Джейн Костелло - Подружки невесты

– В том-то и дело, милочка, Лиззи не любит, когда на нее давят!

Так я и думала. Хотя, если принять во внимание, какой путь мы с фотографом проделали ради этого интервью, одно маленькое «Oui»1 не было бы чрезмерной жертвой с их стороны!

– Ладно, – не сдаюсь я, – а нет ли возможности как-то убедить вашу свинку?

– Ну, немного деньжат могли бы помочь...

Отлично! Хрюшка не против продемонстрировать чистейший носовой прононс, но за наличные, – я определенно недооценивала ее способности!

– Извините, мы не платим за интервью, бюджет не позволяет, – твердо говорю я.

Это не совсем правда, но мысль о том, чтобы давать деньги всяким прощелыгам, вызывает у меня решительное сопротивление. Если только Лиззи не затянет прямо сейчас что-нибудь особо лиричное из Сержа Гинзбурга!..

Неделя выдалась тяжелая, а сегодняшние передряги – последняя капля.

Я работаю журналистом в «Дейли эхо» уже восемь месяцев и до последнего времени была вполне довольна развитием своей карьеры. Конечно, поначалу мне поручали только коротенькие, не больше нескольких строчек, заметки в ленте новостей – в основном объявления о школьных праздниках и аукционах. Потом я получила целую колонку, которая переросла в более продолжительные репортажи, и, наконец, мое имя стало регулярно появляться на первой странице. Мне стали доверять материалы на любые темы – от громких судебных процессов до историй о жизни знаменитостей.

Однако неделю назад ситуация коренным образом изменилась. Дело в том, что Кристин, редактор новостей, всегда отзывавшаяся обо мне как об энергичном и многообещающем репортере, ушла в декретный отпуск, а вместо нее отдел возглавил Саймон – ничтожный слизняк, который не в состоянии разглядеть мой потенциал, так как слишком занят разглядыванием моей же задницы. И с тех пор я пишу только заметки длиной в несколько строк и делаю фоторепортажи. По словам Саймона, публика избавляется от стрессов, читая подобные истории, хотя все они настолько нелепы, что новостями их назовет только человек с кашей вместо мозгов!

Вот почему я здесь, на задворках графства Виррал, с замиранием жду, пока Лиззи, пятнистая свинья глостерской породы, начнет заказывать круассан. «Нью-Йорк таймс» рыдает от зависти!

Вдобавок все пять дней я умираю от желания узнать, как прошла встреча Джека и Валентины, да все никак не удается. У Грейс медовый месяц – она на время вышла из игры. Я пробовала разведать через Шарлотту, но, странное дело, Валентина ничего ей не рассказала. Не спрашивать же ее саму!

И почему вообще мне нужна эта информация?

Одному Богу известно... Всю неделю, кропая сенсационные репортажи о двуязычных свиньях и собаках с расстройством аппетита, я мусолю эту мысль.

– Ну и дерьмо! – бурчит Микки, наш фотограф. Микки не из тех, кто отличается ангельским терпением, хотя сейчас он, без сомнения, прав.

– Слушай, – шепчу я, – мы оба знаем, что скотина говорит по-французски так же, как я по-китайски. Но Саймон хочет эту историю, и я не могу вернуться с пустыми руками. Давай просто сделаем пару снимков, и дело с концом!

– Лиззи чертовски хорошо говорит по-французски! – протестует фермер, видимо, подслушавший мои слова. – Ома просто того... маленько стесняется... Нечего тут наговаривать на порядочное животное – теперь она и вовсе рта не откроет!

Мы с большим трудом упрашиваем фермера попозировать для нас вместе со свиньей в обмен на несколько глянцевых фотографий, которыми он сможет украсить стены своего дома. Микки, тихо чертыхаясь, разделывается с ним в две минуты.

– А ведь были времена, когда наша газета давала фору конкурентам, когда дело доходило до настоящих сенсаций! – жалуется он.

В ответ я только вздыхаю и беспомощно развожу руками.

– Ну и когда это будет в печати? – интересуется хозяин четвероного дарования.

– Трудно сказать... Видите ли, такие истории обычно придерживают до подходящего случая. Если, например, завтра город будет разрушен до основания, боюсь, рассказ о Лиззи не появится на первой странице.

Подходящий случай, ха! Он наступит не раньше конца света, если я хоть что-нибудь смыслю в журналистике!

– Лучше бы вам поспешить, – ворчит фермер, – а то из столицы тоже нами интересуются...

– Спасибо за совет! – любезно говорю я. – Давай живей, Микки! Нам пора!

Глава 26

Элдерли-Эдж, Чешир

Суббота, 17 марта

Еще одна суббота, и очередная примерка. Следующая свадьба – Джорджии и Пита – имеет такой бюджет, что подлежит регистрации на фондовой бирже.

– Сколько стоит ваша свадьба, Джорджия? – интересуется Валентина, изучая ряды вешалок с нарядами, которые – что вполне красноречиво – даже не имеют ценников.

– Около двухсот тысяч, по последним подсчетам, – отзывается Джорджия. Вид у нее слегка виноватый. – А вообще, это ведь совсем не важно! Я была бы также счастлива, если бы мы просто расписались!

– Слава Богу, вы не успели его вовремя забронировать, – бормочет Валентина.

На самом деле предстоящее мероприятие не имеет ничего общего с городским регистрационным бюро Чорли. Церемония пройдет на одном из островов Силли – и с таким размахом, что королевское бракосочетание покажется третьестепенным эпизодом из сериала «Улица коронаций».

Подружек невесты на этот раз целых шесть – все мы собрались на примерку в дорогом ателье, где даже манекены смотрят свысока.

О, я не совсем права. Мы все должны быть здесь, но Грейс, по обыкновению, опаздывает, разгребая последствия очередной домашней катастрофы – похоже, Полли накормила кролика соусом карри.

С нами две юные кузины Джорджии, Бет и Джина – обе едва за двадцать и такие хорошенькие, что их можно легко принять за младших сестренок Кэтрин Зета-Джонс. Валентина враждебно косится в их сторону.

У Шарлотты тоже невеселый вид.

– Ты в порядке? – спрашиваю я, когда Шарлотта опускается на бархатное сиденье рядом со мной.

Она кивает, слабо улыбаясь.

– Выглядишь не слишком счастливой...

– Какое там!.. Я набрала не меньше полкило со свадьбы Грейс, без взвешивания знаю. Только в эти штаны и смогла влезть, больше ничего не застегивается...

Отложив в сторону журнал для невест, я наклоняюсь, чтобы ободряюще потрепать ее по плечу. И в этот момент ич примерочной появляется Джорджия в шикарном свадебном платье и с сияющей улыбкой.

– Ну, девочки, что скажете?

Она медленно поворачивается, шелестя шелковыми юбками, края которых эффектно скользят по полу. Джорджия выглядит потрясающе, и все мы, включая Валентину, восторженно ахаем.

– Фантастически красиво!

– Правда?

– Еще бы! Слава Богу, ты не выбрала наряд с пятью рядами рюшечек. – Я тыкаю в журнальные фотографии. – Некоторые из них напоминают платья куколок, которых моя бабушка рассаживала на рулончики туалетной бумаги.