Внебрачный сын мэра (СИ) - Исаева Дина

— Я не спрашивал, Варвара, — понижает голос бывший муж отчего тот кажется не просто ледяным, а даже угрожающим. — Ты дождёшься меня на заднем дворе. Там припаркована машина.

Женька обнимает меня за бёдра и непонимающе смотрит то на меня, то на Алексея. Я всегда стараюсь вести себя сдержанно в присутствии сына, но в этот раз с трудом получается. Чтобы наш разговор не перерос в конфликт, киваю и, взяв Жеку за руку, иду на выход, ощущая как лопатки горят от пристального взгляда Климова.

Ко мне побегают другие мамочки и журналисты, но я нахожусь будто в вакууме — с трудом понимаю смысл сказанных слов, отвечаю коротко и как-то отрешенно. Очутившись на заднем дворе, сразу же нахожу взглядом чёрный внедорожник Алексея. Помню, когда мы были молодыми, это была его мечта. Я всегда и во всем его поддерживала! В любых начинаниях. Была уверена в том, что задуманное обязательно сбудется. Впрочем, так и вышло. Только без меня.

— Мам, я хочу домой…

Женька дергает меня за руку, вырывая из оцепенения.

— Скоро поедем. Наш мэр сказал, что лично отвезёт.

— Мэр это тот, кто руководит городом? — глотая букву «р» спрашивает сын.

— Ты запомнил? — улыбаюсь я. — Да, мэр это тот, кто руководит городом.

— Он хороший, — кивает Женя, одобряя предстоящую поездку.

Достав телефон, пишу сообщение Дане, чтобы не ждал меня. В любом случае общение с Климовым неминуемо. Не сейчас, так позже.

Леша появляется на горизонте через несколько минут. Рубашка расстёгнута на верхние пуговицы, рукава закатаны до локтя, а волосы слегка взъерошены. На него возложены большие обязанности. Уверена, что бывшему мужу с трудом удалось вырваться.

Он щелкает брелком сигнализации, подает руку сыну и смотрит на него слишком внимательно. Я от его помощи отказываюсь. Забираюсь на кожаное сиденье, откидываю голову на спинку. Чего он хочет от нас? Неужели осознал, что Женька его сын?

— У тебя не будет проблем? — спрашиваю, как только машина срывается с места.

Климов бросает на меня взгляд через зеркало заднего вида.

— Не будет. Я уладил все вопросы. Сад на некоторое время закроют.

— Чёрт… — тихо ругаюсь я, представляя, что придется вновь просить маму о помощи.

— Вам предоставят места в соседнем учреждении, — произносит Леша.

Кивнув, отворачиваю голову к окну. Перед глазами мелькают деревья, дома, люди. Я рассматриваю памятник на площади, пытаясь отвлечься, но навязчивые мысли упрямо лезут в голову. Мы едем семьей. Впервые за три года. Я, муж и наш маленький сынишка. Раньше я только и могла о подобном мечтать, но сейчас… испытываю лишь раздражение. Меня выворачивает наизнанку каждый раз, когда Леша бросает полные неверия взгляды в сторону Женьки.

Он твой! Твой, не видишь, что ли?

Украдкой вытираю слёзы, стараясь остаться незамеченной. Где же ты был, Леша, когда я осталась один на один с младенцем на руках? Когда я выживала на копеечные подработки? Когда плакала над кроваткой болеющего Жеки, не зная где достать деньги на дорогущее лекарство?

— Приехали! — радостно выкрикивает сын, когда Леша глушит двигатель во дворе дома.

Откуда только узнал, где я живу? Вытерев рукавом кофты мокрое от слёз лицо, быстро, чтобы Климов не успел первым, открываю дверь автомобиля и выпрыгиваю на улицу.

К счастью, уже прилично стемнело, поэтому соседки не станут обсуждать с кем я приехала. Да и Леше, думаю, лишние сплетни ни к чему.

В этот момент из подъезда выходит моя мама. Сердце обмирает, когда она смотрит поочередно то на меня, то на Лешу, то на внука. Она ведь так мечтала, что я найду себе достойного мужчину и выйду за него замуж.

— Здравствуйте, Нина Сергеевна, — громко здоровается Климов нарушая напряженное молчание.

— Здравствуй, Лёша.

Жека бросается к бабушке, в красках рассказывая о сегодняшних событиях. Мама берёт его за руку и подводит к подъездной двери. Она собиралась уходить, но, кажется, передумала.

— Пока, мэр! — выкрикивает Жека, махнув рукой и скрываясь за подъездной дверью.

