Инес Деккер - Хозяйка дома

Тогда Беатрис наклонилась и завязала ему глаза шелковым шарфом.

— Открой рот! — скомандовала она и поднесла к его губам ложечку с мороженым.

Он послушно открыл и ощутил чудесный вкус — персики со сливками.

— Теперь еще одно.

— Шоколад… кажется, с вишней и ромом. Но какой же маленький кусочек!

— Еще?

В голосе Беатрис трудно было не услышать улыбки. Ему почудилось резкое движение, и Гийом машинально протянул руки вперед. И в тот момент, когда она положила ему в рот ложечку мятного мороженого, он коснулся ее. Контраст между холодом сладкого лакомства и теплом тела Беатрис был ошеломляющим, и Гийом невольно притянул ее к себе, почувствовал, как она слегка задрожала.

— Гийом…

Тихий, чуть хрипловатый голос оказался последней каплей. С трудом сотканная паутина самоконтроля порвалась. Гийом усадил Беатрис к себе на колени, нашел ее губы своими. Почувствовав тепло ее рта, он застонал, прижимая женщину к себе, а она запустила пальцы в его волосы.

— Еще, — прошептал он, прерываясь на секунду, чтобы глотнуть воздуха.

И вот Беатрис уже целует его в ответ, ласкает нежными руками шею, гладит волосы.

Мир, казалось, замер, кроме них двоих не осталось никого на всем белом свете. Она была сама мягкость, сама нежность. Он — сама страсть. Гийом понимал, что окончательно теряет рассудок.

— Да, — шептал он, целуя ее, лаская ей грудь.

Она прерывисто вздохнула, выгнулась и прижалась еще сильнее. Он снова застонал, чувствуя, как все вокруг заволакивает мутно-красный туман желания. И в этот момент Беатрис замерла в его объятиях, потом отстранилась.

Гийом сорвал повязку с глаз, поднялся на ноги, не отпуская ее, но она решительно высвободилась.

— Ребенок.

Услышав это короткое слово, Гийом похолодел. И неожиданно осознал, кто он, кто она, что они делали и что должны были.

— Марго проснулась, — коротко пояснила Беатрис. — Я чувствую, мне нужно идти к ней.

Долгие две секунды они смотрели друг другу в глаза. Потом Гийом кивнул. Он не имел ни малейшего права делать то, что сделал, как и думать то, что думал.

— Я уберусь в кухне. Иди, Беатрис, и… Она обернулась.

— Спасибо за обед… И прости, что я пересек грань, которую не следовало пересекать. Прости, пожалуйста.

Беатрис еще секунду смотрела на него, не отрываясь, потом кивнула и исчезла за дверью.

Глава 6

Значит, этот человек способен без труда заставить ее позабыть обо всем, всего лишь коснувшись губами ее губ. От жара их поцелуя могла вспыхнуть гостиная! А главное, целоваться с этим человеком — полный идиотизм; такой глупости она давно не совершала. Нельзя допускать никаких отношений с этим человеком — она и так уже увлечена им, а ведь он совсем не тот, кто ей нужен. Если они и закрутят роман, то ненадолго. В итоге она все равно останется одна.

Но что делать, если три дня прошло, а она все помнит прикосновение его губ и мечтает испытать это еще раз?, .

Время текло незаметно. А они еще не обсудили, как будут принимать гостей. Последние несколько дней Беатрис так немилосердно казнила себя, что едва слово могла выдавить из себя в его присутствии.

— Если бы он уже не был миллионером, то мог бы сколотить состояние, продавая поцелуи по сходной цене, — бормотала Беатрис, полируя стол красного дерева. — Любая женщина щедро заплатила бы, чтобы почувствовать эти губы на любой части своего тела.

Но не она. Влюбиться в человека вроде Гийома — настоящая беда. Ей нужен муж. И дети. Хорошо, что он не хочет связываться с ней.

Бедняга. Многие обвиняли его в неблагородном поведении с Серроной, но его страстные слова убедили молодую женщину, что девушка сама создала себе проблемы.

— А я что делаю? — спросила себя Беатрис. — Человек целует меня, потом извиняется, а я веду себя, как будто он на меня может в любой момент снова наброситься, хоть прекрасно знаю, что это не так. Просто я борюсь с собственным желанием вновь почувствовать жар его губ.

Беатрис посмотрела на тряпку. Последние несколько минут она терла одно и то же место. Нет, нельзя терять время попусту. Надо как можно скорее нормализовать отношения с Гийомом, иначе к приезду Бланш ей не успеть. Может же она себя контролировать. И ее работодатель тоже. В последнее время он вежлив, и ничего более. Если ей хочется вернуть их отношения в былое русло, то самое время сделать первый шаг.

Решив действовать, Беатрис не откладывала дело в долгий ящик. Вот и теперь она решительно положила тряпку и отправилась на поиски Гийома.

Если он был дома, то немедленно забивался в свою унылую серую раковину по имени кабинет и сидел там. Бизнес, по-видимому, составлял жизнь молодого миллионера.

Когда, предварительно постучав, она открыла дверь, то увидела, что волосы его слегка растрепаны, рукава засучены, ворот рубашки расстегнут, галстук висит на спинке стула. Было похоже, будто в кабинете только что побывала женщина. Что было совершеннейшей чушью.

Беатрис отбросила глупые мысли и спросила:

— Трудный денек?

— Да уж. Только что убедил одного клиента, что для человека его положения куда лучше подойдет загородный дом, а он хотел купить особняк в центре Парижа.

— Похоже, это было настоящее сражение, — заметила Беатрис, намекая на то, как Гийом выглядит.

— Два дня понадобилось!

— Значит, вам улыбнулась удача. Что ж, может быть, отпразднуем?

Он настороженно посмотрел на нее. И молодая женщина немедленно вспомнила, что в последний раз, когда они были вдвоем, она едва не оказалась в его постели.

— Ну, мне нужно обсудить с тобой кое-какие вопросы касательно приезда сестры с подругами, а время идет к обеду, — поспешила пояснить Беатрис. — Тебе бы не помешало выбраться отсюда и подышать свежим воздухом.

Она была почти уверена, что Гийом запер себя в кабинете отчасти в наказание за то, что коснулся ее. Он ответственный человек и, естественно, казнит себя за несдержанность. Следует показать ему, что с ней ничего не случилось, но сделать это можно только на открытом воздухе, где искушение будет не так сильно ее одолевать.

— Нам с Марго пикник тоже не помешал бы, — добавила Беатрис. — Час на еду и отдых, а потом я с новыми силами возьмусь за утреннюю комнату.

— Ну хорошо, пикник так пикник, — покорно согласился Гийом, услышав, что все затеяно не ради него одного.

Беатрис улыбнулась и отступила на шаг. На всякий случай. Подальше от соблазна сделать какую-нибудь глупость — например, кинуться на шею своему работодателю.

— Я попрошу мадам Ферье сделать бутерброды. Что-нибудь легкое и неядовитое. Гийом рассмеялся.

— Возможно, она положит вместо оливок камни, чтобы отомстить за сорванные планы.