Нам нельзя. Петля судьбы (СИ) - Драгам Аля

В целом, мне нравится слушать и подсматривать, но ожидаемой эйфории финал фильма не приносит. Я-то думала, будет любовь, приключения, а свелось к тому, что в жизни существует бумеранг, который обязательно прилетает и карает за совершенные злодеяния. Героиня фильма, к примеру, так желает получить себе самого-самого мужчину, что использует привороты и зелья, от которых её избранники погибают.

Любовь тоже есть, но физическая. Я проматывала все сцены, которые окрашивали мои щёки в алый цвет. Такое откровение… не для меня… До сих пор смущаюсь, когда Женя тянется поцеловать, хотя это, наверное, смешно. Все-таки мне уже восемнадцать, а я, по мнению папы, в куклы играю. Он образно так смеется надо мной, но, вместе с тем, вряд ли позволит представителю противоположного пола приблизиться. Про сына Каминского он даже не знает.

— Ой, — случайно вскрикиваю, подумав об этом.

— Что? Что такое? — Медсестра оперативно подскакивает и осматривает моё испуганное лицо. — Болит? Тошнит?

— Извините, — мямлю. — Я о своём. Всё хорошо.

Заверяю её, чтобы не переживала, хотя меня в самом деле тошнит, но к этому чувству придется привыкнуть. Как и к тому, что сегодня рано утром мне пришлось расстаться с тем, чем я гордилась…

Спустя минут тридцать я уже выходила в коридор, заправляя за ухо непослушную короткую прядку волос.

— Ты очень красивая!

Вздрагиваю, но тут же разворачиваюсь и оказываюсь в самых надёжных объятиях.

Женя подпирает плечом стену, прижимая меня к себе обеими руками.

— Тебе подходит!

Рассматривает мой новый образ и с улыбкой дует на чёлку.

— Откуда… ты…

Хочу спросить, откуда он знает (потому что удивления в жениных глазах ни капли) и как здесь оказался? Он же уехал домой, и не сказал, что сегодня появится.

— Пока тебя ждал, посетил своего врача. Твой брат рассказал про смену причёски. Ты на самом деле переживала?

Ещё как! Мне всегда хотелось длинные волосы, чтобы красивой волной струились по спине. Я даже не красила их ни разу, чтобы они выглядели здоровыми и ухоженными.

Пока идём к палате, рассказываю про свою мечту. И, конечно, не удержавшись, добавляю:

— А когда была совсем маленькой, надевала несколько колготок и всем рассказывала, что это мои длинные косы. У нас дома несколько фотографий есть, где я позирую в образе русалки.

— Почему русалки?

— Я сейчас и сама задумалась. Мне казалось, что у них такие причёски. Плюс мультик с Ариэль, знаешь? У нее волосы были красного цвета.

— Угу.

Под мои воспоминания мы оказываемся за закрытой дверью, и Женя уже без стеснения ловит мою руку, чтобы притянуть к себе и поцеловать по-настоящему.

Стоит его губам коснуться моих, в голове начинают летать стрекозки, шелестя прозрачными крылышками, а окружающий мир расцветает яркими красками. Все мысли улетучиваются, оставляя только странное тепло в груди, растущее и заполняющее меня своим светом.

Я несмело отвечаю на женин поцелуй, прикрываю глаза и парю! Парю в небе, держась за его надежные плечи. Мне так хорошо, так спокойно и так… влюблённо…

***

Самый лучший день

Заходил вчера…

Напеваю под нос и кружусь по палате, представляя, что я та самая фея, фигурка которой висит на моей цепочке. Сжимаю её в руке и тихонечко смеюсь.

— И кому у нас весело?

Илья без стука входит, но оправдывается тем, что дверь была приоткрыта. Всё может быть: я сегодня рассеянная и до самых высоких высот счастливая.

Мы с Женей проболтали до самого позднего вечера, а рано утром он уехал. Теперь он может приезжать несколько раз в неделю, а потом…

Потом он начнёт жить настоящей жизнью, вернётся к тренировкам и в команду. Когда рассказывал о планах, зеленые глаза горели огнём. А я так живо себе представляла, что среди ночи схватилась за карандаш. Под подушкой так и лежит блокнот, на одной из страниц которого изображен Женя, ведущий мяч по площадке.

— Жек, ты о чём задумалась?

А я застыла на месте, с широкой улыбкой и вся в мыслях.

