Наталья Даган - Наши все тридцать

– Главное – правильно составить анкету, – часом позже объясняла мне она, когда я, сидя за компом, напряженно таращилась в главную страницу нужного сайта, – вы даже не представляете себе, Джада, как это интересно. Это целый отдельный мир, от которого вы можете взять все, что захотите.

– Так ли уж – все? – сомневалась я, нервно гоняя курсор мыши вдоль и поперек монитора.

– Именно все. Во-первых, это будет держать вас в тонусе как женщину. Во-вторых, при должной активности, вы сможете обеспечить на себя равномерный спрос и, например, будете ужинать каждый вечер в каком-нибудь ресторане или как минимум пить хороший кофе. При желании это действительно можно делать каждый день. А кроме того, есть реальный шанс найти то, что ищете; не сразу, месяца за три регулярных встреч.

Помолчав, она ласково спросила меня:

– Вы ведь сейчас одна, у вас никого нет?

– Никого нет, – подтвердила я, вглядываясь в ее лицо, пытаясь угадать, что за странное выражение приобрели вдруг ее глаза.

– Ну вот и славненько, – она отвела взгляд и пустила блуждать его по редакционному залу, – вот начнете статью писать и, глядишь, заодно себе что-нибудь и найдете.

Я согласительно хмыкнула, пожала плечами. Интернетные знакомства с заранее определенной целью для меня – те же сваточные, не лучше. Во всяком случае, на тот момент я именно так и думала.

– А вы, Инна, нашли то, что искали? – спросила ее я.

– Да, – тут же ответила она, как бы даже предупреждая сам вопрос, и мягко улыбнулась.

Ее внешность сама по себе уже была ответом. Несмотря на почти уже пятьдесят лет и лишние килограммы, это была женщина цветущего вида с удивительно спокойным, добротным даже каким-то выражением лица.

С анкетой мне пришлось помучиться. Но в итоге составила я ее, как мне казалось, все-таки грамотно. То есть максимально отразила свою цель. Моей целью в данном случае было не просто как можно скорее выйти замуж, а выйти замуж хорошо с материальной точки зрения. В анкете я написала: «Молодая, образованная, привлекательная женщина ищет мужчину, состоявшегося морально и материально…» И еще писала, какая я хорошая, что нет у меня вредных привычек, и буду я прекрасной и верной женой.

Характеристика была просмотрена моей дуэньей и одобрена. Далее я извлекла из закромов лучшие фотографии своих фотосессий для дружественных журналов и присовокупила к анкете.

В первый же день на меня обрушилось порядка сорока писем. Я даже слегка испугалась. Но, взяв себя в руки, в ночи села их разбирать. Тридцать девять были совершенно бесцветные, и только одно вызывало желание ответить: мне писал напористый человек, как раз состоявшийся, по его словам, в моральном и материальном плане. Надежный и одинокий. Он был игрив к тому же, а потому сразу назвал мне среднегодовой оборот его бизнеса в долларовом эквиваленте (миллионы долларов). Редакционному заданию он как нельзя более соответствовал. Оставалось только выяснить, насколько же он в действительности жених. Он прислал мне ссылку на свою анкету на том же сайте знакомств, где «висела» и я.

И анкета его была хороша: такая же напористая, как ее хозяин, веселая и балагурная. Одно только настораживало… Он писал: «Ищу молодую, неуставшую от жизни женщину»… Неуставшую. От жизни, гм.

«Где ж таких в наших широтах взять? – подумала я, – от одного только климата к десяти годам устанешь».

Черный как ночь, его тонированный «мерседес» ждал меня в условленном месте. Сам же хозяин с симпатией взирал на меня из-за тонированного лобового стекла. В жизни он выглядел гораздо более привлекательней, чем на фото. Это, кстати, общая тенденция: на фотографиях претенденты зачастую выглядят значительно хуже, чем в жизни.

Он был Израилева происхождения, чисто выбрит, коротко стрижен, великолепно одет во все черное, и было ему сорок три года. И все бы ничего, если бы не ощущение положенной на меня сверху гранитной плиты рядом с этим человеком. Такого, увы, знакомого ощущения. Большие деньги – это всегда тяжелая ментальность, какая-то совершенно неподъемная харизма.

Он сразу же повез меня в дорогущий китайский ресторан, где все объяснил. Рассказал о том, что им, преуспевшим бизнесменам, знакомиться с нормальными женщинами по большому счету негде, что жизнь уже очертила привычный круг общения: есть друзья и их жены, есть подчиненные девушки на работе (но это работа) и есть… проститутки. Последнее слово он произнес, глядя мне в глаза и не запнувшись.

А еще, говорил он мне, есть девушки, которые тусуются на всех великосветских раутах Москвы. И первичный взнос для общения с ними в последнее время составляет 50 000 долларов. Тут я очень удивилась. Видя, что произвел впечатление, он опытной рукой, с тонкой улыбкой, долил масла в огонь – назвав мне два имени, которые широкому кругу общественности известны как «светские львицы». Но это, пожалуй, был перебор: я не поверила.

– У меня есть очень влюбчивый друг, – признавался между тем он, – так вот он что, сумасшедший, делает. Вот влюбится в такую, живет с ней полгода, а на карманные расходы выдает враз по десятке.

– Долларов, – сказала я.

– Естественно, – отреагировал он, – десятка с тремя нулями. И это не на шопинг, заметь, а на карманные расходы. На три-четыре дня.

– Большие там, наверное, карманы.

– Да, – все больше раззадориваясь, продолжал он. – Я ему говорю: Лёня, что ты делаешь, ты же рынок сбиваешь! Ты же сам сук пилишь, на котором сидишь!

В процессе нашей задушевной беседы мне стало все более-менее ясно. По сути дела, он был человек неплохой. Он был дитя своего поколения – веселый, бабник и балагур. Семья ему была не нужна, он соскучился по страстище, искал безумной ответной любови с молодой и красивой. Но все-таки он понравился, а потому… Вечером следующего дня он принимал меня у себя в гостях, в огромной, в холодных тонах отделанной квартире. Интересовался, как мне его евроремонт? Водил меня туда-сюда, показывал какие-то пальмы.

Затем он усадил меня за барную стойку, взглянул первый раз внимательно мне в лицо и вдруг спросил: «Ты устала?» Я ответила, что да.

– Больше морально, чем физически, – пояснила я.

И что-то там упомянула про сложную обстановку на работе. Он посмотрел на меня еще раз и отсел на диван. Так мы и провели вечер: он – смотря ВВС на диване, я – попивая зеленый чай за стойкой. Разговор никак не клеился. Когда я стала собираться домой, он сделал небрежную попытку меня соблазнить. Но уж так был небрежен, так не старался, что за версту было видно, что будет все в первый и последний раз. Когда же я отказалась брать у него деньги еще и на такси, он вытаращился на меня, как на безумицу, и поспешил захлопнуть за мной дверь. Да, он действительно не любил уставших женщин.