Клэр Нейлор - Любовь. Инструкция по применению

— Для твоей девушки? — сболтнула Эми, не подумав.

— Нет, я только что развелся. Честно говоря, для мамы.

Жди неожиданного, Эми, разве не таков слоган твоего парфюма?

— Здесь миллион потрясающих вещей, которые можно подарить. — Не переусердствуй, Эми!

— Знаю, там есть такой замечательный диванчик, пойдем, ты взглянешь, — взяв ее за пальчики, он устремился вверх по лестнице и плюхнулся на широкий кожаный диван.

— О-о-о-очень мило! Особенно если нужно переспать, — прокомментировала Эми.

Он засмеялся.

— Без шуток, а?

— Мне больше нравится вон тот. Мятый бархат, роскошный цвет. Джимми Хендрикс непременно купил бы такой.

— Им нужно повесить на него табличку с подобной надписью! По статистике, этот диван купили бы восемь из десяти покойных рок-звезд.

— А что актеры? — осведомилась Эми.

— У актеров отсутствует чувство стиля. Они скупают все оптом и без разбору! Знаешь, я лучше куплю целиком все, что здесь выставлено, ничего не меняя, все эти листья ревеня в винных бокалах и так далее. У меня не развито воображение, я просто методично меблирую дом.

— Когда-нибудь я обязательно устрою у себя шикарный обед со всеми этими стилизованными штучками — цветные камешки в мисочках, золотые рыбки в супнице, — мечтательно произнесла Эми, после чего оба расхохотались и пустились выдумывать, какой должна быть жизнь в духе посетителя магазина «Конран».

— Пирамиды устриц и банановое дерево, — сразу же предложил Орландо.

— Кровать, в которой можно жить, подобно героине Ивлина Во — Соне Дигби Вэйн Трампингтон, которая дни напролет пила смолисто-черный кофе в кровати, общалась со всеми своими друзьями-джентльменами не вылезая из ванной, а пекинесы грели ей ноги. Прелесть, — произнесла Эми голосом Ноэла Кауарда.

Они устроили экскурсию по всему магазину с его шикарным ассортиментом, пофантазировали на тему каждой чайной ложки и нарисовали в своем воображении итальянских графинь, молодых старлеток и гангстеров из Ист-Энда, отдыхающих на Коста дель Соль.

— А насчет этого что скажешь? — Орландо поспешил к гамаку филигранной работы.

— Вряд ли он меня выдержит, — Эми на глаз оценила хрупкость вещицы.

— Чепуха, выдержит нас обоих. Пригодится на каком-нибудь острове в южной части Тихого океана, где днем можно плавать с черепахами, а ночью лежать в нем на берегу прямо под Южным Крестом.

— Привязать его между двух пальм, — мечтательно протянула Эми, дотронувшись до тонкого плетения.

— Нет, лучше манговых деревьев! И собственноручно рвать манго себе на завтрак…

— Думаю, если бы я решила построить ферму у подножия холмов Нгонг в Кении, мне бы приглянулось вот это. — В Эми заговорил дух фильма «Из Африки», и она похлопала по огромной чайной коробке, украшенной жемчугом.

— Остерегайся сифилиса, — предупредил Орландо.

— Почему?

— Потому что, моя милая, в Счастливой Долине этого добра было навалом. Сифилис, слоны и мужики, спящие с женами своих лучших друзей. Понимаешь, к чему я клоню?

— Конечно, дорогой. Невилл — самый красивый из всех мужчин, с которыми я имела удовольствие совершить прелюбодеяние, — Эми поднесла к губам воображаемую сигарету и наклонила голову вбок.

— Наверное, так же хорош в постели, как я? — не то спросил, не то констатировал Орландо, глядя ей прямо в глаза.

Эми ничего не ответила. У нее перехватило дыхание. С полсекунды они смотрели друг на друга, а потом между ними прошел консультант с огромным пальмовым листом в руках. С трудом вспомнив, кто они и где находятся, фантазеры устало рухнули на тот самый диван, с которого все и началось.

— А я ведь так и не решил, что подарить маме, — нахмурился Орландо.

— Гиацинты, — осенило Эми. — Все матери хором восторгаются их божественным запахом и «необыкновенно красивым синим цветом».

— Решено, — он поднялся и направился к широкой терракотовой кадке с луковицами.

Они встали в очередь, чтобы оплатить покупку.

— После этого нашего разговора о шикарной жизни я себя ощущаю неандертальцем, который ни готовить не умеет, ни людей развлекать. Может, зайдешь ко мне завтра на обед? Не могу обещать маслиновых рощ, но обязательно куплю курицу в «Сэйнсберри».

— С удовольствием.

— Договорились, — они пожали друг другу руки, словно только что заключили важную сделку.

— Вот мой адрес, — Орландо нацарапал что-то на карточке с номерами службы такси и протянул ее Эми. — В час с чем-нибудь.

Эми кивнула.

На полпути к выходу ей вдруг бросилось в глаза, что Орландо бросился в глаза кассирше, ибо последняя вздыхала и дрожала, как в пародии на гомосексуалиста. Ну и ладно, пожала плечами Эми, курицу-то жареную я с ним буду есть, а не она. Вот так Эми! Знай наших!

13

Эми невероятно долго тормозила перед порогом дома Орландо в начале второго. В прямом смысле. С чем-нибудь, думала она, в час с чем-нибудь. Она решила было сделать пару кругов по улице на своем велосипеде, чтобы убить еще немного времени. Но к тому моменту она уже успела нарезать три и, похоже, начала потеть. Или это гламурный блеск? Эми было известно, что настоящие леди не потеют!

Немного сконфуженная, она взглянула на изученный вдоль и поперек адрес на карточке. Дома она поупражнялась в любительской каллиграфии, подправив петельки у всех букв «в» в написанных рукой Орландо словах, и осталась вполне довольна тем, что говорил почерк о его темпераменте. Да-да, адрес верный. Не слишком шикарно, подумала она, взглянув на потрескавшиеся подоконники. А может быть, как зачастую оказывается в южном Лондоне с его хитроумными обитателями, за невзрачным внешним видом кроется блестящее содержимое? Может.

Она вытерла вспотевшие ладони о курточку, которую накануне в припадке паники одолжила у Люсинды, и, сделав несколько вдохов — выдохов по системе йогов, решительно нажала на кнопку дверного звонка. Топ-топ по лестнице, звон ключей. На помощь кто-нибудь, что я здесь делаю? Дверь распахнулась.

— Эми, привет.

Чмок-чмок. Чудесный воскресный запах спустился по лестнице вслед за хозяином.

— Вкусно пахнет, — заметила она со всей оригинальностью заядлого (если не сказать занудного) гостя.

— Так и должно быть. Я проснулся, едва рассвело, полдня надраивал полы и разделывал мертвых животных… Взгляни на эти руки — руки посудомойщика, — он скептически посмотрел на свои красивые, длинные пальцы.

— Ты, очевидно, пользуешься не тем моющим средством. Мужчинам это свойственно, — хихикнула Эми.

Орландо фыркнул и наигранно женоподобно встряхнул головой.