Солнечная кошка (СИ) - Хаан Ашира

— И — стоп! — скрестил руки Пашка. — Вступление снято.

Анфиса, терпеливо ждавшая все это время с подносом у беседки, вошла и принялась расставлять на круглом столе кувшины с разноцветным лимонадом, высокие стаканы с трубочками, блюда с бутербродами: с паштетом, сыром, помидорами и авокадо с яйцом. На маленьких блюдечках теснились тарталетки с ягодами и взбитыми сливками, и я голодно сглотнула, глядя на всю эту красоту. Ела я в последний раз утром, наскоро запихнув в себя слойку, купленную у метро — сэндвичи в нашей кофейне были мне не по карману. А от ежевичек в тарталетках быстрее забилось сердце. Я их обожала!

Но жрать нельзя, надо работать. Надеюсь, Пашка додумается мне что-нибудь оставить. Он уже подхватил самый большой бутерброд и честно разделил его с толстым черным котом, который материализовался под столом в ту же секунду, как звякнула первая тарелка.

Кроме него в беседке уже нарезали круги у ног несколько пятнистых кошек. Они вставали на задние лапы, а передним тянулись к Стасу, намекая, что не ели никадавмири!

Анфиса позвала их:

— Кс-кс-кс, давайте на веранду, попрошайки, у вас там полные миски!

Но выпрашивать им было явно интереснее.

— Сколько же у вас кошек? — поразилась я, глядя, как в нашу сторону прыжками несутся два совершенно одинаковых рыжих кота.

— Двадцать две, — невозмутимо ответил Стас. — Недавно раздали котят от роскошной сиамки, а то было больше.

— Ого! — я почесала шейку дымному коту, ровно того странного серого цвета, что и глаза хозяина дома, который наблюдал за этим внимательно и цепко. — Как вы решились на такую толпу? Они же отвлекают от работы, не представляю, как можно по утрам уйти от них.

— Это не я решился. Почти всех подкинули нам в клинику или привезли усыплять, или сами прибились осенью, когда хозяева разъехались с дач, бросив их. Тут неподалеку несколько садовых товариществ. В доме еще шиншилла, хомяк и леопардовый геккон.

На геккона я бы посмотрела. Леопардового. Это очень неприлично будет напроситься на экскурсию с учетом нашей со Стасом истории?

Не выдержав, я дотянулась до стола и быстро засунула в рот тарталетку с малиной. Чуть не подавилась, стараясь прожевать ее побыстрее, закашлялась и никак не могла отдышаться. Вечно я лажаю там, где стараюсь быть как можно скромнее, блин!

Стас налил в стакан зеленоватый лимонад и протянул мне, чуть снисходительно улыбаясь. Ладно, планы доказать ему, что я взрослая женщина, которая знает все о своих желаниях, немножко провалились. Постараюсь не рухнуть с высоты профессионального авторитета.

— У вас же еще клиника? — спросила я, отпивая чуть горьковатый напиток из стакана и пытаясь отдышаться перед продолжением съемки. — Почему она не в Москве? И так мало рекламы? Почти нет упоминаний.

— Это был экспериментальный проект. Можно сказать, хобби. Хотел посмотреть, как пойдет.

— Удался эксперимент? — я продышалась и махнула Пашке, чтобы возвращался к работе.

— Да, отчасти из-за этого я вас и позвал. Будем делать анонс новой сети скорой ветеринарной помощи. Хорошо поработаете — используем ваши материалы.

— Паш, слышал? Давай хорошо поработаем, — широко улыбнулась я и надела на голову ободок с мохнатыми кошачьими ушками. — Давай снимать интервью.

Пашка развернул камеру так, чтобы мы со Стасом попали в кадр вместе и снова дал отсчет. Я сказала: «Мяу!» и улыбнулась Стасу:

— Как вы докатились до такой жизни? От пива к кошачьему корму?

Стас удивленно вскинул брови. Что-то он не особо смотрел наши ролики, похоже, иначе бы знал, что серьезный подход, постное лицо и «ваше мнение о перспективах развития индустрии» — это не про нас.

— Мне друзья давно говорили, что кошачий корм — лучшая закуска к пиву, вот и решил проверить, — отозвался он с ухмылкой.

А молодец!

Я его даже зауважала. Так и не скажешь, что мужику тридцать пять, еще не совсем забетонировался.