— Да так, — тяну и незаметно прячу под воротником феечку.

Брат её видел, но мне не хочется показывать, что я постоянно к ней прикасаюсь. Это… личное…

— Видел я вчера твоё «да так», — смеётся брат. — Я рад, что ты улыбаешься, сестрёнка. Ради такого я готов на что угодно. Даже прикрывать вас перед отцом.

Моя улыбка сползает с лица: мне было так плохо, а потом стало так хорошо, что я совсем забыла о противостоянии наших семей.

— Малышка, не думай. Тебе сейчас нужны только положительные эмоции, поэтому… — Илья замолкает, а я начинаю притоптывать от нетерпения, зная, как долго братец может держать паузу. — Поэтому…

***

POV Илья Светлов

Смотрю в искрящиеся довольные глаза сестрёнки и мысленно стискиваю зубы. Показать ей своё волнение никак нельзя, поэтому беру себя в руки и, нацепив загадочную улыбку, растягиваю интригу.

Как в детстве подпрыгивает от нетерпения и ждет. Ещё немного и начнёт хлопать в ладоши, как маленькая девочка Женя, которую я часто вспоминаю: пышное платье (она их обожала), две косички и громкий визг радости, стоило мне или отцу перешагнуть порог дома.

Сын Каминского, Евгений, просил не говорить, когда пришёл ко мне за поддержкой, но Жеку нельзя волновать. Да и мне надо вбить в её затуманенную влюбленностью голову очевидные факты.

Осторожность. Аккуратность. Контроль состояния.

Сначала я категорично отказался, услышав, что задумал Женя. Потом, взвесив «за» и «против», дал согласие, ограничив тысячей советов. Да, я ненормальный брат, особенно если дело касается сестры. И ещё более ненормальный врач, если дело касается пациента. Или наоборот, что применительно к Жеке не важно. Я обожаю свою сестрёнку и мечтаю (Господи, как я мечтаю!) увидеть её счастливой… выздоровевшей… О бо́льшем и не думаю: это тот максимум, о котором я запрещаю себе думать, но к которому стремлюсь, делая новые назначения и корректируя лечение.

Операция могла бы помочь, да, но шансы… Долбанные шансы ничтожно малы. Три процента на положительный исход… это даже не пятьдесят на пятьдесят. И только мать продолжает считать, что всё упирается в финансы, третируя этим отца.

Наших активов хватает, чтобы покрыть вмешательство в любой точке мира, но не все в этой жизни измеряется деньгами. Сам я дошёл до этой истины, впервые написав посмертник, будучи интерном. Профессор, к которому я попал, здорово приземлил, показав пациентов коммерческого и бесплатного отделения. Тот, ушедший, был из люксовой палаты. А этажом ниже беззубый старик улыбался, прижимая к груди кудрявую головку внучки. Кстати, у старика получилось перешагнуть ту черту, за которой можно выдохнуть с облегчением.

— Илья, ну Илья-а-а-а!!!

Как я и говорил, Жека пританцовывает и дергает за рукав. А и в правду слишком уж затянул.

— Поэтому на следующей неделе я разрешу вам выехать в город на прогулку. Тебе и твоему парню. Но, малышка, на несколько часов и при строгом условии, что мне понравится твоё состояние. Договорились?

Ради этих ямочек на щеках я готов на руках нести сестрёнку гулять, но — увы — её радость связана не со мной. Уже не со мной. Как бы не было тяжело принять, светловолосый спортсмен занял своё место в сердечке моей малышки. И я принимаю свой проигрыш, лишь бы она также светилась.

Любовь, если это она, творит настоящие чудеса. Уж мне ли не знать!?

Раскрываю объятия, куда ныряет мелочь, и привычно прижимаю её к себе. Так повелось с самого детства, что она моя сестра. Не мамина дочка, как принято, а моя любимая младшая веселушка. И папина принцесса, которую он старательно прячет от чужих глаз. Не могу даже представить, что с ним будет, когда он узнает. А рано или поздно это произойдет и взрыва не избежать.

Мне же, как самопровозглашенному защитнику, надо успеть придумать, как смягчить удар. Евгений показал себя смелым, волевым, но хватит ли его горячности и запала надолго?

Его поступок, когда он сидел возле невидящей Женьки и читал ей книги, заставил меня пересмотреть отношение к сыну отцовского конкурента. Заставит ли это и отца посмотреть под другим углом? Сомневаюсь…