Шерил Андерсон - Роковые шпильки

– Нет, это началось несколько месяцев назад. Может быть, шесть. – Хелен посмотрела вниз на ковер, как будто это помогало ей подсчитать. – Может быть, чуть больше.

– После одиннадцатого сентября у нас резко упало количество рекламных объявлений. Как и у всех остальных. Тедди работал не покладая рук, чтобы исправить положение, – внесла свою лепту Ивонн.

– В остальном все было в порядке? – уточнил детектив Эдвардс.

– Да, – вызывающе вскинула голову Хелен.

– У вас есть дети? – продолжал он.

– Нет, – уже без всякого вызова ответила Хелен. Теперь в ее голосе была пустота, которую все заметили, но постарались этого не показывать.

– Чем вы занимаетесь, миссис Рейнольдс? – спросил детектив Липскомб.

– Я работаю директором по персоналу у Андерсона и Вуда. Это юридическая фирма.

– Где находится ваш офис?

Хелен вздохнула:

– Через две двери от редакции журнала. – Она ждала, что детективы сделают из этого какие–то выводы, но детектив Липскомб просто занес в блокнот очередную запись, а детектив Эдвардс продолжал смотреть на Хелен.

– Вы можете назвать кого–то, кто мог желать смерти вашего мужа? – спросил он.

– А как же кража, которая пошла не по сценарию? – воскликнула я, кажется, чересчур громко. Но это сработало. Все, а главное Хелен, посмотрели на меня. Я не могла – не хотела – верить, что она имеет к смерти Тедди какое–то отношение, поэтому должна была дать ей понять, чтобы она была поосторожнее, особенно с Большими Синими Глазами. Разумеется, сейчас Большие Синие Глаза с пристальным вниманием смотрели на меня, но с этим я могла справиться. Так я, по крайней мере, надеялась. Во всяком случае, сейчас был явно неподходящий момент для флирта.

– Мы рассматриваем все возможные версии, – сказал детектив Липскомб гораздо более дружелюбно, чем говорил со мной в офисе. У него было вполне миролюбивое настроение, и я не собиралась его портить. Липскомб вновь перевел взгляд на Хелен, но детектив Эдвардс продолжал смотреть на меня. Он пытался разгадать, что у меня на уме. А я – что у него.

– У Тедди нет никаких врагов. Все его любят… – Хелен остановилась так резко, что я испугалась. – Любили… – Поправила она себя и опять заплакала.

Ивонн обхватила ее, как будто собиралась опробовать на ней прием Хеймлиха[36], и начала раскачиваться вместе с ней. Хелен упорно не выпускала моей руки, поэтому мне ничего не оставалось, как ждать, пока она немного успокоится.

Спустя какое–то время детектив Эдвардс предпринял новую попытку:

– Не было каких–то проблем с деньгами, наркотиками или…

– Нет, – мгновенно отрезала Хелен. Вывернувшись из рук Ивонн, она громко высморкалась. – У нас все было в порядке. Мы были счастливы и все было хорошо.

Слова Хелен прозвучали с какой–то деланной, неестественной четкостью. Она говорила неправду. Что же было не так?

Детективы обменялись взглядами, значения которых мне не удалось понять. Разумеется, они тоже слышали напряжение в ее голосе. Хелен замолчала, замкнувшись в своем мифическом счастливом мире, куда нам не было доступа.

Детектив Липскомб захлопнул блокнот.

– Есть кто–то, кому мы можем позвонить и попросить побыть с вами?

– Я хочу Молли, – Хелен вцепилась в меня, не выпуская из рук мокрых салфеток. Я постаралась подавить отвращение от влажных бумажных комочков, да и перспектива остаться здесь на ночь тоже меня не вдохновляла.

– Я тоже могу остаться, – предложила Ивонн.

– Спасибо, Ивонн, – сказала Хелен. Ивонн кивнула. Она, видимо, уже мысленно репетировала объединяющее общее переживание, которое очистит нас и сделает лучше. Я же предвидела море слез, причитаний и ощущение собственной бесполезности, что нисколько меня не привлекало.

Детектив Эдвардс протянул Хелен свою визитную карточку:

– Необходимо, чтобы вы официально его опознали. Но с этим можно подождать до утра, если вам так удобнее.

Хелен отдернула руку, не успев взять карточку:

– Я должна его увидеть? Но Молли же уже сказала вам, что это – он.

– Если есть какой–нибудь другой член семьи…

– О, боже мой. Семья. Его родители. О, господи! – Хелен повисла на Ивонн, сотрясаясь в новом приступе рыданий.

Детектив Эдвардс снова повернулся ко мне. Я выдержала его взгляд, хотя и не без труда. Рыдания Хелен были в какой–то степени заразительны, и я уже тоже чувствовала тугой комок в горле. Это лишало Большие Синие Глаза возможности спровоцировать меня сказать что–нибудь лишнее. Эдвардс положил визитку на сияющий кофейный столик. Сидевший в кресле детектив Липскомб подался вперед, и я было подумала, что он тоже хочет утешить Хелен, но оказалось, что он просто пытается встать.

– Миссис Рейнольдс, позвоните нам, если вы что–нибудь вспомните или если вам понадобится помощь, – с неожиданной теплотой произнес он.

Липскомб положил свою карточку рядом с карточкой Эдвардса и наконец выбрался из кресла. Детектив Эдвардс мотнул головой в сторону двери. Оставив Хелен в буквальном смысле слова на руках у Ивонн, я пошла за детективами.

После долгой паузы детектив Липскомб сказал: «Доброй ночи, мисс Форрестер» и вышел в холл. Все еще смущенная и растерянная, я осталась в дверях рядом с Эдвардсом. Они уже закончили? Что они думают? Что будет дальше? С кем все–таки спал Тедди? С кем спит детектив Эдвардс и насколько это серьезно?

Подобные беспорядочные мысли всегда возникают в самые неподходящие моменты. Но такая уж выдалась сегодня ночь, что я могла слегка потерять контроль над собой. При условии, что я больше не буду действовать по принципу «Что на уме, то и на языке». Иначе ситуация может стать еще более сложной и/или неловкой.

– Почему вы не сказали, что у него связь на стороне? – тихо, чтобы не услышала Хелен, спросил детектив Эдвардс.

– Потому что я понятия об этом не имела. Да я и до сих пор еще не уверена. Хелен сейчас не в состоянии мыслить ясно, – закончила я, чувствуя, что каждое следующее предложение слабее предыдущего.

– Итак, с вами у него не было романа, – настаивал детектив Эдвардс.

– Нет, – ответила я, изо всех сил стараясь казаться загадочной. Пусть детектив Эдвардс поломает голову, с кем у меня был роман. И, пожалуйста, пусть он остановится на ком–нибудь более необычном и ярком, чем Питер. Эдвардс, казалось, был доволен моим ответом, но я не могла понять, было ли это личное или профессиональное удовлетворение. На всякий случай, если он перейдет на более личный тон, я решила держаться более деловито. Не хотелось так скоро подтверждать правоту своих подруг. Я здесь только ради Тедди, а не для того, чтобы вешаться на шею детективу Эдвардсу. Пока что.