Юлия Колесникова - Первый холодный день (СИ)

— Да, это точно, Элла специально меня мучает, — жалобно скрутила губы Стелла, протягивая мне телефон с смс от второй сестры: Я разговаривала с Рэндом Бразом, и он знает, как меня зовут!!!!

Первой моей мыслью было сказать и что тут такого, но я неожиданно поняла, что еще пару дней назад, упала бы со стульчика от удивления, что один из Фак-Богинь приблизился к Зеркальным без каких-либо угрожающих действий. А ведь раньше и я смотрела на Рэнда, как на кого-то с облицовки журнала, хотя мы были знакомы, и несколько лет подряд летом он работал у нас. Теперь вспоминая о том, как затихали Зеркальные, стоило ему пройти возле нас, я подумала, как это было глупо, ведь он просто парень, и в его спортивном костюме нет ничего сверхъестественного.

— Не переживай, — сказала я ей, улыбаясь, вместо того, чтобы насмехаться, — он и твое имя знает тоже, я ведь там была сегодня. Он спросил дословно: Ты Стелла или Элла?

Я, конечно, не стала объяснять, по каким причинам он знал, как их двоих зовут, так как девочкам это вряд ли понравиться. Они-то думали, что никто и не догадывается о личности тех, кто распускает слухи. Решили закосить под "Сплетницу". Глупо, конечно, ведь не то что в нашей школе, а и во всем городе сложно что-то утаить. Это ведь не Денвер.

Лишь прозвенел звонок, я чуть ли не первая была у двери. И выскочив в коридор, помчалась в единственно тихое место во всей школе — библиотеку. Если забиться поглубже между рядов, никто и не поймет что ты говоришь по телефону.

Я начала набирать по памяти номер отца и после трех гудков он поднял трубку.

— Алло? — насторожено сказал он, видимо увидев, что высветился незнакомый номер.

— Пап это я, — поспешила успокоить его я, пока он вместе со своей пугливостью кролика не бросил трубку. Даже удивляюсь, как это у него хватило смелости оставить жену и ребенка — он ведь вечно всего боялся. Ну а сама я, что лучше? — постоянно жду лишь всего самого плохого, о чем это говорит?

— О, Котенок, я ждал, когда ты позвонишь! Ну что, нашла, с кем будешь ехать ко мне?

— Да… — протянула я, не зная, как ему объяснить, кто со мной поедет. Если у мамы это не вызовет никакого удивления, то папа точно начнет задавать всякие глупее вопросы, впрочем на которые я смогу спокойно ответить, что мы с Рэндом просто друзья. Хотя мы даже нормальными знакомыми не считались. — Меня один парень привезет.

Тишина в трубке была такая, что я даже посмотрела на экран, не разъединило ли нас — но нет, секунды нашего разговора тикали.

— Пап? — осторожно спросила я, чтобы понять, что происходит на той стороне телефона. — Ты там жив?

— Жив. И хочу узнать, что это за парень?! — требовательный голос отца ворвался в трубку довольно таки неожиданно и болезненно, так как папа не отрегулировал свое возмущение, которое вылилось в крик.

— Это не совсем парень…то есть он парень, но не мой. Да ты его знаешь, это сын доктора Браза, Рэнд, который стриг у нас газоны, помнишь?

Снова тишина, и несколько секунд я напряженно всматриваюсь в книжные полки, и чьи-то ноги которые вижу между стеллажами.

— Ааа, Рэнд, — недовольство отца, кажется, поутихло, особенно после того, как я сказала, что не встречаюсь с ним. — Помню, он кажется немного старше тебя.

— М-да. Где-то на год, — отозвалась я, потирая шею, все-таки на мне сказалось то, что засыпала я вчера в машине. — Мы нормальные знакомые, и он хотел поехать на матч Денвер Бронкос потому согласился отвезти меня. И вот я хотела бы знать, мог ли он остаться со мной на выходные?

— А почему нет, я не против. К тому же думаю, тебе будет легче, если с тобой будут знакомые.

Это отец сказал несколько суховато. Но мне не нужно было ничего объяснять, так как я и сама все понимала. Всем будет легче, если в доме будет присутствовать независимая сторона. Особенно такая веселая, как Рэндал. Думаю, он действительно будет разряжать обстановку.

— А вы вместе идет на матч?

— Не думаю… — отозвалась я, так как не могла бы заставить себя спросить подобное у Рэнда, словно хочу навязаться. К тому же спорт это не мое. — Будет видно.

— Тогда мы вас ждем! Сейчас перезвоню Карен, чтобы начала готовить для вас комнаты.

Я скривилась, при упоминании о Карен, но нормальным и даже почти веселым голосом сказал:

— Хорошо, спасибо! Пока!

Когда папа повесил трубку, я потрясла телефон в руках, словно это могла быть шея Карен. Раньше мне не надо было готовить комнату, так как в новом доме отца была моя комната, куда я могла приезжать пожить. Но Карен решила, что раз я бываю у них редко, она может складывать туда всякий хлам. И убирался он, когда я должна была приехать. Но меня убивала сама мысль того, что моя комната считается мусорником весь год, пока меня нет. Карен в этом проблемы не видела — я бы показала ей, ткнув носом в те полосы на полу, что оставила какая-то дрянь, что Карен оставляла в комнате, и пятна, оставшиеся на ковре, несомненно, от Джонни. И она еще смеет удивляться, да и открыто мне в лицо, почему я так редко к ним приезжаю!? Знала бы она, сколько раз я мысленно расцарапала ей лицо, то не захотела бы со мной общаться.

Я осталась сидеть на полу библиотеки еще несколько минут. Приставив кулак ко лбу, я не могла заставить себя встать, настолько паскудно было на душе. Но нужно было подниматься, чтобы попасть на урок, да еще отдать телефон Рэнду

Быстро найдя в расписание, что у него физкультура, я несколько смущенно пошла его искать. Во-первых, мне очень не хотелось, чтобы остальные видели, как я буду возвращать ему телефон, а во-вторых, я ведь знала, что он, как и я не занимается физкультурой. Я шла к спортивному залу, даже не представляя, как отдам ему телефон.

Но стоило зайти, я поняла, что первая проблема отпала — так как многие еще сидели в раздевалке, а вот Рэнд, сидел на трибунах, в своем излюбленном виде одежды — спортивном костюме, но сняв спортивную куртку, он остался в футболке. Вот это было приятное зрелище, видеть, как темно-синяя футболка облепляет его накаченный торс, широкие плечи. Словно специально позируя, он откинулся назад, развалившись на лавочке ярусом выше. Я поспешила к нему, пока никто не вошел, или пока не прозвенел звонок. Но чем ближе я подходила, тем меньше мне нравилось выражение его лица — что-то явно было не так. Он был грустным? И его взгляд был устремлен на спортивный зал. Вот за чем он грустил, догадалась я, за спортом. Рэнд не сдавался, двигаясь вперед. Он все еще собирался заниматься спортом, но как я помнила из его слов, иным видом спорта, чем раньше. А Рэнд видимо любил футбол.

— Спасибо за телефон, — сказала я приближаясь. Но мои резкие слова вовсе не напугали его, оказывается, он давно наблюдал за тем, как я иду в его сторону. Я попыталась улыбнуться, но не смогла сделать это так же как он, а Рэнд вовсе не улыбался, и видеть его таковым было не привычно.