Я вижу, как жадно смотрит на него бывший муж. Как сжимает пальцы в кулаки, как напрягается всем телом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Я требую тест ДНК. Повторный, — неожиданно произносит он командным тоном и переводит взгляд в мою сторону.

Глава 17

Моя нервная система искрит и кажется вот-вот произойдет замыкание. Крылья носа Алексея раздуваются, он выглядит диким, обезумевшим. Даже не представляю, что сейчас творится у него внутри! Меня вот-вот снесет огромной волной.

— Варвара, ты слышишь? Я требую повторения теста ДНК, — говорит Климов.

Меня бросает сначала в жар, а затем и в холод. Хочется вцепиться в его красивое лицо и расцарапать. За то, что все эти годы не верил мне. За то, что бросил. За то, что, увидев Жеку все равно имеет сомнения. За всю боль, которую заставил меня испытать и кошмар, через который пришлось пройти. В одиночку. Без чьей-либо помощи и поддержки.

— Никакого теста не будет, — отвечаю твёрдым голосом и, цокая каблуками, направляюсь к двери, но Алексей останавливает меня и прижимает к стене, впиваясь в мое лицо сверлящим взглядом.

— Дай пройти, — шиплю я.

Мысленно даю себе пощечину. Хватит молчать, вести себя с ним так, будто мы давние знакомые, не видевшиеся несколько лет, а теперь рады видеть друг друга. Этот человек обошелся со мной унизительно и хочет по новой протащить по всем кругам ада? Нет, такого я больше не допущу.

В воспоминаниях всплывает картинка, как Леша гладит мой плоский живот, мечтает, что мы будем вместе гулять с нашим ребенком в парке, летать в отпуска, перебирает имена для дочери и нежно целует каждый участок моей кожи. Как же он грезил о дочке, а потом вдруг все резко переменилось… И ведь я пыталась делать шаги навстречу после рождения Жеки. Дурочка, внушила себе, что увидев сына, он все поймет и позовет обратно. Приехала к дому Климовых, но его мать не пустила меня на порог. Я стояла с младенцем на руках у ворот и давилась от слез, пока она холодным голосом говорила охране, чтобы меня больше никогда не пускали. Возможно, он тоже находился в тот момент рядом. Или сам попросил мать так сказать.

— Ты вышвырнул меня беременную из своей жизни несколько лет назад. Уверенный в том, что это не твой ребенок. Так вот он не твой, а мой. С тех самых пор, — отрывисто произношу я, сжимая кулаки, чтобы и впрямь не вцепиться в его лицо.

Пытаюсь одной фразой выразить все, что думаю, но воздуха не хватает, меня начинает трясти.

— Я ни за что не подниму белый флаг и не позволю тебе к нему приблизиться. Тебя не было в нашей жизни больше двух лет и теперь все, что тебе нужно — это убедиться, что он твой сын?

Смотрю на Климова и осознаю всю степень лицемерия, на которое способен человек.

— Думаешь, что сделаешь тест, установишь свое отцовство и у тебя появится наследник? А он у тебя и был. С самого начала, но ты сам от него отказался. Нанес мне душевные раны, о которых я вряд ли смогу забыть. И нельзя забывать подобное. Ты выставил меня предательницей, обвинил во лжи и измене, но самое настоящее предательство совершил ты, когда отказался от нас.

Горячее дыхание Климова обжигаем мое мокрое от слез лицо. Я открываю и закрываю рот, но вдох сделать не получается, все внутренности сдавило от боли. Будто в сердце вонзается тысячи игл одновременно. Прикрываю на секунду глаза, сильно кружится голова. Кажется я лишусь сознания от переизбытка чувств и эмоций. Делаю попытку вырваться, чтобы уйти и закончить эту пытку, но Климов не отпускает.

— Для начала это еще необходимо доказать, что он мой сын, чем я и планирую заняться в ближайшее время, — Алексей не нападает, говорит максимально спокойно, но этот тон… Климов ставит перед фактом. — А потом…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Без моего разрешения у тебя ничего не получится! — перебиваю я.

От ужаса, что он в отместку захочет забрать сына в животе все узлом скручивается.

— А потом мы подумаем, что будем делать, — спокойно продолжает он. — Учитывая твою ложь и секреты — вполне логично, что я имею сомнения. И прекращай обвинять во всем, что произошло одного меня. Ты ведь знаешь, что я от своего неи оступаюсь. И от тебя до последнего не оступался, пока твоя ложь не перелилась через край, превращая мое доверие чувства к тебе в грязную жижу.