Дж. Дж. МакЭвой - Сладкая красотка

— Как это может быть твоя вина? — я вошла в полностью белую спальню, единственным украшением которой являются развешенные над кроватью шесть черно-белых фотографий различных достопримечательностей Нью-Йорка.

— Вот что происходит, когда, с целью установить эмоциональную связь, лжешь своему нынешнему возлюбленному о том, что твоя мать погибла в автокатастрофе. А твоя бывшая любовница перед этим возлюбленным спрашивает, как поживает твоя мать, поскольку считает, что рядом стоит друг, которому ты сказал, что у твоей матери болезнь Альцгеймера.

— Марк! — я шлепнула его по руке.

— Знаю, это ужасно! Но они…

— О ком или о чем идет речь? — Клео вошла с бутылкой вина и села на кровать.

— О том факте, что Марк абсолютно заслужил удар по лицу, — сказала я, подвигаясь, чтобы освободить место для Клео.

— Спасибо, — пробормотал он, схватив бутылку. Марк сделал большой глоток, прежде чем передать ее мне.

— Ну, для справки, я пью лишь потому, что у вас двоих была дерьмовая ночь, — сказала Клео, когда мы передали ей бутылку. — Этого не случилось бы, если бы вы просто говорили правду. Я все время так делаю. Обычно, когда мы находимся в постели, я просто выкладываю все: «Ничего не ожидайте от меня, моя мать умерла, когда я была молода, а отец был придурком, который заботился только о себе. Я сломленная девушка и не хочу, чтобы меня пытались вылечить». Они смотрят на меня с жалостью в глазах, вот и все.

— Это так грустно. Продолжай пить, милая, — Марк попытался положить голову Клео себе на плечо, но она закатила глаза, рассмеялась и выпила.

— Я в порядке. У меня есть прекрасная семья прямо здесь, поэтому я выпью за это, — она рассмеялась еще раз, когда подняла свой бокал за нас.

Она права. Все, в чем я нуждаюсь, это они. Это были два дня веселья, а теперь я вернулась к реальности.

Зеленый сигнал светофора сменился на желтый, и я увидел, как зажглась задняя фара мотоцикла Арти, когда он затормозил. Увеличив скорость, я промчался мимо него через перекресток вниз по закоулкам улицы. Огни, освещающие улицу, походили на взлетно-посадочную полосу, и я испытывал такое чувство, словно в любой момент могу оторваться от земли, если просто увеличу скорость. Так я и сделал, увеличив скорость и не останавливаясь, пока не достиг местности, абсолютно лишенной человеческой жизни. Выдвинув подножку байка, я снял свой шлем и провел рукой по волосам.

Спустя несколько секунд Арти остановился рядом со мной. Сняв шлем, он также провел по своим темно-каштановым волосам, после чего посмотрел на меня. У него кожа цвета слоновой кости и шрам на подбородке, полученный от меня, когда нам было по двенадцать лет.

— Что, черт возьми, с тобой не так? — закричал он.

Хороший вопрос. Поставив ногу на землю, я облокотился на нее и посмотрел Арти прямо в глаза. — Я скажу тебе кое-что, и ты не расскажешь об этом никому.

— Ладно…

— Я встретил женщину на твоей вечеринке.

— Что? — его рот широко открылся. — Ты связался со «сладкой»?

Я так сильно ненавижу эти слова. Фактически, ненавижу всю его карьеру. Если можно назвать карьерой организацию встреч богатых людей с привлекательными персонами, которым двадцать с небольшим.

— Это не так. Она была на вечеринке, но утверждала, что друзья притащили ее с собой…

— И ты поверил?

— Ну, ты скажи мне. Ее имя Фелисити Харпер. Слышал о ней?

Он задумался на мгновение.

— По шкале от одного до десяти, насколько она сексуальная?

— Арти…

— Серьезно, ответь.

Я вздохнул и посмотрел на океан.

— Не знаю, девять с половиной?

— Да, она новенькая, — рассмеялся он.

— Откуда ты знаешь?

— Ты встретил на моей вечеринке девушку на девять с половиной по десятибальной шкале, которая в действительности десятка, и я не слышал о ней? Поверь мне, она новенькая.

По крайней мере, об этом она не солгала.

— Ты никогда не преувеличиваешь насчет женщин, но ты уверен, что она десятка? И ею никто не заинтересовался на вечеринке? — я посмотрел на него, и понимание отразилось на его лице. — Ты украл ее номер.

Я не стал отрицать этого.

— Ничего себе! — рассмеялся он. — Не думал, что ты когда-нибудь перестанешь страдать по ней, и вот вам «сладкий папочка»…

— Не называй меня так, — это вызвало мурашки по телу. — Она ничего не хочет. Сказала, что хочет от меня только секс. Вот и все. Я даже предложил ей работу, но она отказала мне. Женщина работает оператором колл-центра по кредитным картам, официанткой и уборщицей.

— Ты разыгрываешь меня.

Я покачал головой.

— Ведь имеет смысл для меня проверить ее, верно?

— Я сделал бы это в тот же момент, как только она сказала, что хочет только секс. Никогда не встречал женщин, желающих только секс. Возможно, она надеется покорить твое сердце и скрыться в лучах заходящего солнца с тобой. (Примеч. скрыться в лучах заходящего солнца — часто употребляется иронически для описания счастливого конца в фильмах).

— Нет, — сказал я, хотя понимал, что он шутит. — Она не кажется обманщицей.

— Итак, ты хочешь сказать мне, что нашел Святой Грааль, и вместо того, чтобы пить из него, ты сейчас здесь пытаешься убить себя в аварии на мотоцикле (Примеч. Свято́й Граа́ль — в средневековых кельтских и нормандских легендах одно из орудий Страстей — чаша, из которой Иисус Христос вкушал на Тайной вечере и в которую Иосиф Аримафейский собрал кровь из ран распятого на кресте Спасителя. Испивший из чаши Грааля получает прощение грехов, вечную жизнь и т. д.).

— Она сказала мне никогда не спрашивать о ее прошлом, а затем услышала, как я дал распоряжение о проверке данных о ней.

— Дерьмо.

Я кивнул

— Она послала меня и ушла.

— Тебе, должно быть, она по-настоящему понравилась…

— Что ты имеешь в виду? — я поправил перчатки на руках. — Я даже не знаю ее. Я просто ненавижу, что она выставила все, словно я являюсь плохим парнем из-за логичного поступка.

— Конечно…

— Как ты? — спросил я, пытаясь сменить тему. Мы с Арти чаще враждуем, чем дружим, в основном потому, что он проходит лечение от героиновой зависимости. Всякий раз как он срывается, он обычно появляется на пороге моего дома, иногда умоляя о помощи и уговаривая не рассказывать нашим родителям, а иногда предъявляя претензии. Но вот уже семь месяцев он в завязке.

— У меня все хорошо. Лучше, чем у тебя, и я заметил, как ты только что попытался сменить тему.

— Постарайся не отставать, — ответил я и надел шлем.

Двух дней вполне достаточно. Я обладал ею, и теперь все кончено. Пришло время двигаться дальше.