Дочь моей жены (СИ) - Волкова Ольга

— Ты ослушалась, Вика, — рычу, толкнувшись, я никак не мог остановиться. Она ухмыльнулась. Мы практически трахались, но не по-настоящему.

— Ты должен был спросить, — дернув бровью, Вознесенская опустила взгляд на мои губы. Но я решил, что с нее достаточно. Быстрым движением просунул правую руку между собой и ней, расстегнув ширинку и припустив брюки, я уже касался ее влажного лона своим членом, но что-то меня остановило. Её победный блеск взгляда и ухмылка. Нет. Сам себе приказал нет, хотя практически вошел в нее головкой члена. А Вика, словно нарочно прогибалась в пояснице и кусала свои губы.

— Не сегодня, — я поднимаюсь, оставив девчонку без продолжения. Она хмыкнула, будто собралась расплакаться. Зажим по-прежнему был установлен на ее клиторе, и пока Вика не пришла в себя после такого потрясения, я продолжил, — я уйду, и только после этого ты снимешь с себя зажим, Виктория, — грубо, будто щелкаю стеком по ее побледневшей коже. Она сползла с козла, но все еще держалась на своих дрожащих ногах. Смысл моих слов постепенно доходил до девушки, на что она фыркнула и отвернулась. — И я видел список твоих ограничений, саба, — это было последним, что я сказал, когда оставил ее одну. Как она меня.

На выходе меня встретил смотритель, нахмуренный и недовольный.

— Господин Дубровский, — обращается он ко мне с суровым тоном в голосе. Да, я уже понял, что нарушил правило, прикоснувшись к девушке без защиты и тем более оставил сабмиссив в комнате одну, не завершив сессию.

— Это ее наказание, — отчеканил, и смотритель понимающие кивнул. Не такого конца я хотел, но последняя эмоция Виктория добила меня и словно пробила броню, которой я себя огораживал все эти годы. — Приведите ее в порядок и отвезите домой. Все расходы запишите на мой личный счет.

— Хорошо, — кивнул смотритель и возвратился на место к стеклянной затемненной стене, где за ним до сих пор была девушка.

Глава 13

Виктория Вознесенская

Что это было? Пронеслось первое, как только Дубровский оставил меня одну, все еще с зажимом между ног. Низ живота ноет от сорванного оргазма, который вот-вот готов был взорваться внутри меня, и окутать этим замечательным ощущением полета. Но Костя решил все-таки отомстить. Я до сих пор чувствую, будто его член, все еще касается меня там, а ведь я так надеялась на продолжение. Знаю, глупо. И глупо было надеяться, будто этот мужчина способен разглядеть во мне женщину — жаждущего его уже не первый год. Но вскоре он станет мужем моей матери, а значит и смысла нет пробивать его броню. Я облокотилась о свои колени, затем развела их по разные стороны, даже не заметила, как начала плакать, осторожно разжала зажим. Из-за мужчины, из-за всей ситуации, которая теперь будет всегда перед моими глазами. Искры полетели из глаз, и это была настоящая боль, не та, что я была готова ощутить, находясь в экстазе. Наказал. Дубровский знает, что теперь я долго не подойду к ним, постоянно вспоминая последствия от неудовлетворения. Быстро свела ноги вместе, заглушая новый поток слез от неизвестности. В нашей комнате… Осеклась. В этой комнате все еще витает аромат мужских духов, смешанных с запахом возбужденных тел. Константин даже сумку свою не забрал, вылетел, будто ошпаренный, но что пошло не так. Кое-как встала на свои ноги — они дрожали. Мне почему-то стало стыдно, и я прикрыла грудь одной рукой, а другой свое естество, хотя, что может увидеть мужчина за стеной.

— Твою мать… — простонала, подходя на ватных стопах к стулу. Мои вещи были разбросаны повсюду. Наклонившись, подняла лосины, быстрыми движениями натянула их, затем уже топ, который лежал на кровати. Встряхнула головой, чтобы волосы немного приняли объем. Вытерла свои слезы — предатели, ведь я не собираюсь расклеиваться из-за мужчины, к которому неравнодушна.

