Вирджиния (СИ) - Мэй Инна

— Не сейчас, миссис Вирджиния. Будет странным, если мы вернёмся снова. Раз он подарил её Вам, значит посчитал так нужным.

— У этого горца точно вместо мозгов земля.

Дальше Вирджиния ехала и корила себя в том, что не вернула её обратно, как и планировала вначале.

"Может это такое жертвенное извинение за его неподобающее поведение той ночью? Не понимаю".

На следующий день лорд проговорил:

— Я намерен навестить своего друга по пути назад. Это по дороге. Так что если желаете, можете составить мне компанию. Я уже предупредил мистера Вилберна, что намерен нанести визит своему другу, поэтому немного задержусь, и предупредил, что возможно Вы так же захотите составить мне компанию и тоже задержитесь.

— Уверена он это воспринял с большим воодушевлением и сразу же дал Вам на это согласие.

Лорд усмехнулся, а потом обретя прежнюю серьезность проговорил:

— Не знаю как воспринял, но ответ действительно пришёл быстрее, чем я ожидал.

— Ну вот видите. Ладно, я так же не горю желанием так скоро видится с советниками из палаты лордов, поэтому я приму Ваше предложение.

— Отлично. Завтра к вечеру будем уже у него.

— Он тоже рыцарь?

- Да. Мы многое прошли вместе. Но сейчас он предпочёл оставить всё и жить жизнью обычного человека.

— Учитывая то, что былая нужда в рыцарях угасла, то это нисколько неудивительно. Я бы наверное тоже сделала так же. Так ты хотя бы сохранишь хорошие воспоминания о себе и уйдешь гордо, а не во время рыцарского падения, будучи никому ненужным.

— В чём-то Вы правы, — задумчиво проговорил лорд Вестлей. — Наверное меня и вправду ждёт именно такая участь.

— Так почему Вы не поступите так же, как и Ваш друг?

— Наверное из-за того, что я дольше хочу быть тем, кем я всегда был.

— Это Ваше право, милорд. Я могу понять Ваши грёзы.

Услышав последнее слово мужчина горько ухмыльнулся. Видимо из-за насмешки над собой.

Больше Вирджиния не донимала мужчину и дала ему возможность побыть со своими мыслями.

Следующий день оказался неожиданно жарким, да настолько, что в карете было почти нечем дышать.

Что Вирджиния ненавидела в такой погоде, так это всегда покрывавший лицо красный оттенок. Она чувствовала тогда себя ни то помидором, ни то смущенной от похабного предложения девицей, а ещё её всегда бросало в жар от такого климата.

Почувствовав как щёки запылали знакомым теплом, она поняла, что все её страхи исполнились, и сейчас она напоминала спелую вишню.

"Просто прекрасно. Мало того что я умираю от жары, так ещё и позорюсь перед незнакомым мужчиной. Вот и настало время познакомить его со своими недостатками, Вирджиния"

Увидев чем-то обеспокоенную и раздраженную Вирджинию, лорд поинтересовался:

— С Вами всё в порядке? Вы такая красная.

"Замечательно. Именно этого вопроса я и "ожидала" от тебя".

— Это излишки моего организма. Видите ли, я чрезвычайно плохо переношу жару.

— Почему же Вы раньше об этом не сказали?

— Я что похожа на кисейную барышню, которая будет ныть по малейшему поводу? — ответила она, хотя чувствовала непомерный дискомфорт в данный момент. Не только от этой жары, а от того, что это видит кто-то из мужчин.

— Если это касается Вашего самочувствия, то не вижу ничего зазорного, если Вы скажете об этом. В любом случае нам стоит остановиться возле речки, чтобы Вы могли помочить ноги. А если Вы выбросите полностью эту раннюю глубость из головы, то и искупаться, что будет намного лучше.

— Я не буду купаться в неизвестном водоёме, да ещё в присутствии десяток мужчин, — завелась она, хотя понимала, что ещё немного и ей станет ещё хуже. Но гордость и упертость не позволяли ей ответить согласием.

— Оставьте эту стыдливость и свой упертый характер на завтра, а сейчас прекратите упираться и сделайте то, что несомненно облегчит Ваше самочувствие.

