Фред Стюарт - Блеск и будни

Леди Рокферн коснулась глаз носовым платочком. Она и Адам сидели возле письменного стола в обитой панелями библиотеке Понтефракт Холла. Стряпчий сломал красную восковую печать и развернул пергаментный лист. Откашлявшись, он начал читать: «Я, Аугустус Гаскуань Гримторп де Вер, второй граф Понтефракт, находясь в здравом уме, объявляю мою последнюю волю и завещание. Я завещаю моей любимой дочери Сидонии сумму в двести пятьдесят тысяч фунтов. Остальную часть поместья я завещаю во всей полноте своему внуку Адаму де Вер Торну».

«Теперь я богач, — подумал Адам. — Я — третий граф Понтефракт. Невероятно!»

Через двадцать минут после того как мистер Барлет уехал, дворецкий, мистер Хоукинс, закрыл передние двери и обратился к Адаму:

— Милорд, — произнес он елейным голосом, — разрешите поздравить вас по поводу вступления в наследство.

Милорд… Это прозвучало очень странно.

— Спасибо, мистер Хоукинс.

— Если вы не сочтете это дерзким, то разрешите спросить вас уже сейчас… Слуги проявляют некоторое беспокойство…

Адам несколько смутился.

— О чем же?

— Не собирается ли милорд как-то менять обслуживающий персонал?

— А, понимаю. А сколько здесь занято людей?

— В настоящее время в Холле работают пятьдесят четыре человека, включая садовников.

«Похоже на целую армию», — подумал он, удивляясь количеству обслуживающего персонала.

— Можете объявить, что в настоящее время я не собираюсь менять людей и что дополнительно выплачу каждому по десять фунтов по случаю своего вступления в наследство.

Чванливый дворецкий в белом парике и в голубой с золотом ливрее удивился:

— Десять фунтов, милорд? Каждому? Это необычайно щедро, милорд. От имени всех служащих я выражаю вам сердечную благодарность.

Он откланялся. Тетка Адама, стоявшая рядом с ним, взяла его под руку и повела в большой салон.

— Понимаешь ли ты, племянничек, что десять фунтов — это годовой заработок посудомойки? — спросила она его тихим голосом. — Вы можете испортить слуг, сэр. Поступок щедрый, но ошибочный.

— Тетя Сидония, судьба, или как бы это ни называлось, превратила меня в исключительно богатого человека. Когда у меня оказалось всего так много, я не считаю ошибкой поделиться с теми, у кого имеется очень мало.

Она стрельнула в него подозрительным взглядом.

— Надеюсь, ты не придерживаешься радикальных взглядов социалистов?

Он улыбнулся.

— Я даже не знаю, в чем заключаются их радикальные взгляды. А теперь, тетя, мы должны поговорить о вас. Как вы знаете, я уезжаю в Индию. Не знаю, долго ли я там пробуду, но, может быть, не меньше года. Я беспокоюсь о вашей безопасности. Ясно, что приглашение дополнительных сторожей оказалось недостаточным.

— Дорогой Адам, я уже приняла решение, — прервала его леди Рокферн. — Я не собираюсь оставаться в Понтефракт Холле после трагической смерти отца и уже договорилась переехать к леди Холлсдейл, моей дорогой подруге, которая имеет очаровательный дом в Лондоне. Уверена, что буду на Найтсбридже в безопасности от этих презренных таггис. Помимо этого, хозяином Понтефракт Холла стал теперь ты, и я уверена, что молодой человек вроде тебя не захочет, чтобы его стесняла престарелая тетка.

— Это неверно! — воскликнул Адам. — Вы знаете, что вольны оставаться здесь, сколько хотите.

Она улыбнулась и похлопала его по руке.

— Это очень мило с твоей стороны, Адам, но для меня пришло время уехать отсюда. К тому же, Лондон доставляет мне удовольствие. Но нам надо подумать о твоем будущем. Теперь, когда мисс Десмонд пропала при таких загадочных обстоятельствах, что ты собираешься делать?

— Других планов, кроме поездки в Индию, у меня нет.

— Но, Адам, ты пускаешься в путешествие, которое, по твоему собственному признанию, может оказаться опасным. Действительно, Индия — опасное место с ее отвратительной жарой и массой заболеваний. Племянница дорогой леди Холлсдейл, которая вышла замуж за служащего в Калькутте всего два года назад, умерла от холеры. Бедняжке было всего около тридцати лет. Избави Бог, чтобы на нас свалилась новая трагедия после стольких ужасных несчастий, обрушившихся в последнее время на нашу семью. И если с тобой случится что-нибудь в Индии, то наш графский род прервется, потому что других наследников по мужской линии не осталось.

Адам остановился возле полочки прекрасной резной работы. Он полюбил Понтефракт Холл. Ему была неприятна мысль о том, что можно быстро потерять все, что свалилось на него, но он дал деду обещание возвратить бриллиант.

— Тетя, что вы предлагаете?

— Не стану миндальничать, поскольку времени у нас в обрез. Леди Сибил — милая женщина, очень утонченный человек. Родственными узами она связана с самыми благородными семьями нашей страны, и вряд ли мне надо говорить тебе о ее красоте. Другие варианты могут оказаться значительно хуже, племянник. Значительно хуже.

— Но, тетя, даже оставляя в стороне тот факт, что я не люблю ее, ведь мой корабль отплывает через пять недель…

— Конечно, все это нескладно. К тому же, у нас сейчас траур. Но все можно устроить даже при таких чрезвычайных обстоятельствах, особенно если ты не потребуешь приданого от лорда Неттлфилда, который сейчас оказался в трудном положении…

Адам покачал головой.

— Нет, это исключено. Я люблю Лизу Десмонд.

— Но где находится эта Лиза Десмонд? — хладнокровно спросила его тетка.

— Видит Бог, мне хотелось бы знать это, — вздохнул он.

— Адам, мой отец плохо относился к твоей матери, — продолжала тетка. — Но теперь ты сам стал графом Понтефрактом, главой нашего рода. Ты обязан передо мной, так же как и перед собой, позаботиться о наследовании до того, как отправишься в Индию. Ты можешь любить мисс Десмонд, но в нашем положении любовь мало что общего имеет с женитьбой. К тому же Лиза скрывается от закона и совершенно не подходит, чтобы стать твоей женой, даже если ты ее и отыщешь. Хочу настоятельно просить тебя еще раз подумать о Сибил.

— Но даже если я и женюсь на Сибил, нет гарантии в том, что за несколько дней я смогу зачать ребенка.

— По крайней мере такая возможность возникнет. И да будет тебе известно, что у Сибил много ухажеров. Среди них младший сын Уолтера Масгрейва — Эдгар, который без ума влюблен в нее. И лорд Дадли, страшно богатый человек, уже дважды делал ей предложение. Сибил сказала мне, что отказала ему, потому что не любит его и что она хочет выйти замуж по любви. Но незамужней она долго не останется.

— Но, может быть, она меня не любит, — усомнился Адам.