Я (не) твоя - Аля Кьют

Член буквально рвался из штанов, и я чудом уговаривал его и себя не делать глупостей, не пороть горячку. Мне нужно было отвлечься, сосредоточиться на ней, иначе финиш.

Я приподнял Ангелину, перекинул ее ногу через себя, заставляя оседлать. Она оказалась ко мне лицом, охнула и снова заерзала, отодвигаясь. Я не пустил. Взял ее за попку и придвинул к себе. Ангелина зажмурилась. Чтобы отвлечь, снова стал целовать. Она опять стонала и отвечала мне. Словно не могла противиться, не могла думать, не могла отказать.

Поняв руку, я погладил ее грудь через платье, чуть сдавил. Ангелина прикусила мою нижнюю губу и заерзала, давая моему члену сладостное трение.

– Проклятье, – выругался я. – Ты горячая… Невероятная… Дай мне посмотреть на тебя, Ангел.

Она все еще не открывала глаз, и я принял ее молчание за согласие, отодвинул вниз платье и лифчик одновременно. Ее грудь была потрясающей. Не большая и не маленькая, кругленькая, мягкая, с острыми напряжёнными сосками. Я не мог прекратить рассматривать ее, чуть поглаживая соски большими пальцами.

– Боже, Ангел, какая же ты… Идеальная… настоящая. Красивая, – бормотал я, глазея на ее грудь. – Хочу тебя.

Склонив голову, я втянул в рот сосок, пососал и чуть прикусил. Ангелина вскрикнула и вцепилась в мои волосы. Было немного больно, но мне понравилось это ощущение. Она царапнула кожу на затылке, и я пососал сильнее.

– Влад… – выдохнула Ангелина. – Остановись. Мы собирались… остановиться.

Ее голос дрожал, а то, как она выгибалась навстречу ласкам, не имело ничего общего с желанием остановиться.

– Я делаю все… чтобы мы остановились, Ангел. Клянусь, – буркнул я, нехотя выпуска я ее грудь изо рта и сразу же стал целовать другую.

– О боже, – простонала она. – Боже мой… Влад…

Ох, да, быть ее богом мне невероятно нравилось. Может быть, не зря я решил поиграть в него, требуя у подчиненного жену. В данный момент не было сомнения, что все мои решения правильные. Все, что происходит сейчас, правильно. Все, что мы делаем и чувствуем, даже не просто правильно, а идеально.

Кажется, я немного помешался на груди Ангелины. Не в силах оторваться от нее, ласкал ртом и руками снова и снова, пробуя на вкус, облизывая и втягивая в рот, одновременно чуть сдавливая и сжимая рукой вторую, чтобы ощутить идеальную мягкость и полноту, чуть покручивал сосок, чтобы вырвать изо рта моей новой помощницы очередной стон.

Именно она начала первая раскачиваться и тереться об меня. Мой член тут же сладко заныл от ее движений. Я усилил ласки ртом, и Ангелина ускорилась. Она держалась за мои плечи и бессовестно терлась прямо через одежду.

Я чуть не кончил, когда понял, что она так усиливает собственное наслаждение.

Проклятье, это было горячо, как сам ад. Почти невинный подростковый петтинг сводил меня с ума. Я никогда таким даже в школе не занимался. Как-то так вышло. У меня была подружка не из скромных, и мы сразу перешли к делу. В универе тем более было не до игр. Видимо, надо было дожить до тридцатника, чтобы соблазнять чужую жену и балдеть от потирушек на сухую.

Чувствуя, что мы оба на грани, я сжал попку Ангелины и заставил ее двигаться быстрее и резче. Она вцепилась в мои плечи и вскрикнула уже через несколько секунд, заерзав на мне, чтобы продлить ощущения.

Кончала, черт подери!

Это открытие и тут же толкнуло и меня за край. Я стиснул хрупкую красавицу крепко и замер, тяжело дыша. Но тут же почувствовал непреодолимую потребность поцеловать ее сладкие губы.

– Влад… – она не отвернулась, но и не отвечала мне больше.– Влад-дислав Сергеевич… Не надо…

Ангелина задрожала снова и дело было не в ветерке, который приятно остужал наши потные тела.

– Ангел… Порочный сладкий… Мой Ангел, – шептал я лаская ее лицо невесомыми поцелуями.

– Не твоя, – проговорила она и добавила тверже, отталкивая меня и вставая. – Я не твоя, Усманов.

Ангелина схватила сумку и бегом умчалась с террасы. У меня не было сил догонять ее. Никуда не денется. Завтра все равно придет на работу. У нее много дел и новых обязанностей.

Я довольно улыбнулся и пошел в ванную, чтобы сполоснуться и сменить белье.

Ангелина

Я выбежала из кабинета и судорожно стала хлопать по кнопке вызова лифта. Он приехал быстро, скрывая меня в кабине. Слава богу, босс меня не преследовал. Я тряслась, как осиновый лист, пока заводила машину и выезжала с парковки. Забыла даже, что выпила, но бросать машину на шоссе уже не было смысла.

Правда, и вести машину в таком состоянии не стоило. Проезжая мимо знакомого района по дороге в свой спальный, я поддалась мгновенному импульсу и набрала сестру. Двоюродную. Пожалуй, Рита была единственным моим близким человеком в Москве. подруги с универа растерялись, а на работе я не очень стремилась дружить. Вот и подумала первым делом о кузине.

– Рита, привет, – выпалила я в громкую связь. – Можешь говорить?

На фоне слышался детский смех, вперемешку с визгом и что-то говорил Матвей.

– Могу, конечно, Гелька. У тебя голос странный. Ты в порядке?

– Нет, – ответила я, не задумываясь.

– Мама, мама, там Димка ест какашки щенка, – услышала я голос племянницы. – А что папа? Папа, кажется, пишет.

Я нервно рассмеялась.

– Матвей! – закричала Рита, не прикрывая трубки рукой. – Матвей, имей совесть, а?! Гель, я перезвоню через минуту. Прости, бога ради.

Она бросила трубку и я ее не осудила. У человека там дети, щенок и муж, который время от времени подвержен острым приливам вдохновения. Ей точно не до моих идиотских метаморфоз из идеальной жены в шлюшку для босса.

Я встала на светофоре, пытаясь привести себя в порядок. Из зеркала на меня смотрела шальная и растрепанная девица с влажным блеском в глазах. Еще в них была паника, но даже через нее пробивалось бесстыжее довольство.

Прошло меньше минуты, а мой телефон зазвонил.

– Гелечка, прости. У меня тут анархия и беспредел. Давай выкладывай, что случилось.

Детей больше не было слышно,