Вирджинии хотелось снова вдаваться в спор и продолжать гнуть свою линию, но затрудненное дыхание, которое уже начало вызывать не просто дискомфорт, а проблему с нормальным дыханием заставило её послушаться.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ладно. Я согласна.

— Правильное решение.

Постучав в стенку кареты лорд Вестлей предупредил кучера, чтобы он остановился возле ближайшего водоёма и обеспокоенно повернулся к Вирджинии.

— Вы как? Сможете немного потерпеть?

— Если бы Вы меньше на меня глазели, то да. А так ещё и Вы забираете мои и так уходящие как песок сквозь руки силы.

— Обьясни мне о чём говорят Ваши тараканы, Вирджиния? Потому что здравой логики в Ваших словах я едва ли замечаю, — спросил он, а Вирджиния скосила на него свои глаза.

— Мои тараканы не умеют разговаривать, они умеют только действовать.

— Это заметно. Вы когда болеете, также смущаетесь, когда доктор осматривает Вас?

— То доктор, а то Вы.

— И в чём различие? Как мне кажется пол и раса у нас одна и та же.

— Вы решили меня быстрее добить? — начала распаляться Вирджиния. — У лекарей работа такая, а Вы мужчина из другого сословия, которому, хорошо, если хоть один раз в жизни придётся увидеть, когда кому-то из женщин плохо.

— Поверьте, я встречал такое часто, когда женщины теряли сознание или находились больными. Так что считайте, что я тот самый лекарь.

Вирджиния только фыркнула.

"Что толку спорить с бараном!?", — подумала она и больше не продолжала этот пустой спор.

Через пятнадцать минут карета остановилась и из-за деревьев, которые были с правой стороны, показался средний размеров пруд.

Мужчина вышел из кареты и приказал страже оставаться на месте, а потом вернулся и проговорил:

— Можем идти.

Вирджиния подала ему свою ладонь и с его помощью спустилась вниз, а потом сразу же направилась к пруду. Но услышав негромкие шаги позади себя, она обернулась и увидела лорда.

— Вы что собрались идти со мной?

— А Вы думали я отпущу Вас к неизвестному пруду одну?

— Думала.

— Тогда Вы ошиблись, — сделал он ещё несколько шагов и поравнялся с ней.

Между деревьев было не так жарко как в карете, но все равно недостаточно, чтобы чувствовать себя хорошо. Они подошли к водоёму и Вирджиния устремилась взглядом на воду. С виду относительно чистая и не опасная, вот только она всё равно побаивалась зайти в неё. Именно из-за того, что она скрывала то, что было под ней, так как прозрачной она не была.

— Почему Вы не входите? — с любопытством спросил лорд, заметив сомнения на лице Вирджинии.

— Я боюсь.

— Чего Вы боитесь?

— Того, что лежит на дне. Вдруг там дохлая рыба или какие-то опасные существа, которые нападут на мои ноги.

Вирджинии стыдно было в этом признаваться, но она не знала, что ещё ответить на этот вопрос помимо правды.

— Дохлая рыба зачастую плавает на поверхности, а чего-то столь агрессивного, как Вы описываете, в наших водоемах нет. Если хотите я войду вместе с Вами!?

Вирджинии очень хотелось сказать да, но и очень не хотелось выглядеть перед ним трусихой, поэтому она помедлила с ответом.

Но благо лорд правильно понял её медлительность и сам зашёл в воду.

Увидев, что там нету ничего опасного, она повторила его действие и направилась к пруду. Когда ноги вошли прохладную воду, Вирджинию окутало приятное облегчение. Подняв повыше платье она зашла по колена и остановилась.

В отличие от него, который зашёл в пруд в штанах, чтобы не смущать её своим нагим видом, она могла позволить себе не мочить платье.

Укол совести неприятно царапнул внутри.

— Надеюсь Вы не злы на меня!? — спросила она, обращаясь к мужчине.

— А за что мне на Вас злиться? — не понял он и внимательно посмотрел на неё.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— За то, что Вам пришлось мочить свои штаны.

— Поверьте это самая безобидная вещь, которую я испытывал в своей жизни. Так что не переживайте, она не доставит мне ощутимого дискомфорта.

— Тогда я спокойна.

Постояв в воде пятнадцать минут, температура тела снизилась и Вирджиния почувствовала себя намного лучше. Выйдя из воды она ещё смочила ею лицо, а потом они вернулись к карете.