Мэрилин Джордан - Сначала свадьба

— Рассказывай кому-нибудь другому, Бен!

— Как будто мы не знаем, какой ты солидный!

— Какая к черту солидность — ей нужно совсем другое!

— Как бы там ни было, — перебил своих друзей Бен, — я вовсе не говорил, что не в состоянии разжечь ее чувства!

К счастью, он повернул ее так, что гости почти не видели ее лица, на котором отражались отнюдь не любовь и желание. Ладони Бена с нарочитой медлительностью скользнули вниз. Коснувшись ее запястий, он осторожно закинул себе на плечо одну ее руку, потом сделал то же самое и с другой, обвив их вокруг своей шеи наподобие шарфа. А потом, крепко обхватив Лорел за талию, привлек ее к себе. К этому времени весь зал уже взорвался восторженными воплями и криками ободрения в адрес молодой четы. Оркестр поддержал их оглушительной барабанной дробью.

И охватившее Лорел смятение вдруг исчезло. Она была потрясена, но не испугана. Весь мир куда-то пропал. Остались только она и Бен. Все стихло. Лорел догадывалась, что люди там, внизу, по-прежнему смеются и кричат, но ее уши будто заложило ватой, и все звуки доносились до нее словно издалека. Время остановилось.

Лорел, забыв обо всем, чувствовала только, что Бен где-то совсем близко. И вдруг его горячие губы накрыли ее рот. Она едва заметно вздрогнула и по его нерешительности поняла, что он заметил это. «Нашла время трусить!» — одернула себя Лорел. Зажмурившись, она решительно обхватила его за шею и притянула к себе. Губы Бена принялись осторожно изучать ее рот. Лорел только диву давалась, как ему удалось приоткрыть ей губы. Но его поцелуй, исполненный желания, страсти и нежности, словно омыл ее живой водой. Губы Бена, мягкие и теплые, скользнули по ее губам. Он заставил ее на мгновение забыться, растаять от удовольствия, когда его рука ласково сжала ей талию. Лорел показалось, что она медленно, как воск на огне, плавится в его объятиях.

Только когда рука Бена, с трудом оторвавшись от ее талии, незаметно скользнула вверх, к груди, она вздрогнула и дернулась в сторону, пытаясь отстраниться прежде, чем окончательно потеряет голову. Бен, не отрываясь от ее губ, издал низкий протестующий звук. Потом, все еще обнимая ее за талию, чуть отодвинулся и снова на мгновение эффектно припал к ее губам, заставив весь зал взреветь от восторга. Мужчины зааплодировали. Лорел сморщилась от обрушившейся на нее как-то вдруг волны шума.

Бен галантно отодвинул для нее стул, и она села. Он опустился рядом и улыбнулся, удобно вытянув под столом длинные ноги. Лорел догадывалась, что за ними сейчас наблюдают множество глаз, и это заставляло ее чувствовать себя беззащитной, будто товар, выставленный в витрине напоказ толпе, и даже преданной. А Бен в это время, схватив нож с вилкой, отрезал небольшой ломтик от куска жареной говядины, лежавшего у него на тарелке, и сунул его в рот. Зрелище того, как он невозмутимо жует, неожиданно привело Лорел в ярость. Да как он смеет наслаждаться едой, когда ее собственный желудок чуть ли не узлом завязался! Или целовать ее на глазах у всех, изображая влюбленного жениха, настолько тяжелая работа, что ему необходимо основательно подкрепиться, прежде чем снова вернуться к своей роли?!

— А ростбиф просто великолепен, — одобрительно проворчал он. — Советую попробовать.

Лорел скривилась. Дождавшись, когда все наконец перестанут наблюдать за ними, она взяла высокий хрустальный бокал с шампанским, только что поставленный перед ней официантом, и поднесла его к губам.

— Эй, а тост?! — поддразнил ее Бен.

— Можешь подать на меня в суд, — сварливо буркнула она в ответ. И, повернувшись, посмотрела ему прямо в лицо. — Ты обманул меня, — сквозь зубы прошипела Лорел. Она понимала, что должна держать себя в руках, но уже не могла остановиться. — Актер из тебя превосходный!

— Неужели? — Невозмутимо встретив ее взгляд, Бен снова уткнулся в тарелку. — Жаль, но я не могу вернуть тебе комплимент.

— Что это значит?

— Это значит, что я, конечно, сожалею, если тебе не понравилось, но не намерен извиняться всякий раз, когда мне приходится тебя целовать. — На его скулах заходили желваки, а пальцы судорожно сжали вилку.

— Я и не просила извиняться!

— Тогда о чем ты просила?

Лорел опустила глаза, внезапно устыдившись собственной несдержанности. Она вела себя как последняя идиотка и сама это понимала, но скорее бы умерла, чем призналась, что причиной этому были его поцелуи и та буря чувств, которую они вызвали в ней. Лорел покачала головой.

— Послушай, Лорел, — вздохнул Бен, — я понимаю, как тебе неприятно, когда я обнимаю тебя и все такое. Но потерпи хотя бы один день.

— Из-за тебя я чувствую себя как кусок мягкой глины в руках скульптора, — с негодованием пробормотала она и, осознав, что сказала, с ужасом покосилась на Бена. Но это была правда. В его объятиях она плавилась, как воск. Когда он обнимал ее, она теряла голову и могла сделать все, о чем бы он ни попросил. А именно этого Лорел и не могла себе позволить, поскольку хотела, чтобы эта история со свадьбой не обернулась для нее очередным кошмаром. Стало быть, хватит оправдываться. Пора переходить в наступление, пока он не вообразил себе бог знает что.

— Глины, значит? — фыркнул Бен.

— Я говорю о поцелуях. — Лорел отвернулась, чтобы он не видел выражения ее лица. — Все, о чем я прошу тебя: не кидайся с такой готовностью играть свою роль.

— А все, о чем прошу я, — это лишь чуть-чуть подыграть мне. В конце концов, ты ведь не ожидала от меня братского поцелуя в щечку?

— Нечего было поощрять своих приятелей, — упрямо проворчала она. Он уставился на нее, явно не веря собственным ушам.

— Будь все проклято, Лорел! Мы только что поженились, ты, часом, не забыла?! Предполагается, что мы сгораем от нетерпения оказаться в постели, поскольку по уши влюблены друг в друга! Поэтому мои друзья, не говоря уж об остальных, естественно, ожидают от нас некоторой пылкости! Неужели тебе это не приходило в голову? И если ты ненадолго остынешь и обдумаешь мои слова, то признаешь их правоту. Может быть, тогда ты хоть чуть-чуть поможешь мне сыграть свою роль.

Лорел почувствовала, как кровь ударила ей в голову. Господи, да как мужчина может быть до такой степени слеп?!

— Я и подыгрываю!

— О да! Конечно! — фыркнул Бен, с размаху проткнув вилкой ни в чем не повинную картофелину. — Если по-твоему именно так должна вести себя влюбленная невеста, тогда я уж и не знаю, что сказать! Слава Богу, никто, похоже, не заметил, как ты упиралась, когда я попытался тебя обнять!

А он так ничего и не понял, вздохнула Лорел. Вместо ответа она поднесла бокал к губам и допила шампанское. Кивком подозвав официанта, Бен приказал наполнить его снова.