Отец подруги - Лили Ред

и отвечаю на поцелуй. Поцелуй нежный и ласковый, романтичный даже. И никак не похож на Андрея. Внутри все закипает, но от возмущения. Мне не нравится, приятно — да. Но нет того шквала, как от мужика, который сидит за спиной и видит то, что я делаю. Но он больше не прикасается ко мне. И не пристает.

Мы отрываемся друг от друга и улыбка Манцурова смущает.

— Ты охренеть какая, Амель… Будешь моей девушкой? — спрашивает он.

Я слегка привстаю и поправляю волосы. Смотрю на Андрея и примечаю, что кулак сжат и костяшки такие белые, напряженные.

— Да. Я люблю, когда мужчина знает то чего хочет и не играет в игры, — громче говорю, чтобы Андрей точно это услышал.

И в этот момент он встает и уходит, оставляя свою фифу на месте.

— Мне кажется она ему не дала, — смеется Манцуров, а из меня вырывается нервный смех.

Да. Не дала. Только не она…

Глава 25

— Ты странно изменилась. Тебя что-то беспокоит? Или это из-за нашего поцелуя? — Манцуров шепчет на ухо, а я даже не знаю что сказать.

Да? Нет? Это не из-за тебя, а того мужика, который только что сбежал отсюда.

— Амель? — зовет меня еще раз Манцуров и я поворачиваюсь к нему.

Мы весь фильм просидели и по обнимались, и он только под конец решает спросить о моем настроение.

— М? — поворачиваюсь к нему и кошу под дурочку, чтобы не отвечать на неудобные вопросы…

Но его видимо это действительно волнует и мне становится совестно. Я его просто использовала.

— Амель, что с тобой? — он уже не смотрит на экран, а даже заставляет развернуться к нему.

— Я боюсь. Пойми, у меня такого никогда не было, — смотрю Манцурову в глаза и его взгляд теплеет.

— Я не тащу тебя в койку и уж тем более сосать не заставляю тут, — говорит он грубые вещи. — Мы просто поцеловались и я сказал, что буду ждать столько, сколько нужно. Но только в том случае, если я тебе нравлюсь. Понимаешь? Бегать, ждать верным псом — не буду. Это не манипуляция, не думай.

Он проводит пальцами по щеке и прячет волосы за ушко. А я все как в немом кино смотрю и лишь хлопаю глазами. Я впервые его таким вижу.

— Опять напугал? — усмехается и пухлые губы кривятся. Такой он приятный и вещи говорит правильные. Правда ведь ничего пошлого и касается он прилично, без вульгарностей.

— Нет. Миш, — я перехватываю его руку и сжимаю пальцами.

— Замерзла все же? — и при этом так смотрит на меня, ласково…

— Немного, — а он берет и прижимает к себе. Просто так, без лишних слов. Берет и пытается согреть.

Может он не такой плохой? Я правда умещаюсь под его плечом и даже прикрываю глаза. Только вот образ далеко не Миши… Хоть я прониклась им, по имени стала называть. А то Манцуров, да Манцуров…

Почему тогда Морозов постоянно в моей голове? Стараюсь дышать размеренно и выровнять дыхание. Получается и я успокаиваюсь. Миша хорошо сложенный, слегка подкачанный, но у него все впереди. А я опять сравниваю их двоих.

Когда свет включается я понимаю, что реально засыпаю. Глаза просто не хотят открываться.

— Проснись и пой. Такое на свидание у меня впервые, — он смеется и поглаживает по руке.

— Прости. Я не знаю, что на меня нашло, — протираю глаза и смотрю на него. Он даже не собирается вставать, а просто улыбается.

— А я знаю. Ты слишком много учишься. Поехали тебя домой отвезу, — Миша протягивает руку и я вкладываю свою.

— Поехали. Только мы можем заехать реально ко мне, а потом к Каринке?

— Ты не дома живешь? — он поглаживает меня по руке большим пальцем и заглядывает в глаза.

— Нет, Каринке одной скучно, вот мы вместе…

— Как скажешь, тогда пошли.

Он тянет меня и сам закутывает в шубу и натягивает капюшон. Берет за руку и тянет уже из зала. Мы потихоньку вышли из торгового центра и сразу побежали в машину. Прохладно. Даже очень. Быстро подбегаем и Миша включает печку, он везет меня по адресу и я боюсь туда идти одна. Но не могу позвать Манцурова с собой. Я должна сама убедиться и только потом поехать к Каринке. Достаю телефон и читаю от нее сообщения.

— Подружка волнуется? — спрашивает Мишаня и я улыбаюсь.

— Не представляешь как сильно, — читаю миллион вопросов. И натыкаюсь на уже другого содержания сообщения.

— Вы с ней правда как близнецы. Я даже боялся, что она меня на шампур наденет, — смеется и касается моего колена.

Сейчас слегка приятно, даже внизу живота чуть пощипывает. Но все равно не так ярко, как от Андрея.

Опять он в моей голове. Но все мысли уходят, когда я вижу свой дом. Сердце словно в пятки уходит и я чувствую, как ладонь Миши ложится поверх сжатых мною кулаков.

— Хочешь я пойду с тобой? — почему-то спрашивает он меня, но я отрицательно мотаю головой.

— Я быстро. Подождешь?

— Я рядом, — отвечает и я выхожу из машины.

Даже страшно представить, что там будет. А если… Боже, сделай так, чтобы там кроме мамы никого не было…

Глава 26

Страшно идти домой. Дом — это крепость, но только не в моем случае. И это самое обидное. Даже Каринка живет одна, но при этом у нее всегда уют и тепло. Даже я чувствую себя там, как за каменной стеной. Но не в своем…

Поднимаюсь на этаж и достаю ключи. Открываю дверь и вхожу внутрь. Запах затхлый, сразу хочется проветрить. Замираю у порога и осматриваюсь, прислушиваюсь, но дома тишина.

— Мама? — зову ее, но никто не откликается.

Внутри тревога начинает усиливаться. Неужели все слишком плохо? Я делаю шаг и прохожу по коридору, заглядываю в кухню. Там куча тарелок и бутылок стоит на столе. Но никто не сидит. Первым делом открываю форточку и впускаю прохладный воздух. Не трачу время и иду в зал, открываю дверь и вижу, как мама спит на диване. И выдыхаю, потому что она одна. Только сейчас понимаю, что задерживала дыхание от волнения. И как только увидела ее живой, то слегка расслабляюсь.

— Мам, — зову ее и она начинает шевелиться. Это тоже хороший знак. — Мама, как ты?

Я понимаю, что пришла поздно, она уже спит. Но мама открывает глаза и смотрит на меня. Взгляд стеклянный, она пару раз пытается сконцентрироваться на мне и как у нее