Шарон Сэйл - Королева

— У кого «у нас»? — с интересом спросил Коди, считавший ее единственной дочерью в семье.

— У всех женщин семейства Хьюстон.

— У всех? А сколько женщин в вашем семействе? — Коди тотчас представил себе рыжеволосых красавиц, похожих на Квин… и с таким же нравом. Бр-р-р! Он даже вздрогнул.

— Вместе со мной трое. Мне скоро исполнится двадцать девять. Я на четыре года старше Лаки[2], самой младшей. А есть еще и средняя — Даймонд[3].

— Вау! — закричал Донни, хлопнув себя ладонями по коленям. — Потрясающие имена! Кто вас так назвал?

— Отец.

— Тот, который умер, — добавил Уилл, беря ее за руку. Квин улыбнулась и взъерошила ему волосы.

— Правильно: тот, который умер.

— А разве у вас не было мамы? — спросил Джей-Джей.

— Была, но очень давно. Я почти не помню ее. Она умерла, когда мне было три года. А потом Джонни привел другую женщину, и появилась Даймонд. После того как отец женился, родилась Лаки.

— Значит, ты жила с мачехой, — протянул Донни.

— Недолго. Однажды она собрала свои вещи и ушла. Ди и Лаки были тогда совсем маленькими. Они ее не помнят, а я помню, прекрасно помню.

По ледяному тону, каким она говорила о мачехе, Коди понял, что с той женщиной связаны не лучшие воспоминания.

— И кто же о вас заботился? — удивился Джей-Джей. Уж он-то знал, как это страшно — остаться без матери.

— Я, — ответила Квин.

«Господи!» — мысленно ужаснулся Коди.

— Твой отец был шахтером, как и все остальные в Кредл-Крике, о котором ты мне рассказывала?

Вопрос, который задал Уилл, прозвучал столь невинно, что она без утайки ответила:

— Нет.

Коди решил, что она этим и ограничится, а потому отвлекся и едва расслышал продолжение.

— Он был картежником.

Квин продолжала исследовать содержимое холодильника.

— Кому сандвичи с ростбифом, а кому с ветчиной?

Мальчики тут же переключили внимание на еду, но в голове Коди ее последняя фраза породила самые разные мысли.

«Картежник?! Как, черт возьми, этот человек заботился о трех маленьких девочках, если даже не мог им гарантировать ежедневное питание и крышу над головой?»

В то время как Квин доставала из холодильника провизию и накрывала на стол, не преминув при этом послать мальчиков мыть руки, Коди упорно искал ответ на мучивший его вопрос. Догадка пришла сама собой: она взвалила на свои плечи всю заботу о семье, потому что у нее не было выбора.

Внезапно ему стало стыдно: и у него еще хватило совести просить ее стать няней! Нет ничего удивительного в том, что она так разозлилась. И обвинила его в том, что он ее использует. Точно так же поступал и Джонни. Чего же ждать от совершенно постороннего человека, если родной отец фактически лишил ее детства?!

Коди отвернулся, испугавшись, что она все поймет по его лицу. Ему вдруг нестерпимо захотелось подойти к ней, заключить в объятия, так же как своих мальчишек, и навсегда оградить от невзгод проклятого мира. Ужасно глупое и невыполнимое желание! Даже если он и решится на такое, она никогда не подпустит его к себе.

— Пойду помоюсь и переоденусь, — бросил он. — Надеюсь, вы оставите мне немного ростбифа.

— Я тебе отложу, — с набитым ртом ответил Донни. — И буду хранить всю оставшуюся жизнь, — поспешил добавить он.

Квин громко рассмеялась, и ее звонкий смех сопровождал его до дверей комнаты.

Несколькими днями позже Коди проснулся с ощущением надвигающейся беды. Ожидание приезда Уиттьерсов было сродни ожиданию конца света. Их приезд был предрешен, но никто с уверенностью не мог сказать, когда это случится.

Отбросив одеяло, Коди решительно направился в ванную. Пусть приезжают. Он подготовится как следует.

— Я еду в Сноу-Гэп за продуктами, — объявил он сыновьям на кухне. — У нас ни в чем не должно быть недостатка, когда здесь появятся ваши бабушка с дедушкой.

Дети уткнулись носами в овсянку и громко засопели.

— Кто со мной? — спросил Коди. Все трое промолчали, так как никто не желал готовиться к приему непрошеных гостей.

— Ну как хотите, — хмыкнул он, прекрасно понимая, в чем тут причина. — Квин, составьте мне список всего необходимого. Я не задержусь.

Квин подошла к Тумбочке и вырвала листочек из блокнота, лежавшего рядом с телефоном.

— Я все написала, поскольку знала, что вы скоро начнете готовиться к их приезду.

— Вы уже стали читать мои мысли, — заметил он, усмехнувшись.

Квин пожала плечами и отвернулась. «Если бы!» — подумала она.

Коди тяжело вздохнул: все бесполезно. Каждый раз, когда он пытался расположить ее к себе, она сразу же ощетинивалась. Какого черта тогда пытаться!

— В общем, я быстро.

Квин слышала, как он уехал, и стала убирать посуду со стола. Мальчики же пошли к себе заправлять постели и прибирать в комнате. Так здесь было заведено, ей даже не приходилось напоминать им об этом. Не желая восхищаться Коди Боннером, она тем не менее вынуждена была признать, что он установил в доме замечательные правила и не позволял нарушать их.

Громкий грохот над головой оповестил Квин о том, что мальчики затеяли драку. Тяжело вздохнув, она рванулась вверх по лестнице — не дай Бог, что-нибудь случится!

— Эй! — окликнула она, ворвавшись в комнату и увидев, что драчуны сплелись в клубок и катаются по полу. — Давайте лучше поиграем в мяч, вместо того чтобы возиться в духоте.

Ее появление остановило драку, но, вырвавшись из цепких рук младших братьев, Донни проворчал:

— У нас не хватит игроков. Мы здесь оторваны от всего на свете: негде гулять, нет кино и вообще ничего нет!

Он сел посреди комнаты, уткнулся подбородком в согнутые колени и стал изображать несчастного и всеми покинутого мальчика.

— Что-нибудь придумаем, — рассмеялась Квин. — Вы когда-нибудь играли в «одноглазого кота»?

Три пары голубых глаз с интересом посмотрели на нее.

— Что за игра? — с любопытством спросил Уилл, еще минуту назад готовый по примеру Донни захныкать.

— Если вы быстро приберете в комнате, я вас научу, — отозвалась Квин. — Конечно, нельзя исключать того, что я сразу вас всех обыграю. Я намного старше вас и выше. Вам, ребятки, за мной не угнаться…

— Вперед, парни! Давайте покажем ей, на что мы способны! Еще ни одна девчонка не победила Боннеров!

Ее намеренная насмешка и боевой клич Донни сделали свое дело. Скука, драка и нежелательные гости были сразу забыты.

Мальчики высыпали из дома, как утята за мамой-уткой. В мгновение ока на лужайке перед домом началась игра. Разделившись на две команды, они разграничили поле игры и обговорили правила. Все очень просто; игроки одной команды отбивали битой мяч как можно дальше и, пока он летел, стремились пересечь площадку и вернуться обратно, а игроки другой команды ловили мяч и старались попасть им в одного из соперников. И все бы хорошо, если бы не длинные ноги и тренированное тело Квин Хьюстон… да еще ее желание как следует извалять мальчишек в грязи.