— Вы же понимаете, Станислав, что для проверки достаточно одного пакетика, весь завод кормов необязательно было покупать?

— Это все помощница виновата! — развел руками Стас. — Не привыкла еще ко мне. Сказано было — нам бы к пиву корма прикупить, она и подумала, что сленг. Пивной завод, завод кормов.

— Что ж она так? В наше время так тяжело найти грамотного работника! — фальшиво посочувствовала я.

— Это ведь не первый раз… — в тон мне отозвался Стас. — Я как раз покупал мебель в дом, ну и записал ей: «Стулья для кухни — шесть штук». Потом отвлекся, смотрю в ежедневник — «шесть штук», блин, думаю, опять моя подростковая лексика со штуками вместо тысяч. И аккуратно переправил на 6000.

— И купила? Шесть тысяч стульев на кухню?! — восхитилась я.

— Конечно. У меня очень старательная помощница.

— И куда вы их дели?

— Шесть — на кухню. Остальные в вольер кошкам поставил вместо когтеточек. Могу показать!

— Это шутка? — неуверенно спросила я.

Первую шутку про целую фирму вместо одной вещи я слышала не раз.

Но второе не может ведь быть правдой?

Стас смотрел на меня с абсолютно непроницаемым лицом. Я искала в его темно-серых глазах ответ, но там была только дымная глубина, затягивающая внутрь, без всякого намека на реальность.

— Эээээ… Стоп! — Пашка скрестил руки. — Это что за пауза такая театральная? Кошк, где следующий вопрос?

— Прости… — пробормотала я, с трудом отводя взгляд от Стаса. Он с довольным видом отпил лимонад из бокала и тихонько усмехнулся.

Кажется, в этой беседе руль уже не у меня…

20. Лапки

Я попыталась взять себя в руки. У нас таких серьезных людей на канале еще не было, и, в общем, понятно, что у Стаса и опыт шире, и харизма толще, и умение держать удар и тянуть одеяло на себя — у него есть, а у меня только отрастает.

Но у нашего канала есть свой стиль, а у меня — свой голос. Я ничем не хуже него, просто младше. У него пятнадцать лет форы, еще неизвестно, какой я буду в его возрасте!

— Минутку, Паш.

Я решила перестать стесняться и нормально поесть, в конце концов. От запахов свежего хлеба, зелени, помидоров, тонкого аромата паштета и прохладного стрекотания пузыриков в графине лимонада с цитрусовыми и травами кружилась голова и урчало в животе. Голодной и соображать сложнее.

Подцепила бутерброд с мясом, честно отделив десятину самым голодным кошкам города и, готовясь воевать за свое право на перекус, повернулась к Стасу. Ждала, что он прокомментирует, может быть, даже скажет что-нибудь раздраженное насчет того, что мы тратим его драгоценное время. Но он смотрел как я жую с каким-то тайным умилением, как бабушка на хорошо кушающего внучка с толстым пузиком.

Ну… ладно.

Пашка возился с камерой, безуспешно пытаясь убедить любопытных кошек не тереться о штатив, сбивая кадр. Я пока спокойно дожевала, вытерла руки салфеткой и все-таки соблазнилась тарталеткой с ежевикой. Люблюнимагу, по-моему, вкуснее ягод не существует. С удовольствием бы схомячила сейчас их все, и плевать на приличия, но сниматься потом с синими губами будет вообще не айс.

— Все, продолжаем! — я на всякий случай посмотрелась в фронталку телефона и поймала взгляд Стаса: — Что?

— Сказала бы, что голодная, я бы сначала вас накормил, — отозвался он.

— Кошачьим кормом? — буркнула я, кожей чувствуя унизительную неловкость от своего нищебродства.

Очень смущает, когда знакомые, знающие о моей ситуации, начинают с порога кормить. Я во всю эту фигню с учебой, работой, каналом и прочим фрилансом ввязалась не из-за того, что бедная кошечка. Наоборот, это путь ко вполне богемной жизни, элитной, творческой. Не хочется, чтобы потом на меня показывали пальцем на экране телека и кричали: «А я ее супом кормил, она еще второй кусок хлеба попросила!»

Стас перестал улыбаться и сузил глаза, блеснувшие тусклой сталью.

Блин, опять меня не туда занесло. Ладно, извиняться поздно, пусть останется неудачной подколкой.

3-2-1-Поехали!