Мой друг - Оливия Лоран

только мне удастся ослабить возбудители в моих клетках под названием "Артём Соколов", можно будет перейти к основной части моего плана. Осталось его разработать…

Хочу заметить, он облегчает мне задачу своим сегодняшним отсутствием. Кто-то из ребят сказал, что он заболел, но тетрадь, что я оставила у него вчера, чудесным образом оказалась у меня на столе к началу урока. Не берусь даже раскручивать эту мысль, итак каша в голове.

— Поднимай руку, Мила! — шипит рядом Вероника.

Обращаю внимание на нашего классного руководителя, что выжидающе смотрит. Не могу сообразить, что от меня требуется, и неуверенно, но все же тяну руку вверх.

— Милана, едешь? — уточняет Наталья Алексеевна.

Стоп. Куда?

— Едет, конечно же едет! — подает голос Ника, выкрикивая и расплываясь в довольной улыбке.

— Куда? — шепчу взволнованно.

— Ты где летаешь? — хмурится подруга. — Каникулы, поездка, Москва! Москва, Мила! Конечно же едем!

Только в сентябре поднималась тема предстоящей поездки в столицу на весенних каникулах. Мечта! Решение было принято моментально, это не обсуждалось. Вероника тоже планирует поступать в Москву, но до сих пор нам обоим так и не удалось увидеть город воочию.

Но сейчас… Неожиданно даже для самой себя отказываюсь от поездки. Не до конца понимаю причин своей тревоги, ведь до планируемого путешествия больше месяца, и к тому времени моя реабилитация уж точно завершится. Но проблема в том, что я не знаю, как к тому моменту сложатся наши с ним отношения.

Подруга смотрит на меня ошарашено, пребывая в замешательстве от моего спонтанного отказа.

— С ума сошла?!

— Артём тоже поедет, — так себе предлог. Долго избегать его я точно не планирую, но что-то тормозит. Предчувствие? Боже мой, я точно схожу с ума…

— И что? Какая на хрен разница? Мы! Мы с тобой едем и точка! Так, подожди… — отворачивается и тянет руку, привлекая внимание преподавателя.

— А Соколов едет? Его просто нет сегодня, отметить же как-то надо, — уверенно обращается к учителю Ника, а я натуральным образом давлюсь от шока, заливаясь краской.

— Нет, он от поездки отказался.

— Вот видишь! Все, Мы едем, не обсуждается, — откидывается на стуле довольная подруга.

По окончании собрания уведомляю о своем изменившемся решении и, с острым желанием отоспаться, спешно покидаю стены гимназии. Раздумываю написать другу, поинтересоваться самочувствием, но все же пресекаю этот порыв, напоминая себе о вынужденных ограничениях. Пять дней, всего-то. Продержусь.

На следующий день оказываюсь в гуще девчачьих обсуждений по поводу подарков мужской половине нашего класса к грядущему празднику.

— Мил, будешь что-то дарить от себя Соколову? — интересуется между делом Ника.

— Еще думаю, — отзываюсь спокойно.

— Может именные ручки с ежедневником? — предлагает Настя.

— О, точно, можно еще ежедневники заказать индивидуальные, и там на каждой страничке будут пропечатаны инициалы, — поддерживает кто-то из девчонок.

— Да, блин, банальщина, давайте что-нибудь интересное замутим, может какой-нибудь сертификат? Например, на покатушки на бамперных машинках или полет в аэротрубе?

Ощущая жжение в лопатках, оборачиваюсь, встречаясь с острым взглядом Артёма. Быстро кивает и идет к своей парте, а я уже не могу оторваться… С виду здоров, лишь тревожный блеск в глазах выдает его беспокойную отрешенность. Возможно намеренно остался вчера дома.

— Милан, поговорим после урока? — как-то взволнованно спрашивает Яна, чем немного озадачивает. Не сказать, что мы не ладим, но и подругами нас не назовешь, скорее вынужденное общение одноклассниц. Но на разговор, конечно же, соглашаюсь.

— Я хотела спросить… В общем, вы же с Тёмой дружите, ты его хорошо знаешь, — подозрительно мнется, делая нехарактерные остановки между слов. — Может посоветуешь, что можно ему подарить? Я… как-то не решилась на ДСВ*, слишком уж очевидно, — нервно посмеивается. — А на двадцать третье как-то попроще мне что ли, — облегченно выдыхает, заканчивая свою речь.

Таак… Главное не показывать свою истинную реакцию на эту просьбу. Прячу руки в карманы брюк, отвожу взгляд, переводя дыхание. Всеми силами пытаюсь промолчать, не выдавить то, что рвется изнутри, я же не плохой человек, не подлый. Верно? Боже, лучше промолчать, чем то, что собираюсь выдать.

— Игрушку в машину на присосках или подвеску на стекло заднего вида. У него же машина не так давно появилась, думаю зайдет, — беззаботно пожимаю плечами.

— О, точно! Спасибо! Ты лучший друг! — радуется Яна, а я чувствую себя хреново… Очень хреново. — Как я сама не догадалась, и вроде недорого, не так очевидно будет, и в то же время внимание проявлю. Супер! Спасибо! — продолжает рассыпаться в любезностях. Криво улыбаюсь и сбегаю в класс, прерывая этот малоприятный диалог.

До конца занятий все также упорно игнорируем друг друга, я даже успела расслабиться, как неожиданно ощущаю легкое прикосновение к спине вскользь. Испуганно подпрыгиваю на месте, поворачиваясь к Артёму лицом.

— Извини, не хотел напугать, — улыбается. — Поехали?

Вот так просто, как ни в чем ни бывало. И я так же просто соглашаюсь.

— Все хорошо? — как бы между прочим интересуется уже в машине.

— Да, норм. Как ты? Тебя вчера не было.

— Дела были, да и ты выдохнула, верно? — подмигивает расслабленно.

Это точно, выдохнула. И очень ему благодарна за такую щедро предоставленную возможность.

— Почему в Москву не едешь?

— А ты интересовалась за меня? — подмечает резонно.

Моментально вспыхиваю, хоть и нет на то особых причин. Я же ничего не сделала! Но доказывать это глупо.

— Да ладно, не напрягайся, еду конечно, и ты едешь, — и снова этот улыбчивый озорной взгляд.

— Еду… Но я думала, что ты отказался.

— Не понял, — хмурится. — Не хочешь, чтобы я там был? Могу не ехать, — сложно не заметить, как градус его настроения значительно падает, тем самым тащит вниз и мое.

— Нет-нет, я не против, чтобы ты ехал, — спешу исправить ситуацию. — Конечно, не против.

— Ладно, посмотрим, — заключает задумчиво и замолкает. Я тоже не решаюсь продолжать разговор.

— Хочешь в киношку? Завтра новый фильм выходит…

— У меня на завтра планы, — прерываю его, не давая закончить мысль.

— Ок, понял, ну лады, в другой раз.