцелуем, втягивая кожу между зубами, так чтобы остался след. Когда наутро она посмотрит в зеркало, пусть вспомнит этот самый момент. Он хотел, чтобы то, что между ними происходило, не закончилось бы одной этой ночью.

– Бен...

Легкими поглаживающими движениями он ласкал ее грудь, постепенно опускаясь к месту, где проходила ложбинка между двумя холмами. Кожа ее была теплой и шелковистой. Бен скользнул ладонью ниже и провел подушечкой пальца по ее левому соску. Сьерра резко втянула в себя воздух и сдавленно простонала.

Бен отметил ее реакцию с некоторым удивлением. Сколько еще она продержится? Она уже вся дрожала, а он едва приступил к ласкам.

– Ты ведь уже почти на грани, да, моя сладкая? – Она впилась зубами ему в плечо. Не больно, но она явно голодна. Сьерра кивнула.

Бен чувствовал себя настоящим завоевателем, и это помогло ему переключиться с собственных ощущений и сконцентрироваться на том, что чувствовала она. Тщательно оценивая каждый отклик ее тела, он накрыл ладонью ее грудь, слегка сжал, лаская. Сьерра издала горловой звук, похожий на удивленно-радостное мурлыканье, и приподнялась ему навстречу. Бен провел ладонью по ее соску, еще раз и еще, затем поймал сосок двумя пальцами и слегка ущипнул.

Сьерра вскрикнула.

Бен перевернул ее на спину и стал целовать шею и ключицы. Затем, наконец, накрыл губами ее рот. Сьерра была великолепна на вкус, и ответный поцелуй ее был таким же страстным. Бен продолжал играть с ее соском, потягивая, прокатывая между пальцами. Сьерра выгнула спину и стала целовать его так, словно хотела выпить его всего.

Часто дыша, Бен приподнял голову.

– Здесь слишком темно, черт возьми. – Он хотел видеть ее, но ему надо было освободиться из ее цепких рук, чтобы решить проблему. – Одну секунду.

Он потянулся к тумбочке и включил фонарь. Он не был настолько безжалостен или эгоистичен, чтобы направить свет прямо на Сьерру, хотя он не отказался бы от того, чтобы, раздев ее догола, изучить ее тело в мельчайших подробностях. Он и сам не понимал, почему она так его восхищает; восхищает вся – от манеры рубить с плеча и необузданной чувственности до очертаний фигуры и крупного, с полными губами, такого сексуального рта.

Сделав над собой волевое усилие, Бен направил свет в сторону, очертив желтоватым кругом, угол комнаты, Но отсветы все равно заиграли на волосах Сьерры, высвечивая оттенки осенних кленовых листьев на ее бледной коже.

Свет Бену не слишком помог. Он потянулся к Сьерре. Руки его дрожали, и голос тоже.

– Давай снимем эту твою футболку. – Подожди.

Неяркий свет падал на ее лицо, выхватывая абрис скул, переносицы, холма груди. Глаза ее были таинственно-темными, а от ресниц на щеки падали тени, похожие на перья птицы.