Я тебе (не) верю - Каролина Дэй

ясно, когда мы заселились в пятизвездочную гостиницу в центре Москвы и вошли в большой номер, сопоставимый по размерам с нашей квартирой. Большая прихожая, широкая гостиная, столовая и спальня с двуспальной кроватью в современном стиле, наполненная роскошью и запахом крупных купюр.

Засыпая сегодня ночью, я боялась, что не смогу уснуть рядом с посторонним человеком, но теперь успокоилась, понимая, что мне есть куда сбежать. Диван, встречай меня!

– Тебе нравится? – мужчина незаметно подошел сзади, пока я осматривала наш номер без всякого интересно. Ну, почти. Лишь немного стало любопытно, как тут все устроено.

– Очень мило, – произнесла куда-то вперед, не поворачиваясь. Едва ощущала его близость, Глеб Олегович вообще старался не касаться меня, просто стоял сзади, как сторож.

Я стояла у панорамного окна, рассматривая вечернюю Москву. Город сиял, словно бриллиант. Бесподобный вид. Жалко, что из окна в моей комнате не видно подобной красоты.

Однако восторг быстро сменился напряжением, когда мужлан коснулся шершавыми ладонями моих плеч. Как-то невесомо, практически незаметно, если бы не отражение, в котором пересеклись наши глаза. Он смотрел на меня через стекло панорамного окна, опуская свои руки ниже по предплечьям, и остановился на моих ладонях.

– Ксения, – он повернул меня к себе лицом и вновь взял мои руки в свой плен. Тёплые, согревающие. Видимо, я очень сильно устала от этого бесконечного дня, раз мерещится подобное. – Сегодня я не буду давить на тебя. Со временем мы привыкнем друг к другу и станем прекрасной парой. Но хочу тебя предупредить сразу, я никогда не потерплю измену, – сделал акцент на последнем слове. – Если узнаю, что ты была с другим, твой отец разорится в один миг.

– Мне плевать на отца, на его бизнес и ваше соглашение, – тут же встряла, не подумав о словах. Хотя сейчас, смотря в его темные глаза, я не жалела о своей прямолинейности. Лучше выяснить отношения сейчас, пресечь запреты на корню, чем мучиться догадками. – Мне плевать на твое мнимое доверие и на тебя в том числе. Я буду играть твою покорную жену на людях, но не жди, что на деле буду хранить тебе верность.

Чувствую, как сдавленная платьем грудь быстро опускается и поднимается. Я злилась. Из-за его условий злилась. Не он должен их ставить, не смеет. Не ему контролировать мою жизнь, от которой и так ничего не осталось.

– Я тебя предупредил, – мне показалось, или его брови чуть нахмурились, а глаза потемнели ещё больше, окончательно слившись со зрачком? Видимо, нет, раз он не переставал таращиться на меня, как на умалишённую. Да, Глеб Олегович, со мной не так-то просто ужиться.

– Отлично. Значит, мы договорились, – не дожидаясь ответа, тут же отправилась в ванную, дабы снять это неудобное платье. Плевать мне на его требования, плевать на его веру в меня. Плевать на эту жизнь.

Из широкого зеркала над раковинок на меня смотрела уже не так девушка с горящими от счастья серыми глазами, не та довольная жизнь блондинка, которая добилась от этой жизни большего, чем на самом деле желала.

Исхудавшая, замученная, с замазанными кругами под глазами. Не узнаю ее, эта девушка мне не знакома. И во что я превратила свою жизнь? Хотела ли жить рядом с незнакомым мужчиной, устанавливающим рамки? Вряд ли. Но если раньше с удовольствием поборолась бы за свободу слова, то сейчас сил совсем нет, да и желания тоже.

Или все-таки есть?

Глава 9

Весь день шел дождь. В последнее время он сильно зачастил, оставляя за собой не просто маленькие лужицы на асфальте, а целые реки и даже озера. Но кто об этом беспокоится? Кто это замечает? Наверное, никто, кроме меня.

Больше мне нечего делать, как следить за погодой, сидя у панорамного окна новой комнаты. Не скажу, что занимательное занятие, но я привыкла к подобному образу жизни ещё дома, после выписки из больницы.

Что мне ещё остаётся делать? Выйти на улицу невозможно из-за погодных условий, а в большой квартире оказалось довольно скучно. Не повеселишься. Еда, сидение на подоконнике, сон. Вот какой у меня распорядок дня. Почти.

Со дня свадьбы прошло достаточно времени, чтобы я смогла привыкнуть к огромной квартире на пятидесятом этаже и виду из него. Привыкнуть к Нему. Только почему-то все шло насмарку.

Я ощущала себя загнанным в клетку зверем, оказавшимся здесь по доброй воли. Поздно жалеть о принятом решении. Мы женаты, развестись в столь ранний срок невозможно без связей, коих у меня не было в помине.

Теперь у паспорте написана другая фамилия.

Громова.

Как у Глеба Олеговича.

Наверное, она хорошо помогает ему вести дела, запугивать работников и конкурентов. Только чем поможет мне? Возможно, смогу утихомирить стихийное бедствие, связанное с дождем, громом и молнией? Нет, это что-то из области фантастики, а точнее из бредастики.

С мыслью о своем замужестве никак не могла свыкнуться. Кольцо, которое «муж» надел мне на безымянный палец, казался не больше чем аксессуаром. И к символу искренней любви оно никак не относилось. В нашем браке не предусмотрены какие-либо чувства.

Мы даже спали в разных комнатах, практически не пересекаясь друг с другом. Нет, это не огорчало, скорее давало возможность свыкнуться с жизненными переменами. К мысли, что теперь я разделяла свое существование с другим человеком.

Жить совершенно в другом месте вдали от своего дома я не привыкла. Наверное, если выйду погулять, то на автомате поеду в родительскую квартиру. Но здесь на самом деле не так все плохо.

В доме мужлана можно поселить целую шведскую семейку – всем бы места хватило. Раньше, когда моя голова не была забита тренировками в театре, я спрашивала себя, на кой черт этим богачам огромные хоромы? Мои родители этого тоже не понимали, поэтому и купили комфортабельную, но маленькую квартиру, чтобы нашлось место, где развернуться и в то же время не потеряться в многочисленных коридорах.

Однако квартиру, где я теперь жила, можно назвать целым замком на пятидесятом этаже. Двухэтажный пентхаус на последнем этаже высотки поражал своими размерами и обстановкой. Помню тот день, когда я впервые приехала сюда