Папина Незабудка (СИ) - Ройс Саша

Своим.

Это означало, что Леха все выложил жене. А где жене, там и Вике.

- Значит, я подрался?

- Они теперь так думают и переживают.

Плотно сжав губы, вдыхаю и выдыхаю воздух через нос.

- Поехали! У нас мало времени, Лёх. Нужно, чтобы я мог иметь доступ к допросной. Хочу лично знать, что этот парень скажет насчет браслета.

Чижов на дачу уехал один.

Юную леди посадили в служебную машину, за руль которой сел я. А Виталик покатил сам, в сопровождении Савельева.

Всю дорогу девчонка пискляво приседала мне на уши.

Дяденька… Миленький… Прокурор… Отпустите. Мои родители будут очень ругаться. Опять заставят меня дома сидеть. Лишат карманных денег и телефона. Запретят с подругами общаться и …

«С плохими мальчиками тоже», - додумываю за нее я.

Да. Без телефона сейчас ни какая молодежь, не молодежь.

- Вы же тоже были молодым! – чуть ли не плача, упрекает меня она.

Надо же, какая разительная перемена юной особы!

Сейчас почти уверен, что ей лет девятнадцать-двадцать, не больше.

Возомнила себя взрослой и связалась с парнем, олицетворяющим надуманную свободу во всем.

- Приедем в отделение, - бросаю я через плечо, - на вопросы следователя ответишь. Честно. И поедешь домой. Сама.

- Правда?

- Все, успокойся уже, - подаю ей пачку салфеток, которые завалялись в салоне.

Доехали без происшествий, но руки уже чешутся допросить Виталика.

Состояние шока, прежде затормозило и смягчило мою реакцию на происходящее.

Только сейчас события выстраиваются и смыкаются в более четкую твердую цепочку.

Алексей сообщает мне, что парень уже в допросной комнате. Маринуется. Мы ждем следователя.

Тем временем выясняем, кто родители Вали и просим, чтобы они приехали за дочерью.

Я ввожу в курс дела дежурного следователя. Он, неожиданно для меня, решает поговорить для начала с Валей, а уж потом с Виталиком.

Черт!

Сильно смыкаю челюсть. До скрежета.

На разговор со следователем Савельев отводит Валю в кабинет.

И с этого момента время словно останавливается.

Вот что за подстава?

Шумно выдыхаю.

Заслышав хлесткие тяжелые шаги, оборачиваюсь.

- Синий едет! – встретившись со мной взглядом, поясняет свою торопливость Леха.

Ну, ёпрст!

Синий – прозвище начальника отдела, полное имя которого Павел Андреевич Синельников.

Кто-то ему, видимо, позвонил…

На кой ему в воскресенье в отдел спешить?

Дежурный следователь?

Возможно.

Ведь он уловил мой личный интерес.

Виталику, по моей рекомендации, звонить не давали. Значит, он не мог подключить своих дружков, если за ним вообще кто-то стоит.

Кто еще мог...

Может быть, это какое-то исключительное совпадение?

«Едет ревизор?» – усмехаюсь, собственной шутке.

- Татьяна позвонила, - сочувственно цокнул рядом Савельев. – Девчонки испугались за тебя. Вот тете Любе и набрали.

Тетя Люба жена Синего и двоюродная сестра матери Татьяны.

В голове со свистом пролетает ругательство.

Молодцы девчонки. Ничего не скажешь…

Нужно быстрее допросить Виталика. Желательно до приезда начальника.

Молча огибаю друга и спешу в допросную. Точнее в соседнюю с ней скрытую комнату, которая находится за стеклом.

- Ты куда, Тим? – растерянно спрашивает одноклассник.

- Не хочу пропустить допрос, - отстраненно бросаю я через плечо, избегая прямого лёхиного взгляда.

- Я с тобой. Потом домой поеду.

Однако до «допросной» мы сталкиваемся с юной леди, которую под белы рученьки ведут строгие важные родители.

- Вы же обещали! – тихо всхлипывает она, оборачиваясь на меня.

Ее укор кольнул мне грудь, но я знал, что так будет правильно.

Продолжаю свой путь, шагаю за угол и рад тому, что грустное обиженное личико скрылось с моих глаз.

- Сюда, - Леха придерживает дверь скрытой комнаты.

