Притворись моей - Анна Ди

за руку и я подняла взгляд на него. Гнев прочертил резкие линии на лице Андрея, ожесточив его челюсть и превратив скулы в напряженные линии. В его глазах кипела медленно разгорающаяся ярость — такая, которая подкрадывается и уничтожает тебя еще до того, как ты успеваешь понять, что она уже пришла. — Я молчал из уважения к вам, но переходите все разумные рамки. К вашему сведению, Аня заступилась за меня. Она поступила правильно, защищая свою семью от этих наштукатуренных стервятниц. Чтобы это было в последний раз, когда вы позволили такие слова в её сторону, — в его голосе была скрытая угроза.

Я крепче схватила его руку, сейчас я сильно нуждалась в нём.

— Папа, ты видишь, что он говорит? — ринулась она к дедушке в поисках защиты и поддержки.

— Кристина, он прав. Извинись перед Аней за такие слова, — потребовал он жёстко. — Они теперь члены нашей семьи, не забывай этого.

Я пыталась сдержать Лену. Слова этой женщины задели нас, они оторвали пластырь на ране и вонзились туда иглами, заставив снова кровоточить. Но нельзя подавать вида, никогда нельзя показывать врагам, где твоя слабость. Ведь именно туда они и ударят.

— Мне не нужны извинения. Всё в порядке, — собрав всю волю в кулак, сказала я. Женщина лишь одарила меня презрительным взглядом и повернулась к своему отцу.

— Я волнуюсь за нашу репутацию. Видимо, только мне не всё равно. Делайте что хотите, — пробурчала она, схватившись за голову. — Пётр, принеси мне в комнату чай с ромашкой. Мне не хорошо, — крикнула она дворецкому, который убирал тарелки со стола.

— Иди тогда отдохни, — бросила Марина Ахмадова. Она осуждающе кивнула и не смотрела на свою дочь. Походкой умирающего лебедя та поднялась по лестнице.

— Извиняюсь за её поведение, девочки. Даже не берите в голову, она на эмоциях сама не поняла, что ляпнула, — ласково проговорила бабушка с виноватым взглядом.

— Если надо, то я могу переехать в отель, а сюда приезжать в гости, — неожиданно предложила Лена. Я понимала, каких усилий ей стоило не сорваться.

— Даже не думай, — звучит властный голос Сергея. Он так резко это сказал, что воцарилась тишина. Прочистив горло, он продолжил другим голосом, спокойным: — Твоя сестра будет скучать, да и Никита. Ты тоже член этой семьи. В доме полно комнат, тут места хватает всем, поэтому не надо расстраивать сестру.

— Лена, никуда ты не переедешь, — повторил и Андрей. Он прекрасно знал, как для меня важна сестра.

— Лена…, — я взглянула на неё и этого было достаточно, чтобы поняли друг друга без слов.

— Закрыли тему. Все остаются в доме. Никто не уедет, — сказал дедушка и посмотрел на меня. — Аня, ты поступила как настоящая любящая жена. А остальное не имеет значение. Теперь ступайте к себе, у вас был сегодня тяжёлый день и вечер.

Я подошла к ним и обняла. У меня никогда не было бабушки с дедушкой, поэтому было приятно получать такую заботу от них. Хоть и на такой короткий срок.

— Спасибо вам, — прошептала я со всей благодарностью, которую могла испытывать.

— Всё, идите уже, — улыбнулась бабушка.

— Мы тоже пойдём, — обняла Сергея Ульяна, но он никак не реагировал.

Усталость накрывала меня. Мы поднялись в свою комнату. Как только дверь закрылась, я почувствовала напряжение в воздухе.

Вдруг он просто при всех играл, а на самом деле зол.

У меня в висках собралась головная боль. Мурашки в тревоге пробежали по моей груди и плечам.

— Будешь ругать меня наедине, что я сегодня нарушила пункт нашего договора? — обречённо спросила я, но вместе ответа, он резко приблизился ко мне. Взял за подбородок, заставляя поднять голову. Моё сердце дрогнуло под натиском нервов.

— Спасибо, — почти ласково сказал он. — Ты могла промолчать и пройти мимо… Но вместе этого, ты защищала меня. Ты…, — он сделал паузу, на его лице промелькнула не поддающаяся определению эмоция.

— Откуда ты знаешь, что я защищала тебя? — нетерпеливо нарушила тишину.

— Ты была очень расстроенной, когда уходила, поэтому пошёл за тобой. Мне надо было убедиться, что ты в порядке, и я услышал ваш разговор. В конце ты просто удивила меня, я был в восторге, — в его глазах был действительно неподдельный восторг.

— А я думала, что ты был слишком занят беседой с невестой из детства, — смогла пролепетать я сквозь стук своего сердца.

— Пахнет ревностью, — он усмехнулся, и я мысленно дала себе пощёчину. Мне не нравилось, как она прикасалась к нему, как улыбалась. Только ему об этом знать необязательно.

— Нет никакой ревности, я говорю по факту, — убрала его руку и отошла на безопасное расстояние. Он откинул голову назад и выдохнул длинный воздух.

— Алла просто подруга детства, вот и всё. Приехала сегодня на нашу свадьбу.

Мне неприятно о ней разговаривать, кем бы она ему не приходилась.

— Спасибо тебе, что защитил от своей тёти.

Я ожидала от него другой реакции, но он защитил меня. Не позволил унижать меня и мою сестру. Впервые ощутила чувство безопасности. Это одновременно заставляет сердце трепетать и гореть. Только глубоко внутри я понимала, что это слишком опасные ощущения. Я не должна их испытывать, иначе этот год будет для меня тяжёлым.

— Она больше не скажет вам ничего плохого, — обещает он.

Андрей не сводил с меня глаз, но его внимание каким-то образом касалось каждого сантиметра моего тела. Я не выдержала.

— Я устала… Очень хочется спать, — направилась в ванную. За последнюю неделю произошло столько всего, что это было похоже на лихорадочный сон.

— Хорошо. Тогда поспим, — бросил мне вслед.

Андрей

— Ты можешь так громко не орать? — Кричу я Ане, которая уже час в ванной и поёт.

Многих бодрит с утра кофе, а меня — словесные перепалки с фиктивной женой.

— Я не ору, а пою, — доносится до меня раздражённый голос Ани.

В голосе рисуется картинка голой девушки под душем. Но быстро пытаюсь избавиться от этой фантазии.

— Это больше напоминает не пение, а крики о помощи бедной кошки, застрявшая