— Вика? — меня окликает Вера, вошедшая так бесшумно в помещение. Я тут же обернулась к ней лицом, и девушка обняла меня, выражая свое сочувствие. Теперь весь клуб прознает об инциденте — уже повторном, черт возьми, и меня точно лишат доступа в него. Чертов Дубровский!!!

— Все в порядке, — отвечаю, и немного отстраняюсь от Веры. Улыбаюсь, хотя получается слишком тяжело, но все-таки подруга кивает в ответ и просит пройти с нем. У меня сердце ухнуло вниз, потому как я подумала, что теперь состоится разговор с хозяином клуба. Но — нет. Вера и Саша, который встретил нас у черного выхода, проводили меня к вызванному такси, и не говоря ни слова посадили на заднее сидение. Я хотела было возразить, но, глядя на себя в зеркало заднего вида, поняла — смысла просто нет. Я разбита. Я в гневе, и попадись мне под руку прямо сейчас Константин, точно ударила бы мужчину по лицу за такое издевательство.

— Позвони, как доберешься до дома, — обнимая меня, Вера шепчет у уха. Саша в это время дает четкие указания водителю, и затем записывает номер машины. Как истинный Дом, он оберегает своих сабмиссив, пусть я ею не являюсь для него.

— Хорошо, — согласно киваю, отстраняясь. — Моя сумочка, — спохватилась, но Вера указала на пассажирское сидение, и я обернулась, увидев ее лежащую рядом со мной. — Дубровский выставил меня? — сухо задаю вопрос, искоса посматривая в сторону Шурика. Он сделал вид, что не слышит наши женские сплетни. Вера сжала в тонкую полоску свои красные губки, не выдавая своей злости наружу. Но я хорошо знала свою единственную подругу, и могла судить, что я попала в точку, догадавшись. — Ясно. — И добавить больше нечего.

— Вика, — теперь настала очередь Саши. Он был очень высоким, и относительно Веры, это казалось настолько неестественным, видеть пару, у которой такая разница в росте. Ведь обычно люди выбирают для себя более удобную вторую половинку, но все это, конечно же, предрассудки. Даже хмыкнула своей мысли. Но все свое внимание направила на Дома Веры. — То, что сегодня произошло, — начинает он, и в его тоне я слышу недовольство. Он нахмурился и напрягся, — это не по этикету, но… — глядит прямо мне в глаза, и я замечаю усмешку, — на его месте я бы с Верой поступил точно так же. — Вера ахнула, а я рассмеялась. Ну конечно, мужчина всегда поддержит своего собрата, тут и сказать нечего.

— Я поняла, Саш, — улыбнулась, наверное, только сейчас получилось искренне. — Удачи, вам, ребята. — Помахала рукой, захлопывая дверцу машины. На улице даже ночью было слишком светло из-за фонарей и сверкающих табло. На одном из них я заметила крупным планом Дубровского. Мужчина стоял прямо, сложив руки на груди, зоркий, чуть прищуренный черный взгляд, немного задран подбородок — весь из себя, слишком волевой, но сразу дает понять, кто тут главный. И надпись: «Следуй за мечтой, потому что она бывает слишком капризной. Мечта — это бизнес, а бизнес — это возможность». И тут в моей голове пронесся эпизод, пару годичной давности. Отец только начал совместный проект с Константином, и оба мужчин долго и упорно искали слоган для своего старта. Они искали способ показать всем своим конкурентам, что нацелены на результат, даже если придется переступить через них самих. Я хохотнула, несмотря на свое поганое настроение, ведь мой папа был воодушевлен Дубровским. Все разговоры по вечерам были только о нем. Какой он умный, гений в своем роде. И, как папе повезло уболтать того стать компаньонами. Вложения в общий проект 50/50, как и руководство над ним. Но новатором идей, конечно же, выступал Костя. Папа готов был заглядывать ему в рот, только чтобы Дубровский продолжал генерировать для него прибыль. И ведь компания отца в то время взлетела в международных рейтингах, а вслед за ним и Костя. На каждой глянцевой деловой обложке его лицо, на каждом бульварном журнале — он и его очередная пассия. Я вообще удивлялась, когда Дубровский находил на них время, черт возьми. Я им восхищалась. И, кажется, продолжаю, но после сегодняшнего, долго не смогу посмотреть в глаза Дому, который почти разрушил меня для себя, и ведь я сама этого безумно хотела.