Мы проходим внутрь маленького темного помещения, где во всю стену находится окно в допросную.

Кладу папку и ключи на стол. А карман рабочей куртки жжет браслет.

Чувствую, сейчас совсем ухожу в себя и никому не хочу открываться.

Словно проверяя мои намерения, раздается рингтон моего телефона.

На миг встретившись с Лехой глазами, я опускаю взгляд на экран и смахиваю на красную трубку.

Глава 13. Мужской разговор

Тимофей

- Тимофей Иванович, - раздается форменное сбоку, когда практически настежь открывается дверь наблюдательной.

Помощник Синельникова перед глазами.

М-да.

Не успели.

- Пройдите, сдайте улику. Эксперт вас ждет.

- Но я хотел…

Выдаю свои намерения, взглянув и кивнув в сторону допросной комнаты.

- Не положено. Пройдите, - сотрудник Синего шагнул в сторону, поравнявшись, предоставляя для моих маневров широкий коридор.

Леха, уронив челюсть, наблюдает за происходящим. На секунду мы с ним встретились глазами. Друг был растерян и немного смешон.

Появление начальства или его представителей лишала его дара речи и возможности быстро лавировать. Минут пять, а того и больше, он мог напоминать экспонат из музея восковых фигур.

Слегка наклонив вперед голову, упругим шагом выхожу в коридор.

Слышу за спиной, как деловым и вежливым тоном помощник Синего разговаривает с Алексеем. Думаю, отправит его сейчас домой.

Мое предположение сбывается, буквально, через несколько мгновений. Покинув помещение, друг сочувственно разводит руками.

- Надо ехать, Тимофей, - на губах его мелькнула грустная улыбка, – иначе выговор и лишение премии за квартал.

За последний новогодний квартал.

Понятно.

Хорошие деньги не хотелось терять никому. Особенно семейному человеку.

- Поезжай, Лёх, - киваю и беру курс на отделение криминалистической лаборатории.

- Вике, что передать?

Сейчас у меня нет времени на Вику.

Медленно оборачиваюсь к Савельеву.

- Пусть не переживает.

Уклончиво хмыкаю.

- В конце концов, драку не я учинил и мне ничего не грозит.

- Ладно, Тим, передам.

- Скажи, я ей сам позвоню, - выдаю эти слова, не особо подумав. Говорю только, чтобы друг отстал от меня. У меня сейчас голова по поводу Вики совсем не работает. Чувствую свою вину, но сложившиеся обстоятельства все перебивают.

Савельев прощается и уходит.

Я же, встретившись взглядом с помощником Синего, отправляюсь в лабораторию. Самый укромный уголок главного здания полиции в нашем городе. Сдаю браслет.

Я так понимаю, будут проводить экспертизу. Пусть проводят. Хоть бы нашли что-нибудь.

- Павел Андреевич, ждет вас в своем кабинете.

Голос сотрудника полиции абсолютно спокойно и невозмутимо озвучивает мой «приговор».

Смотрю на парня, а у него только чуть уголки губ дернулись вверх и глаза блеснули уверенностью и сосредоточенностью. Он снова делает шаг назад, уступая мне дорогу.

На мой вежливый стук, раздалось повелительное – «Да!»

Хватаюсь за ручку.

Но прежде чем войти, кидаю взгляд на помощника Синего.

Довел меня до самой двери. Исполнительный чересчур. Зато нареканий, наверное, никаких.

Нажимаю на ручку и решительно прохожу в кабинет.

Стоит мне только миновать порог, как я понимаю, что обозначает выражение густой воздух.

Так вот в кабинете Синего воздух не просто густой, он наэлектризованный. Одно неверно сказанное слово и – бум!

Синельников явно только зашел в кабинет. Чувствуется шлейф уличного свежего воздуха.

До того, как я к нему присоединился, он нетерпеливо прохаживался по кабинету. При моем появлении, начальство остановилось и обернулось.

Понятие не имею, какого цвета были глаза у Павла Андреевича, но сейчас они казались темными, и наполненными возмущением и острым негодованием.

Здороваюсь по форме, как могу, абстрагировавшись от ситуации.

Коротко взглянув на меня, Синельников устало махнул на стул, стоящий в чуть ли не посередине комнаты.