(Вне)брачный контракт - Ольга Владимировна Иванова

Поработать я тоже, конечно, собиралась, ведь помимо кондитерского дела, которое еще не было поставлено у меня на поток, занималась редактурой научных текстов. И пока, увы, это был мой основной хлеб. Но перво-наперво я все же зашла на сайт Ля Роша. Прием заявок еще продолжался, и я поспешила подать свою. В графе «семейное положение» я с замиранием сердца напечатала «замужем». Только бы это возымело свой эффект и было не зря! Осталось прикрепить свое портфолио и фотографию и нажать кнопку «отправить».

Отправить!

«Ваша заявка принята. Благодарим! При положительном ответе мы свяжемся с вами до первого июля», – высветилось следом. Ну вот, еще две недель ждать… Я с ума сойду от волнения!

Нет, надо отвлечься. Клин клином, так сказать. Работа, Софья, работа… Я открыла файл с текстом и погрузилась в мир скучнейших изъяснений.

– Да идите вы…! Гена, Гена, убери это!.. Отстань от ребенка, старый пень!.. – вдруг раздалось с улицы, и я вынырнула из редактуры.

Кричала Марина. Я глянула в окно и ужаснулась: его застилал дым.

Сердце ушло в пятки. Неужели пожар?

Я отложила ноутбук и помчалась вниз. У выхода в сад уже собрались Матвей, Настя и Раиса. Около гаража стоял Гена и пытался затушить огонь в откуда-то взявшемся мангале. Сама же Марина стояла у забора соседей и переругивался с каким-то пожилым мужчиной. Около нее шмыгал носом раскрасневшийся и понурый Стасик.

– Я сейчас полицию вызову! Вы должны заплатить мне за ущерб! – грозил он кулаками.

– Что случилось? – спросила я у Матвея.

– Да вот, Стас забросил мяч за соседский забор и разбил какое-то окно там и, кажется, камеру, – ответил брат. – Выбежал потом этот дед…

– Это не сосед, а Семеныч, – вступила Раиса. – Соседи уехали на лето отдыхать на свою виллу в Италию, а Семеныча наняли присматривать за домом. Он как цербер… Всех порвет за хозяйское добро. Кажется, нас ждут неприятности.

– А этот что делает? – я показала на Гену с мангалом.

– Нашел в холодильнике рыбу и решил пожарить, – вздохнула Раиса.

– А мангал откуда?

– Генка его с собой везде таскает, – фыркнула презрительно Настя.

– А вы нам наше имущество верните, немедленно! – орала между тем Марина.

– Фиг вам, – и Семеныч экспрессивно сложил пальцы в дулю, потрясая ею. – Это будет моей уликой. Заберете свой мяч у полиции, ясно? Когда штраф уплотите за все! Или думаете, я буду один перед хозяевами отвечать за ваше хулиганство? Фиг, – и он снова выбросил вперед руку с дулей.

– Давай, давай, зови полицию! – Марина аж подскакивала на месте. – Я расскажу, как ты дитенка до слез довел из-за ерунды! Я еще за моральный ущерб стребую с тебя и твоего хозяина!

– Фиг тебе! – выплюнул Семеныч и потопал в дом.

Видимо, звонить в полицию.

– Пойду и я позвоню, – тихо сказала Раиса. – Кириллу…

Кирилл оказался занят, но пообещал, что приедет, как освободится. Раиса не распространялась о том, был ли он рассержен, поэтому Марина с Геной продолжали пока вести себя в доме фривольно и, кажется, совсем не испытывали чувства вины.

Я только вновь углубилась в работу, как внизу опять началось какое-то движение и шум, а вскоре ко мне заглянула Раиса:

– Софья, там вас зовут.

– Меня? – я удивилась.

– Да, участковый пришел, – пояснила она со вздохом. – Семенович все же позвонил в полицию…

– Но я тут причем?

– Так вы за хозяйку сейчас…

Час от часу не легче.

У входной двери в холле переминался с ноги на ногу мужчина в форме. Он чем-то отдаленно напоминал Гену, только с усиками.

– Вот, хозяйка, – представила меня Раиса торопливо. – Софья Викторовна Васнецова.

– Ваш участковый, Рудненко Михаил Андреевич, – тоже представился гость. – Что ж у вас тут происходит, хозяйка, что на вас соседи жалуются?

– Это не на меня. Это наши гости. Точнее, гости мужа, – ответила я, желая провалиться сквозь землю. Вот уж Марина эта удружила…

– И где эти гости? – поинтересовался инспектор.

– Да тут мы, тут, – на лестнице с заискивающей улыбочкой показался Гена. – Случайно вышло, майор, вы уж простите… Жена разнервничалась, лежит с давлением…

Я чуть не хмыкнула вслух. Пять минут назад Марина бодро орала на своего Стасика у бассейна, а теперь слегла с давлением. Артистка.

– Это сосед должен вас прощать, а я проверять, чтобы все соблюдали закон, – важно ответила участковый. Судя по звездам на погонах, до майора ему было как до луны пешком, но Гена своим обращением ему польстил, польстил. Дернул за нужную струнку.

Я ж сразу поняла: похожи они.

– Ваши паспорта, – потребовал он потом. – Регистрация есть?

– Так мы тут всего на недельку, – Гена паспорта принес, как чувствовал. Видно, не впервой с участковым общаться.

– На недельку? – с сомнением уточнил Рудненко.

– Ну может на две, не больше, – клятвенно заверил Гена.

– Смотрите, приду проверю, – пригрозил инспектор с напускной суровостью. – Но, как бы то ни было, разбираться с соседями придется. Кто уж будет возмещать материальный ущерб соседу, сами решайте, если же нет, готовьтесь, что дело переедет в суд…

– А, может, чайку, Михаил Андреич? – вдруг предложила Раиса. – Печенье есть свежеиспеченное. Вы же, наверное, находились, устали…

– Есть такое, – согласился участковый так же для меня внезапно. – Софья Викторовна, вы же составите мне компанию?

Я чуть не поперхнулась. Пожала растерянно плечами:

– Конечно, составлю.

– А я это… К жене… – сообщил Гена, и через мгновение его и след простыл.

Раиса быстро накрыла на стол и неожиданно оставила нас одних.

– Я, вообще, редко бываю в этом поселке, – прихлебывая чай, заговорил Рудненко. – Тут все такие, знаете ли… Важные… Так, молодежь иногда вечеринки устраивает, но на них мало кто жалуется, да и решают как-то между собой… Они ж тут все повыше нас, простых смертных… И чаю вот так никто и не предложит. Вы первые, можно сказать. А вы же сюда недавно заехали, София?

– Да, совсем недавно, – неопределенно ответила я.

Рудненко кивнул:

– А то я смотрю, лицо незнакомое совсем… И будто бы человеческое, не то, что эти… – он махнул головой в сторону окна. – Никогда бы по вам не сказал, что вы из здешних. А что ж, дом ваш? Или подарил кто?

– Это дом мужа, мы поженились недавно…

– Вот как… – инспектор будто бы погрустнел. – А до вас тут артист какой-то жил нелюдимый, уехал потом… – добавил зачем-то. – Ну ладно, я пошел.

Он как-то внезапно засуетился, начал собираться. Оправил рубашку, надел фуражку.

– Вы уж решите как-то вопрос с вашими гостями, – сказал напоследок. – Иначе мне придется вас снова навестить.

– Хорошо, попробуем что-нибудь решить, – пообещала я, провожая