Моё сердце в тебе бьётся - Даша Коэн

- Изыди, – зло вытерла я слезы и буквально прорычала ему свое требование.

- Мечтай, – усмехнулся мой заклятый враг и, насвистывая, удалился.

Ненавижу!!!

Глава 12 – Под раздачей

POV Алёна

Остаток восьмого класса было относительно тихо. Нет, меня, конечно, шпыняли девчонки, высмеивали дешевую обувь, старенький, побитый жизнью телефон и убогую куртку, что маме отдала в дар какая-то коллега по работе. Но я держалась. На голом энтузиазме, конечно, а еще благодаря переписке с Антоном, что бесконечно слал мне фотографии Крыма, рассказывал о новой школе и о том, что там у него почти сразу завелась толпа друзей.

И я понимала, что наше общение совсем скоро сойдет на нет. Так и случилось.

Новые интересные товарищи, учеба, тренировки. А в конце учебного года у Антона появилась девушка, которая совсем не желала понимать нашу дружбу.

Так, в один дождливый день мая, мне на телефон пришло сообщение от незнакомого абонента со следующим содержанием.

«Перестань писать Антону. Он общается с тобой из жалости. Ты знала? Он мне рассказал, что ты аут в своей школе. Но хватит уже быть пиявкой. У него другая жизнь, тебе больше нет в ней места».

Я тогда проплакала целый день, даже в школу не пошла, сославшись матери на плохое самочувствие. И она, в кои-то веки, пошла у меня на поводу. Но мне реально еще никогда не было так больно. Ведь это было самым настоящим предательством!

Я же думала, что мы настоящие друзья, я и Антон. Вместе против целого мира. А теперь меня просто пнули под зад, как безродную псину. Что ж, пришлось усвоить и этот жизненный урок. Ведь больше мне Антон так никогда не позвонил и не написал. Просто исчез, как будто его никогда и не было.

Вот так, точку в нашей дружбе поставил какой-то незнакомый человек, а не парень, которого я считала лучшим другом.

В остальном же полгода обучения прошли сравнительно ровно. Презрительные взгляды Соболевского я в расчёт не беру. У него вечно физиономия была такая, будто бы у него живот скрутило. Ну хоть драки в школе закончились и то хлеб.

Но вот девятый класс…

Короче, за минувший год мои девичьи прелести претерпели еще большие трансформации, теперь тугие топы меня не спасали. Да! А мама моя уж больно была недовольна тем, что я вечно натягиваю на себя балахоны, безразмерные кофты и юбки ниже колена, что я все же вынудила ее купить мне. И вот, перед первым сентябрем, родительница моя решила снова, как и в прошлом году, сказать свое «фи». И ей было плевать, что я думаю по этому поводу. А потому, на парадную линейку я пришла, демонстрируя то, что раньше тщательно скрывала. Год назад это можно было пережить, а теперь…то была целая катастрофа!

Юбка чуть выше колена, блузка по фигуре и такой же кардиган и вот уже парни смотрят на меня слишком пристально, а кто-то даже свистит в след и орет:

- Нифасе! Зачетные буфера!

Или еще вот:

- Оу, Княжина, обалденные ножки! Может сгоняем на свидание, а потом я устроюсь между ними?

Вот только восторженные вопли однокашников продлились недолго.

Началось все достаточно безобидно. Меня толкнули в холле, и я выронила сумку, из которой на пол и, под удивленные взгляды многочисленных учащихся, выпала брошюра с провокационным названием:

«Мама в 15 лет. Роды без страха».

Зашибись! Это была настоящая сенсация!

В тот момент мои глаза будто сами собой нашли, стоящего в отдалении Соболевского, в окружении своей свиты прихлебателей, и сложенные на груди руки, а также мерзопакостная улыбка на его лице говорили мне только об одном – он доволен. Гад!

Что по его вине мне только не пришлось пережить!

Мать орала как безумная, после того как классная и директор прочли ей лекцию о правильном воспитании девочек. А затем затребовали от родителей справку от гинеколога, что никакой беременности у меня нет и быть не может.

Только в школе никому не было дела до моих справок. Начался новый виток травли. И теперь, как только меня не обзывали. Самое терпимое из всего этого было – падшая женщина. Ну надо же, еще женщиной стать не успела, а уже падшая! Но да, поток яда лился на меня со всех сторон.

И кто в этом виноват? Вопрос из разряда риторических.

Как итог – парни больше не смотрели на меня заинтересованно, а только брезгливо. И лишь заклятый враг прожигал своим черным взглядом, а затем, когда я однажды с ненавистью уставилась на него в ответ, вопросительно приподнял бровь и спросил:

- Что, Княжина? Помощь нужна с агрессорами? Жалкий кусок дерьма мог бы и помочь по старой дружбе, – он смеялся надо мной, об этом говорили его желваки, что играли на его скулах.

- Себе помоги, – огрызнулась я и ушла в закат.

В начале декабря я слегла с ангиной. Болела долго, а после, казалось бы, полного выздоровления у меня пошли осложнения. Как итог, я провалялась в больнице до середины января. А когда снова вернулась в школу, то класс загудел новой душераздирающей новостью.

Оказывается, я родила. И не абы кого, а аж целую двойню! Какая ангина? Вы что! Просто байка для отвода глаз…

- Княжина, ты бы свалила уже из школы и не позорилась, – изводила меня в раздевалке перед физрой Ника Ткачева, – думаешь, никто не знает про твой выводок? Ха-ха! А мы-то думали, твои буфера просто так наросли, так сказать, магическим образом, а теперь все стало на свои места. И кто у нас счастливый папа, м-м?

Но я упорно продолжала молчать, надеясь только на одно – им рано или поздно надоест меня травить и обсуждать. Но, Боже, как же я была наивна и глупа в то время!

Стоило только одной выдумке затихнуть, как в школьное пространство запускался новый, еще более животрепещущий шок-контент. Снова, снова и снова. И так – весь учебный год!

Вот кто-то будто бы видел, как я тайно вышла замуж за престарелого друга семьи. А вот кто-то сказал, что родители меня вообще чуть ли не за долги продали. Кто-то якобы заметил, как я сидела в местной поликлинике на прием к врачу-венерологу, а потом и к врачу-дерматологу. А еще по слухам я покупала в аптеке себе слабительное, препараты от метеоризма и педикулеза, тесты на беременность, всем