Дикарка для Хулигана - Настя Мирная

— Диана, только ревнивую сучку сейчас включать не вздумай. — сжав пальцами одной руки подбородок, второй ладонью накрываю затылок, вынуждая взглянуть на меня. — Посмотри мне в глаза. — она несмело бросает расстроенный взгляд. — Поверишь, если я скажу, что понятия не имею, откуда про них знаю? Знаю и всё. И что бы ты сейчас себе не напридумывала, незащищённого секса у меня никогда не было. Я всегда ебусь с защитой. Всегда, Диана. С тобой это было впервые. Веришь? — ни на секунду глаз не отвожу, давая понять, что мне нечего скрывать.

— Верю. — толкает губами воздух. Облегчённо выдыхаю, расслабляясь. — Это лучше, чем с презервативом? Тебе понравилось с… Со мной? — продолжает выносить и без того воспалённый мозг.

Блядь, да сколько ей можно одно и то же повторять? У нас всё было лучше, чем заебись, но эти её периодические припадки ревности и сомнений вздымают внутри меня бурю, которую я сдерживал последние недели.

Со злостью отталкиваю её и поднимаюсь с постели. Натягиваю боксеры и штаны, морщась от того, что член измазан всем, чем только можно, а мне в таком виде ходить, пока не вернусь на квартиру. Мне сейчас надо остыть, пока не психанул на неё.

— Куда ты собрался? — рычит, когда проворачиваю дверной замок.

Глухо вздыхаю и выдаю оборот вокруг своей оси. Без слов сдёргиваю её с кровати, вынуждая встать на ноги. Прижимаю к себе голую Дикарку с такой силой, что по мышцам новая порция боли проносится. Скрежещу сжатыми челюстями. Вот только вразрез с внутренним кипением и рёвом монстра мягко веду ладонью по её влажным волосам.

— Когда ты перестанешь быть такой дурой, Ди? — скриплю как можно спокойнее, чтобы не срываться на ней. Девушка дёргается назад, но я только сильнее давлю на её тело. — Повторю в последний раз. Реально в последний. Если ты отказываешься слышать и принимать, то нет никакого смысла делать это снова и снова. Я люблю ТЕБЯ, Диана. С тобой всё лучше. Каждый поцелуй. Каждое касание. Каждый, сука, вдох. Я никогда тебе не врал. Ты знаешь обо мне всё. — почти. Но это её не касается и никогда не коснётся. — Я в жизни, блядь, такого кайфа от секса не испытывал. И я не знаю, в чём именно причина. В отсутствии гандона. В том, что ты была целкой и такой узкой. Или банально потому, что это первый секс с любимой девушкой. Всё из вышеперечисленного для меня впервые. Или ты сейчас примешь это раз и навсегда…

— Или? — шепчет, подняв на меня лицо с огромными синими глазами.

С тем же внешним спокойствием сгребаю ладонями её щёки и легко целую. Я просто не могу этого озвучить. Постоянные ссоры и скандалы. Один раз мы через такое уже проходили. И, вашу налево, в жизни не хочу повторения. Я не хочу кричать на неё. Не хочу делать больно любыми возможными способами. Вот только если она не сможет взять себя в руки и отключить внутреннюю истеричку, это неизбежно. Я и так уже на резервах выезжаю. Периодически подмывает плотину самообладания и кажется, что взрыв случится. Но я раз за разом гашу в себе всё дерьмо, чтобы не обижать Диану.

Наклоняюсь вплотную к её губам, дыша ей.

— В прошлый раз я заслужил твою злость, Диана. С тех пор я делал всё, что в моих силах, чтобы стать для тебя лучшим. Перестроил весь привычный уклад. Перекроил всю жизнь. Перестань сомневаться во мне и в моих словах и действиях. Я всё для тебя сделаю. Ты понимаешь? Всё! Но твоя ревность и недоверие рвут меня на части. Они заставляют меня вспоминать того, кем я был раньше. А я не хочу помнить. Если бы можно было просто вырвать эти воспоминания из памяти, то я бы начал с чистого листа. С той секунды, как впервые увидел твою улыбку. Но это невозможно.

К тому моменту, как замолкаю, шпарившая нутро ярость тухнет полностью. Не понимаю, как Дианке это удаётся, но всего за пару минут рядом с ней ловлю дзен, а рот растягивается в улыбке.

— Извини, любимый. — выталкивает тихо, скребя ногтями грудную клетку.

Накрываю её кисти ладонью и перевожу на левую сторону грудины. Туда, где дробится об кости мотор.

— Так стучит, только когда я с тобой. Запомни это и больше никогда не поднимай эту тему. Договорились?

Она вскидывает голову вверх, слепя меня счастливейшей улыбкой, которую мне приходилось у неё видеть. Оборачивает руками шею и встаёт на носочки. Шуршит прямо в губы, обжигая сбитым дыханием:

— Обещаю, Егор. Больше никогда не заговорю об этом. Я буду стараться ещё лучше. Я тоже стану для тебя самой.

— Уже, Дианка. С первого взгляда.

Натягиваю на Дикарку футболку и отправляю в душ. Если бы время не поджимало, то и сам бы с ней пошёл, но вместо этого спускаюсь вниз, где находится вторая ванная.

Пока тащусь по лестнице, меня не только от стены до стены мотыляет, но и внутри аномальная трясучка. Так по нервным окончаниям шманает, что едва равновесие удерживаю. И не в том проблема, что температура моего тела пробивает дозволенную шкалу, а потому, что всё ещё не верю, что мы с Дикаркой переспали. Если не пиздеть самому себе, то я уже и не верил, что это случится. Хотел её каждую грёбанную секунду, с того самого момента, как она стянула шлем на парковке супермаркета. Каждой клеткой своего разъебанного существа.

Как только девственную плеву прорвал, весь мир к чертям салютом бабахнул. Миллионами тонн тротила на воздух. Несмотря на то, что, сука, думал, что член по всей длине вспорол, будто из тела вынесло. Все функции организма в стоп ушли. Дыхание с хрипом стопорнулось. Сердце… Да что там, блядь, сердце? У этого органа имя есть. Богиня войны. Вот оно то мне по таким низам грохот въебало, что когда замерло, думал разорвало нахрен. Душа на части разбрелась по всему телу. А это был просто секс.

Ха-ха… Просто секс… Как же. Это, мать вашу, был Рай и Ад в одном флаконе. Удовольствие-боль… Боль-удовольствие… А после… Кайф. Счастье. Эйфория. Я, блядь, в тот момент суть жизни понял.

Дианка… Моя девочка… Такая нежная и смелая, хрупкая и