Шеннон Уэверли - Счастье приходит летом

— Ты права. — Он поднял руку в знак согласия. — Можно, я спрошу у тебя одну вещь? Куда ты денешь своего сына?

Джоанна упала в плетеное кресло, быстрым движением поправила зеленые шелковые складки.

— Как — куда? Найму на вечер няньку.

— И как же ты собираешься найти няньку за такой короткий срок? Ты же никого тут не знаешь.

У Джоанны вдруг перехватило дыхание, но все же она изобразила улыбку:

— У меня есть кое-какие знакомства.

Майкл едко посмотрел на нее:

— Это неплохо. А то я уж начал бояться, что ты решила сбагрить ребенка мне, раз уж я согласился оставить тебя здесь.

— Что?! — Джоанна ошеломленно смотрела на него, не в силах найти нужные слова. — Знаешь, Майкл, давай-ка сразу договоримся: мне от тебя ничего не нужно. Ничего!

Майкл сверху вниз смерил ее холодным, яростным взглядом.

— Естественно. И никогда ничего не было нужно. — Он повернулся и ушел.

Джоанна так и осталась сидеть, бессильно уронив голову на руки и закрыв глаза. Было слышно, как в столовой Майкл звонит куда-то по телефону.

— Станция? — услышала она нервный голос. — У меня с телефоном что-то не в порядке. Я звоню в Нью-Йорк, но ничего не выходит. Не могли бы вы меня связать с номером…

Джоанна не собиралась подслушивать, это получилось само собой.

— Джойс? Привет. Это Майкл.

Джоанна открыла глаза. Ну конечно, Майкл теперь снова один и снова стал таким же повесой, как и был.

— Хорошо долетела? Я беспокоился, что ты летишь частным самолетом. В следующий раз бери билет на рейсовый. Это гораздо надежней…

Голос его зазвучал глуше, и Джоанна даже не отдала себе отчет в том, что встала и подошла поближе к двери. Они уже говорили о каком-то водопроводчике. Как она поняла, соседка по Винъярду просила его найти водопроводчика и починить кран. Кто такая эта Джойс? Говорил он с ней так запросто, что Джоанна ощутила внезапную тревогу.

Она отчаянно ругала себя за то, что так воровски прячется в темноте и подслушивает. И тут же оправдывалась: в конце концов, Майкл первый начал, он самым бесцеремонным образом слушал, о чем она говорила с Нейтаном! Через несколько минут с непринужденным видом, мало соответствовавшим ее состоянию, она вошла в гостиную и стала перебирать старые пластинки, стоявшие в тумбочке у проигрывателя.

— Да, это все, что я хотел тебе сказать, — продолжал Майкл своим проникновенным, зовущим голосом. — И еще хотел поблагодарить за вчерашний вечер. — И он негромко засмеялся в ответ на ее слова.

Вчерашний вечер? Вот откуда он вернулся в три утра!

— В выходные увидимся, Джойс.

Джоанна бросила на проигрыватель исцарапанную пластинку с увертюрой «1812 год» Чайковского. Жалко, что Кэйси уже спит, а то она включила бы звук на полную громкость.

ГЛАВА ПЯТАЯ

После еще одной бессонной ночи Джоанна кое-как вылезла из постели, не надеясь, что выдержит напряжение нового дня. Сначала ей нужно было поехать за покупками, а вечером предстояла встреча с Нейтаном. Но чем же заняться все остальное время, которое надо провести в коттедже вместе с Майклом? Она надела свое любимое платье, в котором обычно ездила за покупками: трикотажное, серо-голубого цвета, с короткими рукавами и с поясом на талии. Собрав волосы в пучок, она подкрасила губы. Слава Богу, она не обгорела накануне на пляже, и ее кожа приобрела приятный золотистый оттенок.

К восьми часам, когда Майкл спустился на кухню, она уже запустила стиральную машину, и, пока там стирались вещи, они с Кэйси завтракали оладьями и сосисками.

— Доброе утро, — сухо приветствовал их Майкл, стоя в дверях.

— Есть кофе, — обернулась к нему Джоанна. Она решила, что будет относиться к нему просто как к соседу, который достоин хотя бы обычной вежливости.

Он вопросительно поднял бровь.

— Будешь мне должен, — ответила она, коротко улыбнувшись.

Он выглядел удивленным.

— День, похоже, начинается неплохо. — Майкл обогнул стол и выглянул в залитое солнцем окно.

— По радио говорили, что будет тридцать с чем-то градусов. — Джоанна отпила кофе и посмотрела на него сбоку, вдруг остро почувствовав его присутствие. До сих пор он так и остался самым красивым мужчиной из всех, кого ей доводилось видеть: густые темные волосы, как будто только что немного взъерошенные женской рукой, губы с насмешливо опущенными уголками, легкая и грациозная в движениях, но одновременно такая мужественная фигура.

Она пришла в ужас от того, что до сих пор смотрит на него такими глазами. Нет, нет! Все осталось позади. Просто ей не приходилось встречать мужчин красивее, она лишь отдает дань справедливости. И все же ей не хотелось, чтобы это действовало на нее так сильно.

— Какие у тебя планы на сегодня?

— Постираю и поеду по магазинам. Потом, наверное, на пляж. А у тебя?

Он сказал, что ему тоже надо поехать в город — помочь одному знакомому с ремонтом. Он начал что-то объяснять, но Джоанна потеряла нить — все ее внимание было обращено на солнечных зайчиков, игравших в его волосах, и на тени, косо бежавшие по его широкой груди.

Как странно, думала она, когда-то этот мужчина был смыслом ее жизни. Они приходили в отчаяние, если что-то мешало им быть вместе. А теперь все, о чем они могут говорить, — это о погоде.

Да так, пожалуй, и лучше. Она не вынесла бы, если б он затронул более серьезные темы. Вчерашний разговор произвел на нее гнетущее впечатление: ее будто загнали в угол, ей хотелось кричать. А почему, она и сама толком не знала.

Хорошо еще, что рядом был Кэйси. Не замечая ее переживаний, он заполнял пустоту своим щебетом, придавая атмосфере в доме видимость гармонии.

Майкл стал готовить себе яичницу, а Кэйси вышел из-за стола и начал вынимать из стиральной машины белье. Джоанна пошла сделать несколько звонков. Мэг дала ей номер телефона одной местной девушки, и Джоанна договорилась, что та придет вечером посидеть с Кэйси. Кроме того, Мэг предложила привести Кэйси поиграть с ее детьми, а не возить его с собой по магазинам.

Довольная тем, что прямо с утра за несколько минут уладила все дела, Джоанна, улыбаясь, вернулась на кухню. Но пока она говорила по телефону, Кэйси закончил порученную ему работу и успел принести на кухню свое ведерко, в которое накануне набрал на пляже камушков и ракушек. Теперь все они были рассыпаны по полу, и Кэйси показывал их Майклу.

— Вот этот белый камень, посмотрите, его можно подкладывать под дверь, чтобы она не открывалась. Так мама говорит. А вот этот камушек мне нравится больше всех. — Он поднялся с пола и направился к Майклу, который еще не закончил завтракать. Мальчик протянул ему раковину. — Вот смотрите, какая. Красивая! Разноцветная, как радуга, — розовый цвет, серый, фиолетовый.