Поймай меня. Целую, твоя Белка! - Ольга Корк

надо мной, дразнит, обещает и исчезает как мираж, стоит только сделать шаг навстречу. Из-за этого я думал о ней днем, вечером и даже перед сном. Але я писал смс еще до того, как вставал с кровати утром, и ей же желал спокойной ночи перед сном.

Чем больше мы общались, хотя несколько смс в день и пару звонков за неделю сложно назвать полноценным общением, тем больше я хотел увидеть ее. Увидеть, обнять и самым наглым образом похитить, заперев у себя в квартире до тех пор, пока не разберусь в себе! А разобраться было в чем. Ну честно, были в моей жизни девочки и красивее, и фигуристее, но меня как магнитом тянуло к Альке и я хотел понять, это потому что она такая вся недоступная для меня или все же мне не показалось и между нами искрит, как салют на параде?

Когда к концу недели мне еще и отец заявил, что надеется после отпуска в ближайшие полгода передать мне дела в своей фирме, я и вовсе взвыл. Вот только этого счастья мне сейчас и не хватает, угу, как же! Отправив родителя развлекаться со своей очередной молодой да резвой, только чудом не расколошматил телефон. Достало. И офис этот, и галстуки, и кресло, в котором зад преет, кожаное, мать его, а больше достала ситуация с Алькой. Я хотел ее видеть!

Сцедив сквозь зубы пару заковыристых эротических маршрутов, куда всем стоило бы сходить со своими идеями, набрал Ромку. К черту все, мне нужно отвлечься!

– Сергеев, имей совесть, хоть ты составь мне компанию, – вместо приветствия попросил друга о встрече. Кажется, при этом тяжело вздыхая.

– Малой, только чтобы без сюрпризов, – судя по тону друга, ему тоже необходимо провести время вне дома, – я Стасу позвоню, вот и давай втроем посидим. Не хочу толпу. Ок?

– Да какая толпа, мне вообще никого видеть не хочется, только одному куда-то тащиться и вовсе впадлу. Ромыч, серьёзно, давай встретимся хоть со Стасом, хоть без. Задолбало все, от папаши с его офисом до всяких рыжих с наглыми глазами и задорным орехом.

На кой черт я ляпнул про орех? Нет, попка у Альки была, конечно, зачетной, до сих пор, стоит вспомнить, как ладно на ней сидели брючки, так рот слюной наполняется, но Сергееву-то эта инфа зачем? Дурак я, не иначе.

Ромыч перезвонил и сказал, что они со Стасом подтянутся часам к восьми, на том и порешили. Парни раньше не смогут, да и черт с ними, лично я через час с работы сваливаю, иначе полетят головы.

– Привет, – к тому времени, как парни приехали, я уже сидел за столиком в нашем любимом месте, а на нем расположилась внушительная артиллерия бутылок с напитками, – устал ждать уже.

Спасибо друзьям, места на соседнем диване они заняли молча, а не с нотациями, что в одиночестве, да только сомнительные личности с отсутствием моральных ценностей, тем более все, что не компот. Стас мог, иногда он вообще как второй мой папаша себя вел. Названый, мать его.

Хотя судя по тому, как Сергеев с Герасимовым потянулись каждый к предпочитаемому напитку, молча налили себе по порции и так же молча их выпили, настроение было не радужным не у меня оного.

– Чет как на поминках, – протянул, сканируя их внимательным взглядом, – ладно, со мной-то все понятно, отец допек, ну и так, по мелочам, а у вас-то что за траурные лица?

Стас, сцепив зубы, только покачал головой, да и Ромыч не спешил делиться своими мыслями. Только процедил:

– Одна на всех проблема, Влад. Бабы.

– Ох, ничеси, приплыли, – у меня аж любопытство голову приподняло от таких новостей.

Одному мне страдать невесело, а вот когда в компании, становится очень даже интересно.

– Ладно ты, я так понимаю, со своей тихоней страдаешь, – наливая, обратился к Сергееву. – Красотка, кстати, Ромк, а у Стаса чего?

– Понятия не имею, – пожал тот плечами, откинувшись на спинку дивана, – он не говорит, я не допекаю вопросами. Знаю только, что в качалке появилась девчонка, и Стас никак не может решиться ей показать на дверь.

– Не может решиться? Да это беда ходячая! – взорвался друг. – Я ее в дверь, она в окно, я ее в окно, она назад в дверь. Упрямая зараза! И ладно бы там железом поиграть пришла, так она ж как чумная лезет на грушу. Удар не поставлен, перчаток нет, руки выворачивает, ноги деревянные. Начинаешь ругаться на нее, а она глазищи свои распахнет, подбородок выставит и талдычит одно и то же: "Мне это надо". Прибил бы, так у девчонки целый зал нянек нарисовался. Защитнички, мать их итить! Она покалечится, а отвечать мне потом. Не уследил!

– Ого, серьезно тебя зацепило, – хмыкнул на тираду Стасяна. – Девчонка-то хоть симпатичная?!

– Да какая, к чертям собачьим, разница?! Девчонка невыносима! А меня не ее глазищи зацепили, а тот факт, что она три раза в неделю залетает как тайфун ко мне в зал и без разминки начинает лупить по груше!

– Угу, но глаза-то ты заценил, я смотрю.

Я откровенно потешался, а Стас распалялся все больше.

– Малой, отвали от него, а то сейчас сам получишь по шее, под горячую-то руку.

– Ой, да ну вас, своих проблем хватает. – махнул рукой.

– Что с Улькой у тебя? – переключился на Ромку.

– Ничего, – скрипнул зубами, – в смысле, совсем ничего и это бесит!

– Хватку… – начал, но был перебит Стасом:

– Точно получишь, и я даже подержу тебя. Про себя лучше расскажи. Что с отцом?

Еле удержался, чтобы не скривиться, расскажи им все, блин.

– А чего со стариком будет. Цветет, пахнет, жениться собирается в очередной раз. Меня вот в кабинете готов сутками держать. А то он в отпуск собрался, видишь ли, а мне типа того у руля вставать. И ладно отпуск, он вообще отползать от дел собрался. Да имел я тот руль! Какой из меня руководитель в его этой шараге?!

– Угу, это ты фирму-поставщика оборудования для всяких зубных кабинетов шарагой называешь? Зажрался ты, Владюшка. У твоего папки, насколько я помню из твоих же рассказов, договоры и с немцами, и с Японией, и с Австрией, ничего так шарага, – метко отметил Сергеев и махнул очередную порцию