Единственный... - Екатерина Юдина

и включила холодную воду. Очень долго умывалась. До покраснения кожи и ее болезненного жжения, но все равно мне все еще казалось, что я была покрыта толстым слоем грязи. Сколько воды не потратишь, все равно не отмоешься. Это уже на всю жизнь. Чувства чистоты больше никогда не будет. У меня его отняли.

Судорожный вдох. Я набрала воды в ладони и опять плеснула ее в лицо. Глаза начало неприятно покалывать и я с опозданием поняла, что потеряла и вторую линзу. Теперь почти ничего не видела и, пока шла в свою комнату, придерживалась за стену. Не привыкла к этой квартире и понимала, что легко могла удариться об что-то или упасть.

В итоге, именно это и произошло. Зацепилась ногой за коврик и рухнула на пол. Встала и пошла дальше.

Уже будучи в своей спальне, села на пол и начала притягивать к себе коробки. Искала в них линзы, но не нашла. Плевать. Пока что похожу так.

— Ты сейчас без линз? — спросил Демид, когда я вернулась на кухню.

— Сильно заметно? — я улыбнулась. Опять не весело.

— Да, у тебя взгляд другой, когда ты без них, — парень помог мне достать табурет, так как я начала тянуть не его, а ножку стола. — Мне кажется, или у тебя за последнее время ухудшилось зрение?

— Нет, все в порядке, — солгала. Врачей я проходила еще в Салониках и прекрасно знала, что у меня с глазами.

Демид поставил передо мной чашку с чаем и сам насыпал сахар. Мы уже давно знали мелкие привычки и вкусы друг друга. Какой чай нравится, какие фильмы предпочитаем смотреть и какую еду любим.

— Только не обожгись.

— Спасибо, — я осторожно взяла ложку и начала размешивать сахар. По очертаниям увидела, что Демид тоже сел за стол.

— Рассказывай, как у тебя дела. Как универ? Как тебе вообще Афины? Я вот думал, может, сегодня пойти прогуляться по городу? Соскучился по тебе и хочу свидания.

— Ксенон в больнице. Я хотела чуть позже поехать к нему и отвезти кое-какие вещи. Давай поедем вместе. Он будет рад тебя видеть.

— В больнице? Черт, почему? Что случилось?

— Он подрался с моим бывшим, — толком ничего не видела, но в этот момент все равно отвела взгляд в сторону. Стало стыдно перед Демидом за те объятия, прикосновения и поцелуи, которые были между мной и Кирианом. Пусть я их и не хотела, но должна была более стойко сопротивляться и провести намного более четкую грань.

Я сама грязная и дурная, так еще и пачкала то чистое и светлое, что начало выстраиваться между мной и Демидом. Насколько же я никчемна?

— Бывшим? — переспросил парень. — С этого момента поподробнее.

Я качнула головой и притянула к себе чашку с чаем.

— Толком нечего рассказывать, — я запнулась. Попыталась подобрать слова. — Просто у меня есть бывший, с которым, как оказалось, не была поставлена последняя точка.

— Почему Ксенон с ним подрался? Этот бывший сделал тебе что-то?

— Нет, — я отрицательно качнула головой. — Долго рассказывать. Там не все так просто.

— У меня есть время.

— Не нужно, — вновь качнула головой. — Давай лучше не будем затрагивать эту тему.

— Чара, я твой парень, — Демид сел немного ближе и взял меня за руку. — Я должен знать о том, что сейчас происходит. Особенно, если это касается какого-то ненормального бывшего.

Я прикусила губу. Настолько сильно, что казалось, еще немного и почувствую металлический вкус крови, но все же убрала свою ладонь из ладони Демида.

— Нам лучше расстаться, — насколько же трудно мне дались эти слова. Будто я их из себя ножом вырезала, в это мгновение теряя часть мыслей и души.

Еще тогда на «Зимнем вечере» я сравнила Кириана с плохой привычкой. Он ею и являлся.

Демид полная противоположность.

Он моя хорошая привычка и я ценила каждое мгновение проведенное с ним.

То, как мы вместе бегали по утрам и ходили в маркет. Устраивали пикники и вместе готовили. В бассейне на вечеринках, как пара побеждали другие пары в шуточных боях. В те мгновения были настоящей командой и показывали всем, что, проклятье, Демида и Чару не победить. Вместе подшучивали над Ксеноном и доводили его до дергающегося глаза, из-за чего брат прогонял нас из своей комнаты, куда мы часто заходили и отвлекали его от учебы. Шутили. Смеялись. Бесились. Жили.

В начале лета вместе прыгали со скал. Разгонялись и бежали. Моя рука в его и мы летели в бездну, падая в воду. Нет, с ним не было страшно, несмотря на то, что от высоты у меня скользил холодок по коже. С Демидом я улыбалась так, что скулы ныли и в груди все щекотало.

Молодые и горячие. Дышащие полной грудью и рядом с ним я, как калека постепенно опять начинала верить парням. Вернее, ему одному, но все же делала небольшие шаги вперед. Смотрела на его улыбку и понимала, что когда-нибудь сама поцелую Демида. Обниму его и прижмусь к парню. Почувствую себя в его руках полноценной девушкой, ведь он помогал мне это сделать. Смотрел на меня так, что щеки покрывались румянцем и обнимал, будто сокровище.

С Демидом я была счастлива.

Но, как оказалось, так и осталась калекой.

Кириан Агеластос. Я не могла винить его в том, что он сломал меня и растоптал.

Нет, он просто показал мне мое место.

Очень наглядно и с особым усердием. Спасибо. Я все поняла.

И чего сейчас добивался? Новый спор? И что на кону? Более дорогая машина? А, может, две?

Это же так весело. Эта дура тогда поверила, что может понравиться самому популярному парню в универе. А вдруг и сейчас получится? Да, задача сложнее, так как она уже обожглась и поняла, что ничерта и никому она не понравилась, но спортивный интерес никто не отменял. Задача сложнее, а, значит, интереснее.

Вдох и выдох. В сознание переплеталось прошлое и теперешнее. События «Зимнего вечера» и то, как Кириан сейчас со своими друзьями смеется и рассказывает о том, как