Колин Фолкнер - Сбывшееся предсказание

У Зейна нет ничего общего с ее отцом.

— Так когда же мы можем начать? — Вопрос Зейна вернул ее в реальность.

— Ммм. — Элайз пришла в смятение, что, вообще-то, было на нее не похоже. — Мне надо сделать несколько звонков, и потом я тебе перезвоню.

— Прекрасно. У тебя есть мой домашний и рабочий номера. Позволь мне дать тебе номер мобильника.

Элайз написала цифры в блокноте рядом с зачеркнутым сердцем.

— Я найду тебя, — пообещала она. Скорей бы повесить трубку, а то она наговорит много ненужного. На языке уже вертелись слова: «Я тоже очень сожалею о случившемся в тот день. Я могу понять твое негативное отношение к целеустремленным женщинам, живущим ради карьеры. Я заранее создала определенное мнение, которое может быть неточным. Хочешь, пойдем вместе пообедаем и поговорим об этом? Еще лучше, если ты захочешь заехать ко мне, и там мы разберемся?» Вместо этого она сказала:

— Удачного дня.

— И тебе тоже. Элли?

Он произнес ее имя так, что у нее на долю секунды остановилось сердце. Удивительно. Может, это потому, что у нее скоро месячные? Почему все ее чувства обострились? Она никогда не плакала даже над трогательными фильмами.

— Да? — Голос прозвучал странно даже для нее самой.

— Большое спасибо. Не могу передать тебе, как много это для меня значит. И что это будет значить для деда.

— Не за что. — Элайз бросила трубку на рычажок, будто обожглась и не могла больше держать.

Потом с секунду смотрела на телефон. Первый раз за последние пять минут она смогла спокойно вдохнуть воздух. И медленно выдохнуть.

Так что происходит? Хотя Зейн дважды извинился, он ни слова не сказал о том, что хочет снова ее увидеть. Не спросил согласия на прогулку на свежем воздухе. Она бы последовала совету «Руководства» и не стала тратить времени на отношения, которые никуда не ведут. Только…

— Принимайся за работу, — приказала она себе. В работе ты проявляешь себя как настоящая Монтгомери.

Она сбросила под столом туфли на высоких шпильках и погрузилась в работу. Элайз не вставала ни на минуту, забыв о еде и свежем воздухе.

Через два часа раздался стук в дверь.

— Элайз?

Она оторвала взгляд от стола и увидела Лиз в строгом сером костюме, ее волосы были собраны сзади в тугой пучок.

— Вносите, — бросила Лиз кому-то сзади.

При виде посыльного с огромным букетом ярких цветов Элайз не смогла сдержать возглас восхищения.

— О боже, — выдохнула она, всовывая под столом ноги в туфли и вставая.

— У тебя секреты от меня, — пропела Лиз. — Начинаем новый список «Руководства»? Должно быть, вечер был приятный. — Лиз последнюю фразу произнесла таким тоном, будто Элайз встретила принца.

— Я не встречалась с Бобом, если ты об этом.

Он назначил деловую встречу, я назначила деловую встречу… — Голос замер. Она не могла оторвать взгляда от цветов. От кого они могли быть?

ЗЕЙН. Конечно, от Зейна. Только он способен послать девушке вазу с полевыми цветами. Самыми красивыми, какие она в жизни видела. Они выглядели так, будто их только что собрали на деревенских тропинках.

— Спасибо, — выдохнула Элайз вслед уходившему посыльному.

— Так от кого же они? — Опережая Элайз, Лиз вытащила карточку, спрятанную в цветах. «Ты самая лучшая. С любовью, Зейн и Том»? — Лиз домиком изогнула брови.

Когда Элайз забирала карточку у подруги, ей с трудом удалось спрятать усмешку.

— Это не то, что ты думаешь, — устало проговорила она, опускаясь в свое кожаное кресло и бросая карточку в центральный ящик письменного стола.

— Не то? Тогда что же? — Лиз уперла руки в стройные бедра.

— Бизнес. Ничего больше. — Элайз потянулась за своим блокнотом, оправленным в дорогую кожу.

— Ты уверена?

Элайз не поднимала головы. Она притворялась, что перелистывает бумаги, лежавшие перед ней. И тщательно закрывала имя Зейна и зачеркнутое сердце. Она бы умерла, если бы Лиз увидела.

— Нас связывают деловые отношения. А теперь извини меня. Я должна сделать несколько звонков. — Она потянулась к телефону.

— Ты делаешь большую ошибку, — пропела Лиз, выходя из кабинета. — Это никогда не сработает. Книга еще ни разу не ошибалась. Надо искать мужчину своего типа. А мужчина, занятый цыплятами, явно не подходит тебе, подруга.

Элайз наконец подняла голову. Обычно она держала язык за зубами и позволяла пролетать таким замечаниям без ответа. Но сейчас не смогла.

— Откуда ты знаешь, какой тип мужчины мне подходит? Я сама не уверена, что знаю. Я могу думать, что хочу одно, а на самом деле мне нужно совсем другое.

— Солнышко. — Лиз оперлась на дверную раму. Ты слышишь себя? Никто не говорит, что мужчина изменит тебя к лучшему или худшему. Предполагается, что он будет дополнять тебя, словно отличная пара туфель от дизайнера или сумочка.

Элайз посмотрела на страницу блокнота, закрытую рукой.

— Ты знаешь, какого рода женщина ты. И ты определенно знаешь, какого рода мужчина Зейн Китон, — продолжала Лиз голосом, острым, как нож. — Посмотри на него. Посмотри на его сестру. Ему нужна жена, которую можно держать босой и беременной на ферме.

— Это несправедливо, Лиз. Ты не знаешь его.

— Я знаю множество мужчин, подобных ему.

Помнишь Эллиота? — Лиз вскинула брови. — Потрясающий парень. Деньги, хорошая машина, прекрасный дом. На третьем свидании он заговорил о браке, на четвертом о детях. На пятом он хотел знать, долго ли я буду работать во время первой беременности. Он бы превратил меня в сутулую лошадь, прежде чем я бы поняла, что происходит.

— Зейн не Эллиот, — твердо встала на защиту Зейна Элайз, раздраженная словами Лиз. Вот ведь подруга! Разве друзья не оказывают поддержку? — И кроме того, наш разговор не имеет смысла. Я не встречаюсь с этим парнем. Я готовлю сделку, которая, вероятно, привлечет внимание Галлахера. Знаешь, меня так и подмывает поговорить о партнерстве.

— Послушай, Элайз, — нахмурилась Лиз. — Я не собираюсь учить тебя, что делать. Я только пытаюсь уберечь тебя от повторения моих ошибок. В твоем списке из «Руководства» ясно сказано: избегай случайных знакомств, пока не найдешь мужчину с серьезными намерениями.

Элайз догадалась, что бесполезно беседовать о своих сомнениях с Лиз. До нее только начало доходить, что ей просто нечего сказать. Элайз не понимала, что с ней происходит. Но в любом случае пора заканчивать разговор.

— Я очень ценю твою заботу. — Элайз заставила себя улыбнуться, хотя она и сердилась на подругу. Лиз тоже, очевидно, была раздражена. Они еще никогда не были так близки к ссоре. — Лучше я вернусь к работе, — сказала Элайз, прижав трубку к уху. Она не вешала трубку, пока Лиз не исчезла в коридоре.