Дженнифер Грин - Обыкновенный, но любимый

Она нахмурилась.

— Хорошо, хорошо, — сказал Тиг. — Ты хочешь, чтобы я воспринимал это серьезнее. Я понял. Ты не просто без гроша в кармане. Ты без единого гроша в кармане.

— Да. — Дейзи колебалась. — Тиг, я сама тебе вес показала. Но я была бы рада, если бы ты никому в городе ничего не рассказывал, потому что моя семья до сих пор общается со многими здешними жителями. Я не хочу, чтобы об этом узнали родные. Они слышали о разводе, но об остальном очень мало. И уж совсем не в курсе моего финансового положения. Я не говорила им, что была несчастна.

— Почему ты не хочешь поделиться с близкими своими проблемами?

— Потому что. — Дейзи подняла руку и обвела комнату жестом, который намекал на множество причин. — Когда я в первый раз поняла, что из этого брака ничего не выйдет, мои мама и папа как раз уходили на пенсию. Я была в другой стране.

Они бы встревожились до смерти. И я не сказала Камилле и Вайолет…

— Да, и это мой второй вопрос. Кажется, ты говорила, что по-настоящему близка со своими сестрами.

— Так оно и есть. Но я самая старшая. Именно ко мне они всегда обращались за советом. Если на то пошло, именно я немного поруководила за сценой, чтобы помочь им подцепить парней, за которых они недавно вышли замуж. Хороших мужчин. И они обе очень счастливы…

— Понимаю, — сказал Тиг. — Ты из гордости не хотела, чтобы твоя семья все узнала.

Дейзи снова нахмурилась:

— Да, у меня небольшая проблема с гордостью.

— Небольшая?

— Хорошо. Большая. — К сожалению, если не считать эксклюзивной одежды, у нее, пожалуй, не было и ночного горшка. И гордость это или не гордость, но Дейзи наконец испытывала чувство облегчения, поскольку кому-то об этом рассказала. Кому-то постороннему.

— Дело не в твоей гордости, милашка. Дело в том, что… ты отсюда уезжаешь.

— Ну… Пока что я живу над кафе и не плачу за жилье, так как Гарри срочно понадобилась работница. Еда бесплатно, жилье бесплатно, электричество тоже. Я не трачу ни цента. И кроме того, у меня пока некоторая проблема с транспортом.

— У тебя есть машина, — нахмурясь, сказал он.

— Которую я взяла напрокат в аэропорту. Если я буду здесь жить, то мне вообще не понадобится машина. Я могу ходить пешком по всему городу — Гарри нанял тебя в качестве повара?

— Не совсем. Гарри сказал, что в это время года ему всегда нужен работник на полный день.

Мы заключили сделку. Почти всегда я открываю и закрываю за него кафе, что легко сделать, раз я живу наверху. А еще занимаюсь выпечкой. Это привлекает новых клиентов.

— Но разве он не может дать тебе столько свободного времени, сколько ты хочешь?

— Нет, — призналась она. — Таким образом, ничего не тратя, я откладываю деньги. И скоро смогу заплатить первый взнос за подержанную машину. А потом буду думать над переездом.

— Но в данный момент тебе хотелось бы иметь побольше денег?

Дейзи посмотрела на него. Понять Тига иногда очень трудно. Конечно, она хотела больше денег.

Только не понимала, к чему он клонит. Он пояснил:

— Я же сказал тебе, Дейзи. Мне нужна помощь.

Особенно — твоя помощь. Свою работу я знаю хорошо, но понятия не имею о внутренней отделке.

Ты могла бы меня консультировать. В какое время ты будешь это делать, не имеет значения. — (Она остолбенела.) — Поверь мне. Я не занимаюсь благотворительностью.

— Я и не думала о благотворительности.

Дейзи вскочила на ноги и начала расхаживать по комнате, если только можно расхаживать на нескольких футах.

— Послушай, но ты же говорил, что плохо срабатываешься с кем-либо. Говорил, что с партнерством у тебя плохо получается. Ты всегда хочешь быть боссом. Ты…

— Да, да, я все помню. И все это верно. Я люблю помыкать людьми. Но это другое дело.

— Конечно, другое. Я призналась, что в данный момент сижу без гроша в кармане, и ты решил, что мне нужен рыцарь на белом коне. Вот только мне не подходят рыцари. И я тебе все рассказала не для того, чтобы ты меня пожалел. Я без проблем смогу некоторое время пожить в бедности, так что не трать сил понапрасну и не думай, что я нуждаюсь в благотворительности.

— Я предлагаю не благотворительность. — Теперь он встал и тоже принялся расхаживать по комнате. — Не знаю, нужна тебе помощь или нет, но мне она нужна.

— Конечно, тебе нужна помощь, — сухо сказала Дейзи.

— Я говорю серьезно. И признаюсь тебе, что еще в детстве не умел играть в песочнице с малышами. Но у нас другая ситуация. Ты не собираешься долго оставаться в Уайт-Хиллз, так что мы оба не рассчитываем на будущее. В данный момент ты ничего не понимаешь в плотницком деле, значит, у тебя нет причин ссориться со мной из-за работы. А у меня нет никакого желания вмешиваться в любые твои идеи относительно стиля или внутренней отделки чего угодно. Ты не будешь связана твердым расписанием. Можешь работать в любые свободные часы.

Возможно, потому что она была чокнутой, его план начинал казаться реальным и ей. Конечно, не стоит соглашаться сразу, тут надо подумать.

Дейзи стукнула бокалом по столу.

— Все-таки из этого ничего не выйдет. У меня нет автомобиля, Тиг. Как я смогу добраться до дома, где ты работаешь?

Он тоже поставил свой бокал, который так и не пригубил. Наверное, он не любил вино. Впрочем, она тоже.

— Гмм. Что ж. У меня есть автомобиль и пикап.

Мне нужен пикап.

— Что же достается мне?

— «Гольф GTi».

Она никогда не слышала о такой машине, но знала, как мужчины обожают свои железные игрушки.

— А… Твоя детка.

— Она мне досталась в прошлом году за бесценок. И хотя она и очень старая, но еще проедет семьдесят тысяч миль. Алюминиевые колеса с пересекающимися спицами. Переключение скоростей…

Дейзи перебила его:

— Ты просто боишься доверить ее кому-нибудь.

Он ответил не сразу. Они как раз оказались лицом к лицу перед диваном.

Так же близки были их тела в ту дикую ночь.

И хотя сейчас оба были одеты, у Дейзи возникли те же ощущения. Она почувствовала, что находится наедине с ним. Больше никого и ничего во всем мире.

Дейзи увидела, что он поднял руку. Увидела, как у него загорелись глаза. Она поняла, что он собирается к ней потянуться. У нее было время, чтобы отойти. Вместо этого она обвила его шею руками, а Тиг обнял ее за талию. Его губы встретились с ее губами.

Вспышка произошла быстрее, чем у бензина, к которому поднесли спичку.

Он мгновенно почувствовал сильное возбуждение и крепко прижался к ее бедрам.

Поцелуй становился все более глубоким. Она ничего не видела, ни о чем не думала.

Что-то в Тиге — вкус ли его поцелуев, осторожное движение его языка или его запах — вызывало у нее множество грешных мыслей.