Джудит Гулд - Рожденная в Техасе

Стояла такая тишина, что, упади в эту минуту иголка, все бы это услышали.

Мисс Велкер глубоко вздохнула, стараясь успокоиться.

— Дженифер! — Ее голос словно расколол оглушающую тишину.

Дженни вскочила с виноватым видом, лицо ее стало серым от страха.

— Подойди ко мне! — Голос учительницы смягчился. — Мы отведем Элизабет-Энн домой.

Дженни с большим трудом удалось скрыть облегчение, которое она почувствовала. Стараясь не встречаться глазами с осуждающими взглядами одноклассников, она торопливо прошла в конец класса, словно спасаясь бегством. Она прекрасно понимала, что жестокая затея целиком на ее совести. Класс наказан из-за нее, а значит, все могли ополчиться против нее.

По дороге домой Дженни спросила мисс Велкер, невинно глядя ей в глаза:

— А что случилось?

— Дети отвратительно и жестоко подшутили над Элизабет-Энн, — ответила учительница, глядя на Дженни.

— Они причинили ей боль?

— Чтобы оскорбить и унизить, есть много способов. Боюсь, мне придется посоветовать твоей тете некоторое время не посылать Элизабет-Энн в школу. — Мисс Велкер помолчала и добавила: — Я рада, что ты в этом не участвовала.

Дженни с трудом подавила улыбку.

— Я все равно чувствую себя виноватой, — сказала она тихо. — Меня тоже следует наказать.

— За что же? — удивилась мисс Велкер.

— Мне нужно было присматривать за Элизабет-Энн, а я думала только об арифметике, — по-тупясь, проговорила Дженни.

Мисс Велкер была скупа на улыбки, но слова Дженни заставили ее улыбнуться.

— Вы благородная маленькая леди, Дженифер Сью Клауни, и я горжусь вами. Думаю, что тетя будет того же мнения.

— Спасибо, мисс Велкер, — просияла Дженни.

Услышав слова учительницы, Элизабет-Энн вырвала свою руку и побежала вперед, оставив мисс Велкер в полном недоумении о причине, заставившей ее так поступить.

На календаре было 16 декабря.

В вагоне поезда, который несся сквозь ночь мимо заснеженных холмов Пенсильвании, вместе с мужем ехала Аманда Грабб. Сидела она подчеркнуто прямо, молчаливо наблюдая через окно за пучками красных искр, проносившимися мимо ее бледного отражения. О чем-то своем стучали колеса, на стыках вагон раскачивался и гремел.

Когда ей наскучило смотреть на свое отражение в окне, она села посвободнее и принялась развязывать матерчатую сумочку. Дернув за шнурок, она достала письмо, которое от частого чтения уже потерлось на сгибах. Стиль письма, четкий, ясный и даже несколько суховатый, говорил о нежелании автора тратить время на пустяки.

Аманда, наверное, в сотый раз перечитала письмо.

«Квебек, штат Техас

Вторник, 12 сентября 1901 года

Уважаемая мисс Элспет Гросс!

Настоящим письмом сообщаю Вам, что владелец цирка мистер Забо Гросс и его жена стали жертвами трагического происшествия. Оставшаяся в живых их шестилетняя дочь Элизабет-Энн находится на моем попечении. Как мне сообщили, Вы являетесь ее ближайшей родственницей. Поскольку я не располагаю сведениями о других родственниках, не могли бы Вы, будь на то возможность, прислать за ней или приехать в Квебек. Если Вы знаете других, более близких родственников, поставьте их в известность или уведомите меня об этом.

С уважением, мисс Эленда Ханна Клауни».

— Опять перечитываешь? — спросил Безил.

Аманда сдержанно кивнула. Аккуратно сложив листок, она положила его в конверт, опустила его в сумочку и затянула шнурок.

— Безил… — медленно начала Аманда.

— В чем дело? — Голос мужа звучал сухо и отрывисто.

Она взглянула на сумочку, лежавшую у нее на коленях, потом подняла голову и посмотрела на Безила. Во внешности его было мало привлекательного: жилистая шея, выпирающий кадык, круглые очки в оправе. Он был худ, имел вид неприветливый и суровый.

— Может быть, этот план неудачный? — робко заметила Аманда.

— Что намечено, то и будет сделано, и уже поздно что-либо менять, — отрезал Безил, прищурив бесцветные глаза.

Аманда вновь почувствовала, как внутри у нее все болезненно сжалось. Она закусила пухлую губу и закрыла глаза. Как устала она от постоянных обманов! Как надоело ей снова и снова выуживать у людей деньги, а потом поспешно скрываться под покровом ночи! Уже не хватало сил жить в постоянном страхе перед разоблачением. Если бы только дела пошли так, как они рассчитывали вначале: несколько махинаций — и кругленькая сумма на покупку фермы у них в кармане. Но все было не так просто. Их жертвы оказывались ненамного богаче, а чаще и беднее, чем они с Безилом.

Аманда боялась, что в один прекрасный день их жульничество раскроют и им придется отвечать перед законом.

Давно пора оставить это занятие. Она устала убегать, только убегать и жить в страхе. Хуже того — ее стали одолевать угрызения совести.

Особенно раскаяние жгло ее теперь, когда их жертвой предстояло стать сироте. Аманда не знала, каким образом Безил завладел письмом Эленды Ханны Клауни к Элспет Гросс, но тем не менее оно оказалось у него в руках. Когда он показал ей письмо, глаза у него горели от жадности. Аманда слишком хорошо знала этот взгляд, Она торопливо взглянула на письмо, но ничего не смогла разобрать, так как он все время им размахивал.

— Цирк, — прошептал Безил и холодно улыбнулся, — сколько раз я повторял тебе, что рано или поздно мы сорвем большой куш.

— О чем это ты? — удивилась Аманда.

— Вот, сама посмотри. Не знаю, кто такая Элизабет-Энн, но она хозяйка цирка.

Аманда выхватила листок у мужа, пробежала его глазами, затем вернула письмо Безилу. От охватившего ее радостного возбуждения не осталось и следа.

— Там об этом ничего не сказано, — поправила мужа Аманда сразу поскучневшим голосом. — В письме говорится, что остался ребенок, отец которого имел цирк.

— А это значит, что цирк есть, — раздраженно настаивал Безил. — А девочка наследница. Ты хоть представляешь себе, сколько получает в неделю хозяин цирка? Вот что я тебе скажу: надо еще раз напоследок тряхнуть эту миссис Краудер и подаваться в Техас.

— Нет, Безил! Миссис Краудер такая милая женщина. Мы не можем так с ней поступить!

— Что-то раньше ты этого не говорила. — Глаза Безила зло сощурились.

— Раньше я ее совсем не знала, — страдальчески заломила руки Аманда. — Теперь мы ближе познакомились, и я ей понравилась.

— А если она узнает, что акции серебряных рудников, которые мы ей всучили, — пустые бумажки? Как тогда она станет к тебе относиться?

Аманда промолчала.

— Мы продадим ей еще пятьсот акций, — подвел итог сказанному Безил. — Вырученных денег нам хватит на дорогу до Техаса и еще немного останется.