Дженнифер Аподака - Восхищенный взгляд

– Люк и Человек-Легенда одно и то же лицо.

Айви схватила со стола фотографию и уставилась на нее.

– Что ты сказала?

– Ты никогда не считала меня особенно сообразительной в том, что касается мужчин, но на этот раз попала впросак ты, а не я. Ты наняла Человека-Легенду на должность своего персонального помощника.

К горлу Айви подкатил тошнотный ком, оставив во рту мерзкий привкус.

– Люк? Ты в этом уверена?

– После встречи в конференц-зале я начала размышлять. Помнишь ту программу, когда какая-то женщина сказала, будто спала с Человеком-Легендой?

– Ты о том звонке, который оборвался? – Мысли у Айви путались. Но потом ее словно озарило. – Люк то ли вырубил ее из эфира, то ли велел Марле ее отключить. Он сказал, что произошла ошибка, но если он действительно Человек-Легенда, то…

Мэллори победно улыбалась.

– Он не мог пропустить тот звонок в эфир. А вдруг та женщина сорвала бы с него маску? Ты не должна была узнать, кто он такой. Ну так вот. Вчера я порыскала в Интернете и нашла фотографию Человека-Легенды. – Мэллори перегнулась через стол и ткнула пальцем в фотографию, которую побелевшими пальцами сжимала Айви. – Нашлась только одна фотография – эта. На ней изображен он.

Айви видела Люка без очков вчера вечером. На фотографии был действительно он.

Но зачем ему все это? Чего он добивался, делая вид, что хочет с ней работать? Может, он работал на другую радиостанцию, и ему поручили проникнуть в стан конкурентов? Желтая пресса? Айви нахмурилась. Он или охотник за сокровищами, или… Да нет, все это лишено смысла.

– Уволь его, Айви. Он лжет тебе, и ничего хорошего от него ждать не приходится.

Она посмотрела в темные глаза матери и почувствовала, как в ней закипает гнев.

– Ну что же, на сей раз я с тобой, пожалуй, соглашусь. Я уволю его. Но сейчас мне нужно побыть одной. Мне надо подумать.

– О чем тут думать? Ты должна его прогнать как можно скорее.

– Я должна подумать над программой на завтра. Возможно, пришло время раскрыть инкогнито Человека-Легенды.

– Но вначале тебе надо от него избавиться. – Мать ее поднялась, собираясь уходить.

– Куда ты идешь? – спросила Айви.

– Вернусь к себе в офис. Надо сделать еще кое-какие заказы для ремонта и переговорить с субподрядчиками.

– Мама, не завали эту работу.

Мэллори оглянулась уже в дверях.

– Займись Люком Стерлингом, а о своей работе я сама позабочусь.

Айви разом забыла, о чем думала, когда увидела Люка. Тот стоял, опершись ладонью о стол молоденькой секретарши Кэрри, выпускницы колледжа которая подрабатывала секретарской работой на радиостанции. Айви буквально закипела от ярости. Непонятно почему. Ей пришлось приложить немало усилий, чтобы сказать Люку, не повышая голоса:

– Люк, мне надо с вами поговорить. Срочно.

Люк перевел взгляд на свою начальницу.

– Конечно. – И отошел от стола. Айви резко повернулась и направилась в свой кабинет.

Сердце ее колотилось как бешеное, ладони вспотели.

– Закройте дверь, – сказала она, глядя на Люка.

Тот закрыл дверь и повернулся к Айви.

– Проблемы?

– Вы уволены.

Люк шагнул к ней. Плечи развернуты, на лице упрямая решимость.

– На то есть конкретная причина?

Он задал свой вопрос негромко, но тон у него был такой же угрожающий, как вчера, когда он увидел Айзека. Айви заставила себя, не дрогнув, встретить его взгляд.

– Прекратите валять дурака и прикидываться хиппи. Пресса любит вас как Человека-Легенду…

– Вы шутите. Я Человек-Легенда? Бросьте, Айви. Что на вас нашло?

– Хватит, Стерлинг. Вы Человек-Легенда. Но даже если вы не хотите признать правду, вы все равно уволены. Я дала вам две недели, но мне хватило нескольких дней, чтобы принять решение. Убирайтесь. – Господи, она сходит с ума. Вот сейчас, только сейчас она смогла увидеть его насквозь. Разглядеть его истинное лицо под личиной Кларка Кента. Айви не могла удержаться, чтобы не добавить: – Вы внушаете мне отвращение. – Она и сама себе была противна не меньше. Она купилась на его ложь, черт побери!

Люк снял очки и зацепил их за ворот рубашки.

– Это вы мне говорите? – Он засмеялся, смех его был хлестким, как удар плетью. – Конечно, вы хороши, но не настолько уж хороши. Я точно знаю, что вы собой представляете. Однако я готов предложить вам сделку. Дайте мне то, что я хочу получить, и я не стану вас сдавать. – Он широко шагнул ей навстречу и оказался так близко, что носки их туфель соприкоснулись. – Хотя вообще-то я считаю, что ваша симпатичная попка должна сидеть на тюремной койке.

«Что? При чем тут тюрьма?» Ничего не понимая, Айви уставилась в его серые глаза.

– Уходите.

– Я не уйду без статуэток.

О чем это он?

– Стерлинг, я не знаю, о чем вы говорите, но еще секунда, и я вызову полицию, чтобы вас выпроводили из здания.

– Звоните. Я знаю, что статуэтки здесь. Я найду их к тому времени, как приедет полиция. И тогда серебряные браслеты наденут и на вас, и на вашу мамочку и повезут вас с комфортом на заднем сиденье прямиком в отделение.

При упоминании о Мэллори в голове у Айви раздался сигнал тревоги. Под грудью выступил пот. Но Айви не собиралась ни на дюйм сдавать позиции. Еще не хватало, чтобы он почуял ее тревогу.

– О чем вы говорите? – спросила она.

Люк усмехнулся одними уголками своих чувственных губ.

– Шулеру шулера не перехитрить, детка. Я играю в эти игры гораздо дольше вас.

О Боже! Айви охватило весьма неприятное предчувствие.

– О чем, черт побери, вы говорите?

– О нефритовых богинях плодородия и мужской силы. Они стоят больше пяти миллионов долларов, и, поверьте, за такие деньги кое-кто не остановится и перед убийством. Что уже не раз случалось за долгую историю этих вещиц. Но ваша мама…

Айви вытянулась в струнку, чтобы казаться выше.

– Моя мать не воровка! – Нет, Мэллори не была воровкой! Ей не везло с мужчинами, но она никогда не украла ни цента!

Стерлинг приподнял бровь и наклонил голову.

– Ли не была так в этом уверена. Она наняла меня в качестве вашего помощника и знает, кто я.

Ли так поступила? Знакомое, но уже несколько подзабытое отвратительное чувство охватило Айви. От невыносимого стыда и унижения у нее свело живот. Невыносимое ощущение беспомощности.

– Убирайтесь! – Айви осознавала, что кричит, но ей было наплевать.

Несколько лет ушло на то, чтобы научиться жить заново, стряхнуть с себя заклятие тех украденных денег. Все эти годы она работала на износ, доказывая собственную состоятельность. Айви не брала тех денег. Это ее такой обаятельный, такой сладкоречивый мешок с дерьмом Дирк Кемпбелл украл те деньги. И к тому времени как их хватились, Дирк уже был за границей. Айви уволили с работы, и ей пришлось несколько месяцев кряду доказывать свою непричастность к краже.